Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Деньги

#Политика

Бери не хочу

20.04.2009 | Алякринская Наталья | №15 от 20.04.09

Российские покупатели ушли в отказ

Затишье у прилавка. Потребительский бум, который наблюдался в России в «тучные» годы, сменился стагнацией и тревожными ожиданиями. Об этом наглядно свидетельствуют последние данные Росстата. Чем чревата пассивность покупателей — выяснял The New Times

Главный показатель ситуации на потребительском рынке — индекс потребительской уверенности (ИПУ) — определяется по единой методике статистическими ведомствами многих европейских стран. В России в I квартале он упал на 35%, снизившись до уровня 1999 года.¹ Настроение потребителей Росстат измеряет с 1998 года, но с таким резким его падением статистики столкнулись впервые. Почти половина опрошенных — более 48% — заявили, что ожидают негативных изменений в экономике, а 42% уверены, что их личное материальное положение ухудшится.²

Богатые тоже считают
Облокотившись на свой сверкающий джип, 35-летняя Алена вместе с корреспондентом The New Times подсчитывает личные убытки. В докризисные времена она привыкла жить на широкую ногу. «Рестораны? — Алена на минуту задумывается. — Минимум 2–3 раза в неделю, любимые — Casta Diva, «Галерея», «Пушкин». Средний счет $150 на человека. Без фитнес-клуба никуда, годовой абонемент — 120 тыс. рублей. Отдых? Само собой, Италия». Каждое лето вместе с мужем, состоятельным бизнесменом (занимается коммерческой недвижимостью), они отправлялись на Сардинию: две недели в пятизвездном отеле (?800 в день на человека) — это минимум, ниже которого они никогда не опускались.

Этим летом Сардиния отменяется. На семейном совете решено ехать на остров Искья: та же Италия, но в несколько раз дешевле. Число походов в рестораны Алена урезала до одного в неделю. Сейчас раздумывает, продлевать ли абонемент в фитнес-клуб, и присматривает новую кухню экономкласса: та, что нравилась до кризиса, стоит ?15 тыс., а это уже не по карману. Хорошо, в прошлом году успела сменить автомобиль: Range Rover обошелся в 3,5 млн рублей, сейчас вышло бы дороже. «Я росла в советские времена, поэтому привыкнуть к экономии не так сложно, — замечает Алена. — Год-полтора можно и потерпеть. Это даже хорошо: кризис заставляет подумать о завтрашнем дне и умерить потребности. Я вот недавно купила в Цюрихе босоножки за ?500, производс­тво Bottega Veneta. Это еще дешево, у нас на Кутузовском такие же — в три раза дороже».

Данные Росстата, подсчитывающего ИПУ по различным доходным группам населения, подтверждают: тревога охватила даже 15% наиболее обеспеченных россиян. Более того, именно в этой группе самых богатых потребительская уверенность снизилась особенно заметно — на 23%.

Бюджетный оптимизм
Изменение покупательского поведения немедленно сказалось на потребительском рынке. Заметнее других упали продажи автомобилей: по данным Ассоциации европейского бизнеса, в I квартале 2009 года в России продано на 40% машин меньше, чем год назад. Снизились продажи компьютеров (-25%), стиральных машин (-24%), холодильников (-23%), телевизоров (-18%). Экономнее стали россияне и в оплате услуг мобильной связи: в этом секторе падение составило 20%. Пострадал рынок одежды: на 31% упали продажи меховых изделий, на 11% — верхней одежды и обуви. Наконец, на 9% «просел» сектор общепита — кафе, ресторанов и закусочных.³

«Падения продаж весьма существенны, — анализирует ситуацию Игорь Поляков, ведущий эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прог­нозирования. — Во многом они связаны с ужесточением условий потребительского кредитования. Банки повысили ставки и требования к заемщикам, поэтому выдача кредитов с расчетом на будущие доходы практически остановилась. А именно кредиты последние 3–4 года двигали вперед потребительский рынок». К тому же в начале года население было напугано сообщениями о спаде в экономике, безработице, сокращении зарплат, полагает эксперт. «Индекс потребительской уверенности — во многом эмоциональный показатель, — поясняет Поляков. — Более предсказуемы его составляющие — потребление, пенсии, зарплаты. И здесь увереннее всего чувствуют себя люди, занятые в государственном секторе». Именно госслужащие, по словам Игоря Полякова, в силу стабильности доходов смогут в период кризиса дать толчок потребительскому рынку. Частично купировать спад покупательской активности могут антикризисные меры правительства — индексация пенсий, поддержка безработных. Прогноз эксперта оптимистичен: к концу года он ожидает стабилизации уровня зарплат и, как следствие, потребления в целом.

Поднять ВВП
Но подобный оптимизм разделяют далеко не все. «Да, оплата труда федеральных бюджетников, пенсии, социальные пособия будут расти опережающими инфляцию темпами, но только на федеральном уровне, — замечает Валерий Миронов, заместитель директора Института «Центр развития». — При этом региональные бюджеты смогут индексировать зарплаты бюджетникам гораздо медленнее, чем федеральный центр. Поэтому влияния одной лишь бюджетной политики на динамику доходов населения будет недостаточно». Кроме того, по подсчетам Миронова, в этом году на 7% в реальном выражении упадет зарплата в негосударственном секторе, будет расти задолженность по зарплате. В итоге реально располагаемые доходы населения в целом снизятся на 5–7% по сравнению с прошлым годом. «Это неизбежно приведет к тому, что оборот розничной торговли сократится на 5–6%, — говорит Миронов. — Один «лишний» процент набегает за счет того, что апрель — последний месяц, когда население тратит свои предыдущие сбережения, главным образом докризисные: идет своего рода «бегство в товары», когда люди опасаются инфляции, подорожания импорта».

Между тем именно рост потребительского спроса способен вывести экономику из кризиса. «Это подтверждает опыт кризиса 1998 года, — говорит Ольга Изряднова, заведующая лабораторией Института экономики переходного периода. — Поэтому сегодня важно не допустить дальнейшего падения потребительского спроса. Иначе возрождать экономику потом будет значительно сложнее». По словам Изрядновой, многое будет зависеть от антикризисных мер правительства по поддержке реального сектора. К примеру, чтобы стимулировать спрос на отечественные авто, предложено снизить процентные ставки по кредитам на покупку автомобилей. А в сельском хозяйстве будет активнее дотироваться производство импортозамещающих товаров — овощей, фруктов, мяса. Теоретически, считает эксперт, меры правильные, но как они сработают на практике — неизвестно. Пока же никакой замены импортной еды на отечественную не наблюдается.

Запустить маховик потребительского спроса тем более важно, что доля личного потребления в российском ВВП, по данным «Центра развития», составляет 40–45% (в США — 65%). Таким образом, население своим спросом обеспечивает практически половину всего российского ВВП. «Именно поэтому внутренний потребительский рынок для России сегодня важнее, чем внешний, — замечает Валерий Миронов. — В то время как доходы от нефти падают, развитие отраслей, ориентированных на внутренний рынок, могли бы спасти ситуацию». Но пока что реальный сектор на боку, а у прилавков затишье: чтобы ковать ВВП страны, и бедным, и богатым нужна элементарная уверенность в завтрашнем дне.

1 ИПУ складывается из оценок населением прошедших и ожидаемых изменений экономической ситуации в России, изменений личного благосо­с­то­яния и условий для совершения крупных покупок.
2 Опрос проведен Росстатом в феврале 2009 г., охват — 5 тыс. человек в возрасте от 16 лет во всех субъектах РФ.
3 Данные Росстата за I квартал 2009 г. в отношении к соответствующему периоду 2008 г.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.