Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Главное

#Экология

Гвозди против чиновников

07.06.2010 | Алякринская Наталья | № 19 от 07 июня 2010 года

За что и какими методами воюют радикальные «зеленые»

160-09-01.jpg

Своими действиями эти люди нарушают закон. Они это знают, и это их не смущает. На кону — экология их района, города, страны. Они уверены: добро, которое они защищают, должно быть с кулаками. Радикальные «зеленые» — кто они и за что воюют — спрашивал The New Times

Июнь 2010 года. Подмосковный город Жуковский. 15 молодых людей с молотками в руках и мешками, полными гвоздей, быстро рассеиваются по лесному массиву. Вскоре из разных концов леса раздается стук: ребята, не прячась, забивают гвозди в живые деревья. После чего помечают ствол каждого дерева буквой «Ш». На языке радикальных экологов это значит «зашиповано».

Добро с шипами

Такое дерево невозможно спилить: пилы о гвозди ломаются. Если зашипован целый лесной массив, он становится непригодным для вырубки. Среди зеленых радикалов шипование считается эффективным способом остановить вырубку деревьев. При этом участники акций уверяют, что метод для деревьев безвреден. «Для дерева шипование — это как иглоукалывание для человека, — говорит 23-летний Антон Белов (имя изменено), один из жуковских активистов. — В ситуации, когда легальные методы борьбы себя уже не оправдывают, остается только прямое действие».
Несколько лет назад власти города решили проложить через жуковский лес подъездную дорогу к аэродрому, чтобы удобнее было добираться до престижного авиакосмического салона МАКС. Решили — несмотря на природоохранный статус местного леса и протесты граждан, для которых это единственная зона отдыха в городе. Митинги и переговоры с властью ни к чему не привели. Тогда молодежь и перешла к «прямым действиям». «В нынешних условиях надо проявлять свою позицию радикально, — уверен Антон. — При этом все методы хороши. Если понадобится, будем перекрывать трассы, забираться на деревья и приковывать себя к ним. Иначе до наших чиновников не достучаться».
Антона не смущает, что они нарушают закон: шипование деревьев расценивается как повреждение зеленых насаждений, штраф до 5 тыс. рублей. «Закон или один для всех, или ни для кого, — говорит 24-летний москвич Степан, участник проекта «Зеленый блицкриг». — Ведь чиновники спокойно нарушают законы: совершают должностные подлоги, берут взятки... Почему же нарушение законов во имя правды и справедливости должно останавливать нас?» В послужном списке Степана и его товарищей — детский сад на Трифоновской, который отстояли путем шипования деревьев, и Хитровка, которую не спасли от строительства бизнес-центра. Но неудачи Степана лишь раззадоривают: «В условиях, когда политическая поляна в стране полностью выжжена, а гайки продолжают закручивать, у активной молодежи просто нет иного выбора, кроме как выразить свой протест радикальными действиями. Власть сама создала такие правила игры».
 

В условиях, когда политическая поляна 
 стране полностью выжжена, нет иного выбора, 
кроме как выразить свой протест радикальными 
действиями. Власть сама создала такие правила игры    


 
По мнению Степана, легальные методы борьбы могут только затягивать решение вопросов и поднимать шум, но принципиально не отменяют решения корпораций и коррумпированных ими чиновников. По его словам, бывают редкие исключения, но, как правило, они связаны либо с большой политикой (Путин спас Байкал, отнеся трубу на 400 км), либо с появлением другой заинтересованной стороны (корпорации), которая перекупает чиновников и обостряет борьбу на объекте из своих интересов (банкир Лебедев, считает Степан, борется против точечной застройки, потому что видит себя в кресле мэра Москвы). Любопытно, что с экорадикалами во многом солидарны и легальные экологические организации. 160-09-02.jpg
«Я не поддерживаю тех, кто «шипует» деревья. Но давайте честно скажем: чтобы этого не было, в обществе должны работать нормальные механизмы, — замечает Евгений Шварц, директор по природоохранной политике Всемирного фонда дикой природы (WWF Россия). — Те, кто вбивает гвозди в деревья, делают это потому, что все чиновники куплены, лесная охрана разогнана и налицо правовой беспредел». По словам Шварца, в ряде районов Кавказа, где власти не ведут диалог с «зелеными», работают только экстремальные способы борьбы. А, к примеру, в Архангельской области никто не шипует деревья — «потому что там крайне цивилизованное лесоуправление».

Смотрящие за радугой

У Гены в ушах вместо сережек — деревяшки, на голове — спутанные косички-дреды. 25 лет, общителен, начитан. Активист радикального экологического движения «Хранители радуги». Убежденный анархист. Кумиры — Петр Кропоткин, Карл Маркс, Михаил Бакунин. Изображение последнего — татуировкой во все левое Генино плечо.
Главные мишени Гены и его союзников — ядерные объекты и вредные производства. Экологические протестные лагеря «Хранителей радуги» появляются там, где население отчаялось достучаться до власти. «Мы не супермены, — говорит Гена. — Действуем как скорая помощь. Обычно население пишет жалобы в прокуратуру, суды, чиновникам, но получает отписки. Обращаются в официальные экологические организации, но те редко что могут. И тогда появляемся мы. Учим людей правильно подавать заявления на пикеты и митинги, мобилизуем местное население, печатаем листовки».
Среди «Хранителей радуги», по словам Гены, немало студентов-юристов, будущих экологов и технарей. Средний возраст — 25 лет. В основном это люди с высшим или незаконченным высшим образованием. У многих уже есть дети и семьи. Акции проводят на свои, хотя многие этому не верят. «Самые частые к нам вопросы: кто у вас главный и сколько вам платят, — усмехается Геннадий. — Абсолютный абсурд. Именно благодаря тому, что у нас нет главного и нам никто не платит, мы и побеждаем. Власть может посадить сколько угодно людей, но придут другие. Мы не иерархическая структура. У нас нет ни главарей, ни идеологов, поэтому с радикальными экологами бороться бесполезно».
Для местных администраций появление под боком эколагеря «хранителей» — стихийное бедствие: обычно они не уходят, пока власти не пойдут на уступки. Способы воздействия — от традиционных (пикеты, митинги) до радикальных: «зеленые» приковывают себя к дверям административных зданий, залезают на крыши, перекрывают федеральные трассы. Их сажают на 15 суток, избивает ОМОН — тщетно.
Так было в Азове Ростовской области, где «хранителям» удалось добиться перепрофилирования терминала по хранению и перевалке этанола, в который итальянская компания «Трибольди» вложила $11 млн. Так было в Перми, где экорадикалы выступали против утилизации твердотопливных ракет на открытом стенде и добились ее перевода в «закрытый» режим. Так было в поселке Нижнее Мальцево Рязанской области, где при местном химзаводе решили строить цех по производству фенолформальдегидных смол: после проведения народного референдума и получения черной метки губернатор Рязанской области признал строительство незаконным. «Самое крутое — это ощущение победы, — делится Геннадий, — когда ты осознаешь, что спас город, в котором живут тысячи людей. Причем не «Хранители радуги» закрывают производство, а население. Просто мы делаем так, что оно начинает понимать свои права». Сегодня на повестке дня у Гены и его единомышленников — не допустить строительства 23 новых АЭС, запланированных Росатомом. «Это сумасшествие, — уверен активист. — Каждый реактор будто специально находится у крупного города-миллионника. Если удариться в паранойю и поверить в планы уничтожения России, то это идеальный план. Но мы хотим, чтобы наша экономика переориентировалась с атомной энергетики на альтернативные источники энергии — ветер, солнце, воду. Надо стремиться в светлое будущее, а не превращать территорию России в сырьевую яму».

×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.