Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#История

До и после бури

12.08.2010 | фон Эггерт Константин | № 24 от 9 августа 2010 года

20 лет назад, в ночь с 1 на 2 августа 1990 года, стотысячная иракская армия вторглась в соседний Кувейт и за 9 часов оккупировала всю страну. Саддам Хусейн тут же объявил ее 19-й провинцией Ирака. Арабская улица, боготворившая багдадского правителя, ликовала. Но неожиданно для Багдада и некоторых других арабских столиц два давних противника, две супердержавы СССР и США выступили тогда консолидированно, с единых дипломатических позиций. Как это было — автор The New Times наблюдал непосредственно в регионе Персидского залива

Кувейт, как и другие монархии Персидского залива, был одним из главных спонсоров Багдада в войне с Ираном, которая длилась с 1980-го по 1988 год и формально закончилась ничьей. После войны кувейтцы захотели получить назад хотя бы часть одолженных денег. Саддам и не думал платить. К тому же в Багдаде всегда считали Кувейт своей территорией, искусственно отторгнутой англичанами в период между двумя мировыми войнами.* * Территория, на которой находятся современные Ирак и Кувейт, исторически была частью Месопотамии (Междуречья), которая в ту пору была под мандатом Британской короны. Хусейн обвинил соседа сразу в двух грехах: превышении выделенной ему ОПЕК квоты на нефтедобычу и краже нефти из приграничного иракского месторождения Румейла. 31 июля 1990 года попытки сторон прийти к согласию при посредничестве Саудовской Аравии провалились, и уже на следующий день иракские танки Т-72 советского производства катились по шоссе в сторону кувейтской столицы. Эмир Кувейта успел бежать в Саудовскую Аравию.

Сытые и надменные

...Они прекрасно сохранились в памяти — в шитой на заказ форме, с гигантскими золотыми часами «Радо» на запястьях, надменные и сытые — иракские военные советники в частях республиканской гвардии Йеменской Арабской Республики смотрели на своих советских коллег, работавших с ними бок о бок, свысока, почти не замечали. Командированных сюда же американских военспецов приветствовали едва заметным кивком. Автор этих строк, призванный по окончании вуза на военную службу в качестве переводчика при группе cоветских военных инструкторов в Йемене, несмотря на общительность и беглый арабский, так и не смог обменяться даже парой фраз с неприступными эмиссарами. Формально СССР и Ирак тогда были союзниками — на основании договора, подписанного в 1972 году. Однако багдадская верхушка не приветствовала «несанкционированные связи» с советскими. А уж про то, как поступают в Ираке с проштрафившимися, приходилось слышать не раз: одним из популярных методов подавления недовольства в саддамовской армии было, например, растворение заживо в соляной кислоте перед строем. Так что надменность иракских советников могла быть еще и защитной реакцией: вдруг кто-то из коллег донесет, что ты общался с русскими? Лучше уж от греха подальше.

Щедрое подношение

В начале 1990-х арабский мир воспринимал Саддама как нового Гамаля Абдель Насера.* * Президент Египта в 1956–1970 годах. Пользовался необыкновенной популярностью в арабском мире и в СССР, где ему присудили звание Героя Советского Союза. С иракским режимом, видя в нем противовес иранским аятоллам, поддерживал хорошие отношения и Вашингтон. Саддам строил престижные объекты, обладал четвертой по численности армией в мире и гигантскими запасами нефти. И хотя цены на углеводороды в то время были низки, иракцы все равно позволяли себе щедро финансировать политическую клиентуру в арабском мире. Йеменские коллеги-офицеры не раз говорили автору: только Хусейн способен «сбросить Израиль в море» и «выгнать американцев с Ближнего Востока». Едва стало известно о вторжении, арабская улица, ненавидевшая богатых соплеменников Залива и боготворившая «крутого» Саддама, возликовала. Остальной мир пребывал в шоке. Были опасения, что после Кувейта иракцы пойдут еще дальше — попытаются захватить нефтяные промыслы Саудовской Аравии. Первой пришла в себя администрация Джорджа Буша-старшего, на всякий случай предложившая военную помощь саудовцам. Госсекретарь США Джеймс Бейкер сразу же обсудил ситуацию со своим советским коллегой Эдуардом Шеварднадзе, который заверил его: Москва не станет однозначно выступать на стороне Багдада и не задействует договор 1972 года, предполагавший в принципе оказание иракскому союзнику дипломатической и военной поддержки.

48-1a.jpg
Октябрь 1990-го: Саддам Хусейн пожимает руку иракскому солдату во время инспекции дислоцированных в Кувейте частей

И вот где-то через два-три дня после иракского вторжения, за обедом в офицерской столовой к нашему «советскому» столу подходит йеменский солдат с огромным блюдом, полным свежей баранины, риса и фруктов. «Это что еще за сюрприз?» — спрашивает старший в группе наших военспецов полковник Садовский. Как переводчик группы ваш автор поинтересовался у солдатика, в чем дело. «Примите в знак уважения от иракских советников», — прозвучало в ответ. Все было ясно: прежде надменные иракцы теперь получили инструкции из Багдада насчет налаживания связей с русскими. Но номер не прошел: полковник Садовский жестом приказал йеменцу доставить нетронутое блюдо обратно. А на выходе из столовой еще и демонстративно подошел к главному американскому советнику полковнику Фрею, то ли попросил закурить, то ли чтобы просто пожать руку — дружелюбный жест был виден всем.

Шесть дней возмездия

8 августа 1990-го США начали переброску войсковой группировки в Саудовскую Аравию, параллельно сколачивая международную коалицию. Лига арабских государств, король Иордании Хусейн и Михаил Горбачев пытались убедить президента Ирака уйти из Кувейта. Тот юлил, выставлял немыслимые условия (например, уход Израиля со всех занятых в 1967 году территорий) и в итоге оказался в международной изоляции — американцам удалось сколотить беспрецедентную по количеству и составу участников антииракскую коалицию. В общей сложности своих солдат и офицеров на Аравийский полуостров отправили 34 страны, включая ряд арабских и мусульманских государств — это придавало коалиции легитимность в глазах арабов. Участником коалиции де-факто стал и СССР, поддержавший все антииракские резолюции Совбеза.
 

И вот где-то через два-три дня после иракского вторжения, за обедом в офицерской столовой к нашему «советскому» столу подходит йеменский солдат с огромным блюдом, полным свежей баранины, риса и фруктов. «Это что еще за сюрприз?» — спрашивает старший группы полковник Садовский. «Примите в знак уважения от иракских советников», — прозвучало в ответ    


 
В ночь с 16 на 17 января 1991 года началась операция «Буря в пустыне» — международные силы предприняли массированные воздушные рейды против иракских позиций. В ответ Саддам Хусейн стал обстреливать баллистическими ракетами Израиль — в надежде привлечь к себе симпатии арабов и спровоцировать региональный конфликт. Однако эффект оказался невелик: США заранее направили израильтянам противоракетные комплексы «Пэтриот», а те воздержались от ответных ударов, сломав все планы Хусейна. 23 февраля началась сухопутная операция по освобождению Кувейта, на следующий день британские и американские части вступили уже на иракскую территорию, а еще через четыре дня президент Буш неожиданно объявил о прекращении огня. Полностью разгромив Саддама на поле боя, США и их союзники сохранили жизнь самому иракскому режиму.

Уроки и последствия

В чисто военном плане война в Персидском заливе была первым конфликтом, в котором не столько люди, сколько технологии стали играть ключевую роль. Суммарные потери коалиции составили около 400 военнослужащих, потери же иракцев исчисляются десятками тысяч. Кстати, именно «Буря в пустыне» заставила иранский режим заново взглянуть на необходимость обладания ядерным оружием — единственным потенциальным сдерживающим фактором перед лицом подавляющей американской военной мощи.
Политически же война за освобождение Кувейта стала символом превращения Америки в единственную сверхдержаву и породила на Западе немало надежд на «новый мировой порядок», в котором демократии будут играть лидирующую роль, а агрессоры окажутся вне закона.
Что ж, после той войны авторитет Соединенных Штатов действительно был как никогда высок. Америка и ее главные союзники обрели моральную, политическую и военную уверенность в своих силах. В этом смысле военные операции в Сомали, на Балканах, в Афганистане и Ираке — при всех своих различиях — своего рода продолжение событий 1990–1991 годов. Парадокс, но даже сегодня, когда и в самих США стало принято говорить о начале «постамериканской» эпохи, «Буря в пустыне» — серьезное напоминание о том, что только у Америки есть силы, средства и союзники для глобальных проектов в сфере безопасности. Ведь случись в мире еще какая-то агрессия, подобная иракской авантюре в Кувейте, — и ООН опять придется прибегать к помощи Вашингтона. Поражение Саддама загнало в угол поддержавшего его тогда лидера Организации освобождения Палестины (ООП) Ясира Арафата и заставило идти на договоренности с Израилем. Без войны в Заливе не было бы сегодняшней Палестинской национальной администрации, и создание палестинского государства, вероятно, не стало бы официальной целью американской внешней политики.
С другой стороны, решение президента Буша не идти на Багдад и не добивать режим Хусейна стало прологом к вторжению 2003 года, которое осуществил его сын Джордж Буш-младший. Саддам свергнут и казнен, но уйти из Ирака американцам в ближайшее время едва ли удастся. Интересно, что в 1992 году тогдашний министр обороны США и будущий вице-президент Дик Чейни говорил: «Мы не могли пойти на вторжение в Ирак, потому что, во-первых, не имели на это мандата ООН, а во-вторых, застряли бы там на годы». Ирония истории очевидна. Вопрос же о том, что было бы, если бы Буш-старший дошел до Багдада, навсегда останется без ответа.


В ноябре 1990-го СБ ООН принял резолюцию 678, предписывавшую иракцам уйти из Кувейта к 15 января 1991 года. К тому времени на территории Саудовской Аравии уже были дислоцированы международные силы, имевшие мандат ООН. Формально они находились под саудовским командованием, но реально ими руководил американский генерал Норман Шварцкопф. Коалиция такого рода собралась впервые со времен Второй мировой войны: помимо Великобритании, Канады, Франции, Италии, Испании, Австралии, Южной Кореи в нее вошли военные из Марокко, Омана, Пакистана.

Осудив Ирак как агрессора, СССР вызвал ярость Саддама Хусейна, для которого такая позиция стала полной неожиданностью. Он расценил ее как нарушение Советским Союзом Договора о дружбе и сотрудничестве 1972 года. Такую же оценку позиции СССР давали не только некоторые влиятельные круги в арабских странах — не все аплодировали ей и внутри страны. Некоторые советские генералы высказывали опасение в связи с тем, что в регионе Персидского залива появилось значительное число американских ядерных боеголовок. Ряд военачальников выражал уверенность в конечном поражении США.

Через 5 дней после начала операции «Буря в пустыне», 22 января 1991 года, было подписано кредитное соглашение между СССР и Кувейтом, в рамках которого Москва получила $1 млрд сроком на 7 лет.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.