Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Картина мира

Иран тревоги нашей

30.06.2010 | Момот Максим , Юнанов Борис | № 22 от 28 июня 2010 года

Американские санкции против Тегерана бьют по российским интересам

44-1-a.jpg

Хотя ООН всего 20 дней назад ужесточила режим международных санкций в отношении Тегерана, США уже приготовили аятоллам еще более суровое испытание на прочность. 22 июня Конгресс приступил к разработке односторонних мер, включающих существенное сокращение поставок бензина и авиационного топлива в Иран. Компаниям-нарушителям будет перекрыт доступ на американский рынок. Этот укол может оказаться весьма чувствительным не только для Ирана, несмотря на статус одного из мировых экспортеров нефти, так и не создавшего у себя достаточных мощностей для ее переработки. Впервые поставлены под вопрос миллиардные российско-иранские контракты — прежде всего в военной и энергетической сферах. Каковы нынешние ставки Москвы в обострившейся геополитической игре — задался вопросом The New Times


Проголосовав 9 июня за санкции против Ирана, Россия выступила резко против односторонних санкций США и ЕС, о которых было объявлено неделю спустя. 17 июня на сайте МИД РФ появился официальный комментарий — односторонние меры названы в нем «неприемлемыми». Конечно, Москва хотела бы сохранить для себя привилегированный доступ к иранскому рынку. Американские же санкции ужесточают меры против иностранных компаний — страховых, финансовых и судоходных, помогающих развитию энергетического сектора Ирана. А это, в свою очередь, крайне затрудняет реализацию и без того затянувшихся двусторонних российско-иранских контрактов, таких, например, как строительство АЭС в Бушере.* * Стоимость этого контракта, заключенного еще в 1995 году, превышает $1 млрд. Буквально за пару дней до принятия новых санкций в ООН глава «Росатома» Сергей Кириенко уверял в эфире радиостанции «Эхо Москвы»: запуск АЭС состоится в конце лета этого года, как и предусмотрено графиком работ, и международные санкции в любом случае этого контракта не коснутся. Международные — да. А односторонние? Помощник президента РФ Сергей Приходько неслучайно выразил надежду, что санкции США не затронут российские компании, сотрудничающие с Ираном. Ведь российский груз для Бушера, напомнил Приходько, однажды уже оказался запрещенным к транспортировке через Германию.

Спасибо за сдержанность

Односторонние санкции демонстрируют готовность США решать иранскую проблему и без РФ. Неслучайно российский МИД посетовал на «политическое пренебрежение к партнерству с Россией». Впрочем, что касается экономики, США готовы предложить Москве альтернативу в виде российско-американского договора о сотрудничестве в области мирной атомной энергетики. Вашингтон устами официального представителя Госдепа США Филиппа Кроули уже похвалил Москву за «сдержанность» в вопросе поставок Ирану российских зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) С-300. Имея в виду прежде всего, что поставки эти так и не начались.* * Контракт на поставку пяти комплексов С-300 Иран и Россия заключили в начале 2008 года, его стоимость оценивается в $800 млн. В Вашингтоне дают понять, что и АЭС в Бушере не должна стать для Москвы идефикс. Американцы, как заметил в разговоре с The New Times дипломатический источник в МИД России, «пребывают в искреннем убеждении, что сотрудничество с ними принесет нам больше, чем мы можем потерять, отказавшись от проектов в Иране». Однако «верить им на сто процентов в Москве пока не готовы».
45-1a.jpg
Комплексы раздора

Сразу после принятия резолюции ООН, 9 июня, официальный представитель МИД РФ Андрей Нестеренко объявил: комплексы С-300 под санкции не подпадают, сделка состоится. Тему развил 10 июня глава МИД Сергей Лавров находясь в Ташкенте: «Резолюция вводит ограничения на сотрудничество с Ираном по наступательным вооружениям, и оборонительные под них не подпадают». Однако уже 11 июня С-300 все же стали наступательным оружием: в заявлении Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству (ФСВТС) говорилось, что комплексы под санкции все-таки подпадают. Одновременно агентство «Интерфакс» распространило мнение «источника в Кремле», который подтвердил: подпадают. Но в тот же день вице-премьер Сергей Иванов тем не менее заявил ИТАР-ТАСС: выполнение контракта по С-300 — вопрос политической воли, а санкции этого вида вооружений не касаются.

Клубок разночтений запутался в узел. Его разрубил лично премьер Владимир Путин на встрече в Париже 11 июня с президентом Франции Николя Саркози: поставки С-300 будут заморожены.* * Последняя резолюция ООН запретила поставки в Иран странами — членами ООН вооружений и военной техники, включая танки, БМП, крупнокалиберные артсистемы, вертолеты огневой поддержки, а также ракеты или комплектующие к ним.

Скандал вокруг С-300 указывает на отсутствие единства в российской элите, полагает замдиректора Института международных исследований при МГИМО Виктор Мизин. «Одна часть, близкая президенту Медведеву, понимает: Россия как гарант режима нераспространения должна способствовать тому, чтобы Иран выполнял свои обязательства, — разъяснил эксперт в разговоре с The New Times. — Но есть и другое лобби, близкое ВПК и «Росатому», которое считает: Иран ни в чем особенном не провинился, давят на него совершенно зря, а вот Россия теряет огромные деньги» — около $2 млрд от возможного аннулирования сделок по Бушеру и С-300. И если по российским экспортерам вооружений режим жестких санкций все же не сильно ударит — экспорт в Иран составляет всего 3% от общего объема, — для «Росатома» все оказывается сложнее: «Если США добьются ограничений по сотрудничеству в мирном атоме, мы потеряем довольно большие деньги». Судя по последним событиям, проиранское лобби в Москве сдает свои позиции, причем Иран «сам помогает ему в этом — неадекватной недружелюбной реакцией на подписание Россией резолюции ООН». Эксперт предположил, что сделка по С-300 «в итоге не состоится, хотя тут нельзя пока говорить со стопроцентной уверенностью».
 

Убедить Иран добровольно отказаться от военной ядерной программы невозможно    


 
Вторая Индия? 

Для Москвы трудности иранского досье одной экономикой не исчерпываются. Предположим, США смогут компенсировать России потери от сворачивания отношений с Ираном согласием ратифицировать, наконец, договор о сотрудничестве в сфере мирного использования атомной энергии — так называемое Соглашение 1-2‑3, заключаемое обычно на 30 лет.* * США уже подписали его более чем с двумя десятками государств, включая Украину, Китай и Индию. В мае 2008 года аналогичное соглашение было подписано и с РФ, но до сих пор не ратифицировано Конгрессом США. В результате американские компании получат доступ к месторождениям урана на территории России. Россия же, в свою очередь, сможет выйти на американский рынок атомной энергетики. При этом суммарный объем контрактов, по оценкам, может достигать $10 млрд. Но как быть с геополитикой? «Россия поддерживает Иран с целью уменьшить западное влияние в регионе, и это исторически выдержанная линия», — заметил в разговоре с The New Times профессор-политолог из Кембриджского университета (Великобритания) Джонатан Хэслэм. «При Путине—Медведеве Россия считает своим главным приоритетом сдерживание США, логика Москвы такова: если помощь Ирану означает, что Тегеран получит ядерное оружие, то пусть так и будет». По словам эксперта, нынешняя иранская политика Москвы, возможно, продиктована «еще и наив­ным расчетом на то, что в обмен на ее благосклонность Тегеран, используя свое влияние в исламском мире, поможет снизить давление исламистов на южные рубежи России».

Но другие эксперты считают политику Мос­квы вполне продуманной. «Россия видит: Иран стремится усилить свое влияние в регионе в первую очередь за счет интересов США, а не за счет ее собственных, — замечает в разговоре с The New Times глава исследовательской группы Центра международных исследований при Университете Вирджинии (США) Аллен Линч. — Так почему она должна рвать с Ираном?» Эта страна напоминает эксперту Индию: выйти за рамки мирного ядерного потенциала Тегеран, как в свое время и Дели, «принуждают собственные представления об исторической справедливости и стремление усилить влияние в своем регионе». «Убедить Иран добровольно отказаться от военной ядерной программы невозможно», — резюмирует эксперт. Собеседник The New Times уверен: полностью поддержав американскую политику в отношении Ирана, Россия «потеряла бы больше, чем приобрела»: «cтроительство ядерных реакторов за рубежом — одна из немногих статей российского экспорта с высокой добавленной стоимостью, то есть прибыль от реализации контракта как минимум в два раза перекрывает понесенные затраты». Нынешние и потенциальные клиенты, безусловно, следят за тем, как Москва выполняет свои обязательства по контрактам с Ираном. Хорошие отношения с Ираном важны и с точки зрения разработки каспийских месторождений, тем более у Москвы и Тегерана «общий взгляд на Кас­пийское море».* * Иран, как и Россия, считает Каспий озером и выступает за разделение его на 5 равных частей между прибрежными странами.

Китайский урок

Ясно, что США не учтут возражений Москвы в вопросе о принятии жестких односторонних санкций в отношении Ирана. Но очевидно, что и Москве ни к чему пренебрегать очевидным прогрессом в отношениях с Вашингтоном ради ядерных амбиций аятолл. Что делать? «Стороны обречены балансировать на грани политического согласия по Ирану, и это в любом случае лучше военного противостояния с ним», — заметил The New Times немецкий эксперт Маттиас Кюнтцель. Другие эксперты считают, что России было бы полезно взять пример с Китая: он деликатно отказывает Тегерану в поставках вооружений, умело пристраиваясь к перспективным энергопроектам, например, по разработке крупнейшего шельфового мес­торождения газа в иранской провинции Южный Парс.* * По сообщению гонконгской газеты South China Morning Post, Тегеран пригласил Пекин участвовать в нефтяных проектах общей стоимостью $452,5 млрд. Как заметил в разговоре с The New Times руководитель группы геополитических проблем Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Сергей Казеннов, «Пекин заключает с Тегераном масштабные контракты в энергетической сфере, но при этом поддерживает хорошие отношения с Западом».


Резолюция СБ ООН 1929 от 9 июня 2010 года: 
•расширила список физических и юридических лиц, по отношению к которым «следует проявлять бдительность». В новый список включен Джавад Рахики, глава Иранской организации по атомной энергии, 22 государственные и частные организации, в том числе университеты, 15 фирм, связанных с корпусом Стражей исламской революции, и еще 3 компании, находящиеся под контролем Iran Shipping Lines; 
•призвала проявлять бдительность в контактах со всеми банками Ирана, в том числе с Центробанком. 
•Разрешила странам — членам ООН: – блокировать счета физических лиц — граждан Ирана, вводить запрет на открытие филиалов иранских банков за рубежом, на сделки с участием иранских банков, а также на любые финансовые операции на своей территории, если есть подозрение, что они связаны с иранской ядерной программой;
– вводить запрет на передвижение по своей территории физических лиц, перечисленных в резолюциях разных лет;
– досматривать все корабли и самолеты под иранским флагом на своей территории, если есть подозрение, что их груз связан с иранской ядерной программой.
•Указала на возможность ввода новых, еще более жестких санкций.


44-GRa.jpg

Зоны экономических интересов России в Иране
1. Бушер. Здесь Россия завершает работы по строительству АЭС. Ожидается, что реактор начнет работать уже в середине сентября.
2. Азар и Шангуле. На разработку этих месторождений в провинции Илам, запасы которых Иран оценивает в 5–6 млрд баррелей нефти, сначала претендовал «ЛУКОЙЛ», теперь — «Газпром нефть». 
3. Провинция Голистан. Здесь Россия рассчитывает построить нефтеперерабатывающий завод.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.