Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Travel

Terra difficile

19.08.2010 | Алякринская Наталья | № 25 от 16 августа 2010 года


Terra difficile.
* Этот край, как правило, обходят стороной российские турфирмы и не слишком жалуют отпускники. Калабрия — область, которую угораздило оказаться в самом «носке» итальянского «сапога», — беднейшая в Италии. Виной тому — знаменитая калабрийская мафия, из-за которой жизнь здесь замерла

*Terra difficile (ит.) — тяжелая, трудная земля.
 
166-40-01.jpg
Калабрия занимает площадь в 15 тыс. кв.км, на которых живет всего 2 млн человек

Калабрия началась еще в аэропорту Рима. Подняв глаза на мужчину крепкого телосложения, вылетавшего в Кротоне, корреспондент The New Times заметила на его левой руке впечатляющую татуировку: нож с массивной рукоятью обвивали две змеи. На шее у мужчины поблескивала толстая золотая цепь. Позже друзья-калабрийцы объяснили: такая татуировка — знак принадлежности к местной мафии, ндрангете. И это — визитная карточка провинции, расположенной на самом краю Апеннинского полуострова.

Еще ужаснее был вид маленьких, разбросанных среди апельсиновых рощ прибрежных селений, — Сцилла, Каннителло, вилла Сан-Джованни, Галлико, Арки, Сан-Грегорио — эта прекраснейшая область Италии превратилась теперь в огромное кладбище, где среди развалин лежало более тридцати тысяч мертвецов и много тысяч раненых — две ночи они без всякой помощи оставались под проливным дождем, который затем сменился ледяным ветром с гор, а рядом по улицам, обезумев, бегали тысячи полуголых людей и вопили от голода.
Аксель Мунте. «Легенда о Сан-Микеле»
(О землетрясении 1908 года в Калабрии)


Впрочем, есть и другая: два моря, 800 километров песчаных пляжей, чередующихся со скалистыми берегами первозданной красоты. Вся «верхняя» Италия освоена, объезжена и обхожена, кажется, туристы там живого места не оставили. А калабрийский «носок» пока остается раем для любителей первозданной красоты. Здешние апельсиновые сады, как и на Сицилии, плодоносят круглый год. Виноградники родят гроздья, из которых давят прекрасное местное вино — вряд ли где еще вы отыщете сухие вина с названиями Чиро, Греко дель бьянко, Бивонджи, Крати. Здешние холмы и горы — это южные отроги Апеннин, и здесь немало мест для горнолыжного спорта...

166-40-02.jpg
Калабрия известна своими гастрономическими изысками

Калабрийский McDonald’s

«Вы из России? — двое суровых полицейских в аэропорту Кротоне вычислили автора по внешнему виду. — Пройдемте с нами: контроль багажа». Вещи подвергли самому тщательному досмотру. Удивительного мало: ндрангета и русская мафия давно ходят рука об руку, и любой российский чемодан может оказаться под подозрением. Торговля оружием — главный общий интерес русских и калабрийских мафиози. Но основная статья доходов ндрангеты — трафик наркотиков, в особенности кокаина (благодаря внедрению в колумбийские наркокартели), а также бизнес на тайном захоронении токсичных отходов.

166-40-03.jpg
1. Стило — родина Томмазо Кампанеллы и просто живописное место
2. Лук Тропеи славится далеко за ее пределами


«Папа, не бойся, я не пойду в карабинеры!» — красуется надпись на стене одного из домов в Кротоне. Быть карабинером в Калабрии — занятие и правда рискованное. Ндрангета — мафия посильнее неаполитанской каморры, сицилийской коза ностры и уж тем более апулийской Сакра корона унита. В докладах Интерпола ее называют самой могущественной транснациональной преступной организацией. «Ндрангета глобальна, как Coca-Cola или McDonald’s», — подтверждает итальянский исследователь мафиозных структур Никола Граттери. Лишний раз это доказал финансовый кризис 2008–2009 годов: пока банки замораживали кредитование, ндрангета с ее огромным запасом наличности активно кредитовала крупный бизнес по всему миру, таким образом внедряясь в него. Итальянская ассоциация малого и среднего бизнеса Confesercenti подсчитала: в 2009 году апеннинские преступные группы потратили на инвестиции около $36 млрд.

166-40-04.jpg
Местные жители любят коротать вечера на улице

Сила ндрангеты — в ее семейственности: она состоит исключительно из семейных кланов (косок), в которых все являются родственниками — по крови или по браку, а потому внедриться в это сообщество людям со стороны очень сложно. Ндрангета сегодня — это примерно 200 кланов и более 6 тыс. членов. Каждая семья полностью контролирует свою территорию. И такой порядок заведен со времени возникновения калабрийской мафии — XV века, когда местные жители боролись с испанскими завоевателями под девизом Omerta, onuri e sangu — «Осторожность, честь и кровь».* * По одной из версий, слово ndrangheta происходит от древнегреческого andrаgathia — героизм.

Выжженная земля

Глаза синьоры Моретти красны от слез. Вчера ндрангета убила одного из ее сыновей. Вся в черном, она с трудом держится на ногах, принимая соболезнования родственников и соседей. И изредка повторяет: «Я не знала…» Она не знала, что ее любимый сын Лука был наркокурьером. Корреспондент The New Times стала свидетелем одной из драм, которые разыгрываются в Калабрии регулярно. Так же регулярно итальянские СМИ сообщают и о новых арестах: так, в начале июля полиция арестовала 320 членов ндрангеты по всей стране — в Риме, Милане, Болонье и Брешии, конфисковав у них имущество более чем на €100 млн. За последние годы это самая крупная операция против калабрийской мафии: в ней участвовало около 3 тыс. полицейских и карабинеров.

166-40-05.jpg
1. Не все дороги ведут в Рим 
2. Дверь одного из палаццо в Реджо-ди-Калабрия


Но ндрангета снова и снова будто восстает из пепла. Во многом из-за того, что ее члены, будучи арестованными, редко дают признательные показания: они знают, что в этом случае с жизнью придется расстаться не только им, но и всем членам их семьи. А потому криминальная реальность по-прежнему пронизывает и определяет все существование Калабрии.

— О боже! Не ослышался ли я? Какой стыд! — воскликнул Nonno в пароксизме благородного гнева. — Что такого я сделал, что вы не хотите остаться? Нет, мне не вынести этого позора! С тех пор как Калабрия зовется Калабрией, ни один калабриец не слыхал подобного оскорбления. Вам нужно ехать? Почему вам нужно ехать?
Тщетно мы пытались успокоить разбушевавшегося патриарха. Как! Мы провели три дня в Гераче, три в Реджо, два в Бова и Стило и ни одного дня в Ветере! Отец семейства мрачно молчал, внучата умоляли; но гневный старый джентльмен, настучавшись кулаком по столу и попинав мебель, наконец яростно развернулся и бросился вниз по лестнице, оставив нас в полном замешательстве.

Из путевых дневников Эдварда Лира.
Путешествие по Калабрии на осле. 1847 г.
166-40-06.jpg
Июль-2010. Свежепойманный крестный отец

Агротуристическая ферма, отель, овощная лавка, рыболовецкое судно, парикмахерская — все контролируется невидимым хозяином. «Это выжженная, трудная земля, terra difficile, — говорит Антонио, житель Кротоне. — Калабрию можно было бы сделать туристическим раем, здесь для этого есть все — море, прекрасные пляжи, леса. Но деньги, которые идут из центра на развитие региона, разворовываются мафией». В сентябре Антонио окончательно покидает Кротоне и перебирается в центральную Италию, в Тоскану: там он намерен открыть центр техобслуживания автомобилей, а свою мастерскую в Калабрии оставляет компаньону. «В Тоскане есть жизнь. Здесь она замерла много лет назад», — печально констатирует Антонио. Таких, как он, сотни: калабрийцы уезжают со своей малой родины в поисках работы на север, оставляя пустые дома и даже целые поселения. Города-призраки — Нардодипаче, Рогуди, Африко — мрачная местная реальность: покинутые в результате экономического застоя, землетрясений и наводнений, они становятся угрюмыми памятниками калабрийской действительности. Как и печально известная автострада Салерно—Реджо-Калабрия, которую не могут достроить вот уже 30 лет…

Гремучая смесь
166-40-07.jpg
   Похороны Франческо Перголы,
   жертвы мафиозных разборок

Именно эта действительность, вместе с постоянными землетрясениями и суровым гористым ландшафтом, и выковала местный характер: считается, что калабрийцы — очень твердые, упорные, часто тяжелые люди, «привыкшие страдать», как поется в песне местного певца Миммо Тоскано. Testa dura — говорят они часто про самих себя: «медный лоб», «упрямая башка». Нет более ревнивого мужчины, чем калаб­риец, как нет и более примерного семьянина: семья для уроженца здешних мест — это святое. Калабрийское гостеприимство тоже не знает границ: попав в местную семью, вы ощутите себя желанным родственником, которого намерены закормить до полусмерти, — и все от сильного чувства.
Такой характер — во многом плод жгучей исторической смеси: в калабрийцах намешано столько кровей, сколько завоевателей приходило на эту землю: греки, римляне, арабы, норманны, испанцы, турки. Не стоит забывать, что древнегреческая культура впервые проникла на Апеннины именно из Калабрии. В VIII веке до нашей эры здесь возникли первые греческие полисы: на Ионическом море — Сибарис, Кротон, Локри, на Тирренском — Метауро, Иппонио, Медма. Все они сложились в высококультурную греческую колонию — Magna Grecia, Великую Грецию. Именно в Кротон приехал с острова Самос 40-летний Пифагор, чтобы основать здесь свою знаменитую философскую школу. Калабрия подарила миру еще одного знаменитого философа — уже времен Возрождения — Томмазо Кампанеллу, который родился в живописном горном местечке Стило.
От Великой Греции в Калабрии осталось немного, но это малое калабрийцы берегут с истинно рыцарским рвением. Например, одну-единственную колонну, оставшуюся от 48 колонн греческого храма в местечке Капоколонна. Или знаменитые Бронзы из Риаче: двух бронзовых древнегреческих воинов выше человеческого роста, обнаруженных в 1972 году на дне моря близ Риаче-Марина, сегодня выставили в здании администрации в Реджо-ди-Калабрия. Закрыв Национальный музей Великой Греции на реконструкцию, местные власти не решились упрятать воинов от глаз народа — слишком велик к ним интерес. Впрочем, собравшись посмотреть на статуи в пятницу, придется облачиться в парадную одежду — в день заседания местного совета в пляжном виде в администрацию не пускают, пусть даже и в самую жестокую жару…

166-40-08.jpg
Операция в Сан- Луке — основной резиденции ндрангеты

Между Сциллой и Харибдой

Море в Калабрии на любой вкус. Хочешь — Тирренское, со скалистыми берегами, белым песком и чистейшей лазурной водой, как в городе Тропея, справедливо называемом жемчужиной. Хочешь — Ионическое, с укромными гротами и уединенными пляжами, на которых можно встретить ловцов морских ежей. Чем творец не обидел Калабрию, так это природным разнообразием. Надоела жара — самое время отправиться в высокогорный национальный парк с русским названием Сила.
166-40-09.jpg
   Конфискованное у калабрийских мафиози
   оценивается в миллионы евро
Здесь даже в жарком августе вечером выпадает роса и без куртки не обойтись, а пейзажи то швейцарские, то сибирские: сосновые леса, земляника, глубокие и чистые озера, воздух, который хочется пить — и вкуснейшая минеральная вода, которая течет из крана в любом доме. А если кто-то думает, что калабрийца можно удивить снегом, — не дождетесь! Зимой Силу заносит снегами так, что еду приходится забрасывать в горы вертолетами… Ох уж эта еда… Она для жителей Калабрии (как, впрочем, для всех итальянцев) — вторая религия. Если Паста — то с большой буквы «П», то есть свежая, ручной работы, если сыр — то знаменитый овечий пекорино, если баклажаны — то маринованные с мятой, если кофе — то «Гульельмо», особой калабрийской обжарки. А еще здесь в большом почете сладкий красный лук из Тропеи и знаменитый калабрийский пеперончино — жгучий красный перец: эта «виагра для бедных», как ее здесь называют, способна превратить блюдо в рискованный аттракцион. Ну и конечно — рыба, королевой которой здесь считают рыбу-меч. Ее ловят повсюду, но более всего — в красивейшем местечке Сцилла. Именно здесь, на берегу узкого Мессинского пролива, отделяющего материковую Италию от Сицилии, согласно мифу, жило одноименное морское чудовище. Вместе с Харибдой — монстром, обитавшим по другую сторону пролива, оно нагоняло страх на мореходов. В древности пройти между Сциллой и Харибдой удалось лишь Одиссею и аргонавтам. И сегодня местные рыбаки рассказывают о сложных течениях и водоворотах в Мессинском проливе. Но в новое время преодолеть их для калабрийцев не составляет труда. Гораздо сложнее пройти меж двух более серьезных зол — мафией и бедностью. И все же, наверное, стоит пытаться — слишком прекрасна эта земля, чтобы отдавать ее на растерзание чудовищам…


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.