Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Картина мира

Правосудие не для всех

07.07.2010 | Базанова Екатерина, Белоомут —Каданок — Москва Фото автора | № 23 от 05 июля 2010 года

Индейские обычаи сильнее конституции

Боливия стала первым в мире государством, узаконившим самосуды. Закон, подписанный президентом Эво Моралесом, наделил государственным статусом «индейское правосудие», издревле принятое у коренного населения страны. Правда, оно не обходится без пыток и телесных наказаний, что прямо нарушает основные статьи боливийской конституции. Но левого президента это не смутило. Как страна собирается жить в условиях двойного законодательства — узнавал The New Times

На взгляд любого нормального человека, самосуд, даже если не вдаваться в правовые категории, — элементарная дикость. Многие боливийцы рассудили так же — не случайно многие говорят сейчас о расколе в боливийском обществе. Но президент Моралес, по крови индеец племени аймара, подписав документ с громким названием «Закон о юридических органах», поспешил объявить о «прорыве в национальном судопроизводстве». А опрошенные The New Times боливийские эксперты посоветовали делать выводы относительно президентского решения «с учетом специфики судебно-правовой практики в Боливии». В чем же она?

164-38-01.jpg
Индейское правосудие в действии. Старейшина оглашает приговор по делу Орландо Кшипе, обвиняемого в убийстве: после вмешательства правительства высшую меру ему заменили на порку крапивой вперемежку с обливанием ледяной водой

«Зоны беззакония»

Боливия — трудная страна, в которой непросто поддерживать правопорядок и осуществлять нормальное судопроизводство. Судебная власть едва охватывает 40% национальной территории. «Если в Ла-Пасе и столицах департаментов заметно наличие судов и правоохранительных органов, то в сельской местности их почти нет. Там остро не хватает представителей правосудия, которые помогли бы гражданам разрешить разного рода проблемы и споры», — сказал The New Times эксперт боливийской гражданской организации Red Participacion y Justicia Марко Мендоса. А между тем сельская местность в основном заселена индейцами аймара и кечуа — современными потомками инков.* * Индейцы кечуа и аймара также проживают в Перу, Эквадоре, Чили, Аргентине. Вопрос «индейского права» актуален и для этих стран. Они живут закрытыми общинами, где сильны традиции и авторитет вождей. «Оторванность от государства, ужасающая бедность и необразованность усугубляются невозможностью воспользоваться многими конституционными правами, такими, например, как право обратиться в суд», — объяснил эксперт. Поэтому у боливийцев из так называемых «зон беззакония» при возникновении разного рода гражданских споров не остается другого выбора, кроме как обращаться к местным старейшинам. 
«Такой практике не одно столетие, однако на государственном уровне раскрытие преступлений и наказание виновных по нормам индейского права всегда приравнивалось к самосуду и осуждалось, — пояснил Марко Мендоса. — С принятием нового закона приговор обычного суда и решение совета старейшин имеют одинаковую юридическую силу».

Эффективная мера?

В боливийской Комиссии индейского и крестьянского правосудия Совета общин признают: самосуд, да еще с применением мер физического воздействия — нарушение прав человека. Однако в боливийских условиях это более эффективно, нежели многолетняя отсидка в переполненных тюрьмах. К тому же, указывают в комиссии, в отличие от обычного индейское правосудие абсолютно не коррумпировано, а «судебные процессы» в нем не затягиваются на годы.
«Самое серьезное наказание в индейском правосудии — изгнание из общины с полной конфискацией имущества и без возможности когда-либо вернуться. Иногда вслед за преступником изгоняется и его семья», — рассказывает Марко Мендоса. Смертные приговоры? Нет, такой опасности нет. Мендоса — и в этом с ним солидарно большинство его коллег, специализирующихся на индейской проблематике, — уверяет The New Times: вынесение смертного приговора абсолютно не в традициях коренных народов, чье мировоззрение основано на уважении к любой жизни.

164-38-02.jpg
Приговор приводится в исполнение

Однако противники нововведений в духе «юридического плюрализма» настаивают на обратном — и притом небезосновательно. По данным боливийской организации «Защита народа», за период с 2007-го по 2009 год в стране зарегистрировано 80 казней, приведенных в исполнение индейцами. А в мае-июне 2010 года в департаменте Потоси на западе Боливии старейшины приговорили к высшей мере пять человек, четверо из них — полицейские из отдела по борьбе с контрабандой. Стражи порядка якобы убили нескольких членов общины и занимались вымогательством. В отместку за это полицейских похитили, убили и похоронили в общей могиле. Передать тела родственникам вождь местной индейской общины согласился только через 12 дней после похорон — с условием, что те подпишут документ, где официально откажутся от претензий к исполнителям убийства. Патологоанатом, обследовавший тела, пришел к выводу: перед смертью полицейских долго пытали, поливая кипятком, избивая камнями и палками. 7 июня в том же департаменте соседи забили камнями 51-летнего Сантьяго Флореса, подозреваемого в изнасиловании. Его похоронили, как преступника, — лицом вниз, дабы «его душа не мстила» и не беспокоила тех, кто с ним расправился.

164-38-03.jpg
Президент Эво Моралес: индеец — друг индейцев

Все эти расправы, уверяют некоторые эксперты, не имеют никакого отношения к индейскому правосудию — мол, здесь, наоборот, отсутствие всяких традиционных норм. Однако сами же представители общины Потоси заявили, что действовали в соответствии с традициями и обычаями. «Полицейские занимаются вымогательством и злоупотребляют властью. Терпение лопнуло. То, что случилось, — собственноручное восстановление справедливости», — поддержал своих «коллег» из Потоси Рафаэль Киспе, вождь индейских общин Антиплано, что на Андском плато. А что же власти? В официальном заявлении Эво Моралес признается, что расправы чинили индейцы, но «не сами, а с подачи наркоторговцев и контрабандистов.

Размежеваться успеем

Боливийский политолог Карлос Кордеро видит в принятии нового закона попытку властей «восстановить сильно пошатнувшееся доверие населения к коррумпированной судебной системе». «Но эта мера не решит проблемы, а только усугубит ее, — заявил Кордеро в разговоре с The New Times. — Закон не определяет субъектов и объектов индейского права, равно как виды преступления, на которые оно распространяется, а также территорию действия, процедуру работы с доказательствами. То есть не установлена граница между обычным и индейским правосудием». Президент Моралес пообещал: все это будет четко прописано в следующем законодательном акте — «О юридическом размежевании», к разработке которого приступили парламентарии. Пока же индейцы довольствуются тем, что «брат Эво», как зовут главу государства соплеменники, разрешил им «поступать так, как скажут вождь и мать-земля».


Индейское правосудие базируется на традициях доколумбовой эпохи. За несколько столетий они претерпели изменения, но суть та же: преступление рассмат­ривается исключительно как ошибка, причем виноват в ней не отдельный индивидуум, а все члены индейской общины. В произвольном судебном процессе принимают участие все желающие, причем каждый имеет право высказать свои доводы в пользу защиты или обвинения. «Заседание» не заканчивается до тех пор, пока не вынесен приговор. Апелляции в индейском суде нет. За нетяжкий проступок могут приговорить к возмещению материального ущерба в двойном размере, общественным работам, публичному поруганию. Преступникам посерьезнее назначают удары плетью, палками, могут на несколько часов привязать к дереву, на котором живут муравьи, и заставить терпеть их укусы.
В Боливии индейцами называют себя 60% населения.

В подготовке материала 
принимал участие Эдгар Монтойя

×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.