Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

Лорд-Ленин в Лондоне

29.04.2010


Алекс Гольдфарб
Из книги “САША, ВОЛОДЯ, БОРИС… История убийства”
© 2010 Alex Goldfarb, Marina Litvinenko

Через три года после отравления Литвиненко его
друзья выяснили причину убийства и связь с гибелью Анны
Политковской
7 ОКТЯБРЯ 2006 года в подъезде своего дома на Лесной улице
была убита Анна Политковская. Рядом с телом нашли брошенный
пистолет с глушителем и спиленным серийным номером, а также
четыре гильзы, по числу пулевых ранений, два из которых оказались
смертельными. Покушение произошло в день рождения президента
России. Комментируя гибель журналистки, Борис Березовский заявил:
“Россия возвращается к языческим временам, это – чисто ритуальное
убийство, посвященное Путину”.
Впоследстви семья Анны и ее коллеги-журналисты из “Новой
Газеты” всерьез рассматривали три возможные версии убийства.
По первой из них, подозрение падало на друзей командира Ханты-
Мансийского ОМОНа, который был осужден российским судом
за зверства в отношении мирных жителей в Чечне, после того как о
них написала Политковская. В тюрьме он вскоре умер. У его друзей,
безусловно, были основания ненавидеть Анну.
По второй версии, подозрение падало на Рамзана Кадырова, против
которого в последние месяцы было направлено острие публицистики
Политковской. Ее застрелили за два часа до того, как она должна была
отправить в печать результаты сенсационного расследования о пытках
в кадыровских застенках.
Согласно третьей версии, убийство организовали конкуренты
Кадырова - “чеченская линия” ФСБ с целью “подставить” скандального
путинского питомца и убедить президента он него избавиться. Чеченцы-
агенты ФСБ и именитые коллаборационисты были недовольны, что
Кадыров вытесняет их из республики. “Повесив” на Кадырова убийство
международно известной журналистки-правозащитницы, конкуренты
надеялись сделать его кандидатуру неприемлемой для роли президента
Чечни, которую прочил ему Путин.
Однако все эти версии возникли потом, а в первые дни после убийства
Анны два голоса – один из Кремля, а другой из Лондона запальчиво
бросились обвинять друг друга, не дожидаясь ни улик, ни фактов.
Первым начал Путин. 10 октября, комментируя на пресс-
конференции в Дрездене гибель Анны, он заявил, что располагает
данными, будто “некоторые люди, которые скрываются от российского
правосудия за рубежом, давно вынашивают планы принести жертву,
чтобы создать волну антироссийских настроений и навредить России...
Убийство Политковской нанесло [нам] гораздо больший ущерб,
чем ее публикации... оно направлено против нашей страны, против
действующих властей”.
Речь Путина, увековеченная в видеоархивах Интернета, относится
к числу его знаменитых “минуток ненависти”, тех эмоциональных
всплесков, когда его плохо сдерживаемый гнев вырывается наружу.
Было видно, что перед его глазами стоят вовсе не журналисты,
собравшиеся на пресс-конференцию, а лондонские заговорщики во
главе с главным врагом - Борисом. Он искренне верил в то, что “эти
люди” убили Анну, чтобы навредить лично ему.
A Саша Литвиненко обвинял Путина. Видеоролик его выступления
в лондонском клубе “Фронтовая линия”, где собираются военные
корреспонденты, также можно найти в Интернете.
- Я заявляю, что Анну убил Путин, президент Российской федерации,
- сообщил непривычно сумрачный Саша притихшему залу. – Я готов
это заявить в любом суде, вы можете писать об этом, ссылаясь на
меня...
До его собственного отравления оставалось девять дней.
Конечно, эти два выступления стоили друг друга как по своей
эмоциональности, так и по беспочвенности. Но они показывают,
насколько были накалены страсти между Кремлем и Лондоном
непосредственно перед Сашиным убийством.
…………….
Лондон, весна 2007 года
То, что Россия откажется выдать Андрея Лугового, подозреваемого
в убийстве Литвиненко, было вполне предсказуемо, и официальный
Лондон к такому развитию событий был готов. Но то, что произошло
вскоре после отправки запроса на экстрадицию в Москву, повергло
британцев, еще не успевших оправиться от потрясений предыдущей
осени, в состояние полного недоумения: в Лондоне появился еще один
киллер, на этот раз с намерением убить Березовского. u1055 Покушение
было предотвращено Скотланд-Ярдом, но сам этот эпизод приоткрыл
завесу над невидимыми для простых глаз реалиями жизни Кремля и
Уайтхолла и добавил еще одно измерение к убийству Саши, связав его
в единый сюжет с гибелью Анны Политковской.
16 июня 2007 года мы с Мариной прилетели в Лондон из Гамбурга
после презентации немецкого издания нашей книги. Это был день
рождения Марины – первый без Саши, и Ахмед Закаев позвал всех к
себе на шашлыки. Из аэропорта мы собирались ехать прямо к нему.
Нас встретил шофер Джек на офисном “Мерседесе”. С важным видом
он сообщил: “У нас тревога, приходили Джей и Колин из Скотланд-
Ярда. Велели быть в боевой готовности. Сказали доставить вас к
мистеру Закаеву, никуда не заезжая, а мистер Березовский находится в
безопасном месте”. Больше он ничего толком не мог объяснить.
Приехав к Ахмеду, мы удивились еще больше. Шашлыки в его
небольшом садике за домом готовились под охраной полиции! Помимо
гостей здесь находились несколько спортивных молодых людей с
бдительными взглядами и полисмен Джей из антитеррористического
отдела.
- Объясни, что происходит? – спросил я у Ахмеда.
- Пришли из Скотланд-Ярда, сказали, что у них оперативные данные,
будто из Москвы прибыл еще один киллер. Борису посоветовали уехать
на пару недель от греха подальше, ну он и улетел в Израиль. А мне вот
охрану поставили. Сегодня даже ночевали.
Мне это больше напоминало засаду, нежели охрану. Все
оперативники были в штатском, и снаружи не было видно полицейских
машин. Между тем, лондонская полиция обычно действует в открытую.
- Ты сам-то в это веришь? – спросил я Закаева.
- Как-то не верится, но с другой стороны, после того, что произошло
с Сашей, можно допустить все что угодно.
“Состояние боевой готовности” продолжалось около недели. Затем
полицейские исчезли, и я, не дождавшись Бориса, уехал с Нью-Йорк.
Вскоре он вернулся из Израиля, но обсуждать эту историю со мной по
телефону не стал, “по просьбе полиции”.
Ровно через месяц источники в британских спецслужбах слили
в газеты подробности. О готовящемся покушении они узнали u1080 из
“заслуживающих доверия оперативных данных”. Киллер прибыл
из Москвы в начале июня с восьмилетним сыном и поселился в
гостинице “Хилтон”. Он искал встречи с Борисом и через сообщников
договорился о покупке пистолета. Однако “Мистер А”, как его
именовали в газетах, был задержан и депортирован в Россию; это
официально подтвердил представитель полиции. А через некоторое
время “Коммерсант” и “Эхо Москвы” назвали имя злоумышленника.
Им оказался пятидесятитрехлетний Мовлади Атлангериев – один из
основателей Лазанской ОПГ и, как стало ясно позже, ключевая фигура
в убийстве Политковской.
Теперь стало понятно, почему наши друзья из Скотланд-Ярда
восприняли угрозу всерьез. После гибели Макса Лазовского и отъезда
Хож-Ахмеда Нухаева за границу [последний раз его видели в 2001
году в Турции, а в 2004 году появились сообщения, что он убит],
Атлангериев, известный в уголовных кругах под кличками “Лорд” и
“Ленин”, был единственным из отцов-основателей Лазанской банды,
оставшимся на плаву. Официально он занимался недвижимостью и был
одним из наиболее именитых московских чеченцев. Неофициально он
имел репутацию доверенного лица ФСБ и исполнителя “спецзаданий”.
Главной всеми признанной заслугой лазанского авторитета было то,
что в критические дни начала второй чеченской войны он перетянул
на сторону федералов клан Ямадаевых – полевых командиров из
Гудермеса. В горячие дни ноября 1999 года Атлангериев уговорил
братьев Ямадаевых сдать город без боя и перейти на сторону Кремля.
Путин тогда обласкал братьев: двое получили звание Героя России, а
их отряд численностью в 1000 бойцов переодели в российскую форму
и включили в состав спецназа ГРУ под названием “Батальон Восток”.
Командиром, в звании подполковника, стал Сулим Ямадаев. Главу
клана Руслана Ямадаева сделали лидером партии “Единая Россия” в
Чечне и депутатом Госдумы.
За “приручение Ямадаевых” Атлангериев был удостоен ордена
Почета и награжден именным пистолетом, который вручал ему лично
директор ФСБ Патрушев. После этого он стал главным доверенным
лицом Конторы u1087 по “чеченской линии” и пару раз даже был на
докладе у самого Путина. Жил он в Москве на широкую ногу; по
свидетельству Апти Баталова, бывшего руководителя администрации
Масхадова, “у него была квартира огромных размеров, он говорил,
что [ее] обустройство обошлось в несколько миллионов далларов,
а в подземном гараже стояли 4 или 5 самых современных и дорогих
автомобилей”. Тот же Баталов, который впоследствии получил
убежище в Великобритании, был в 2001 году свидетелем разговора
Атлангериева с заместителем директора ФСБ адмиралом Угрюмовым,
тем самым, которого Саша Литвиненко подозревал в московских
взрывах сентября 1999 года. У Баталова сложилось впечатление, что
“эти люди дружат давно и основательно”.
Однако, по информации Закаева, с лета 2006 года Атлангериев затеял
очень опасную игру. По мере того, как приближалось тридцатилетие
Рамзана Кадырова, а вместе с ним обещанное ему Путиным
президентство Чечни, группа связанных с российскими спецслужбами
чеченцев задумала любой ценой предотвратить это назначение и
посадить в президентское кресло Руслана Ямадаева. Атлангериев был
душой этого проекта. Главной задачей заговорщиков было убедить
Путина отказаться от Кадырова.
Именно в этот момент, следуя “антикадыровской” версии гибели
Анны Политковской, у заговорщиков и возник план убить журналистку
и обставить дело так, чтобы подозрение пало на Кадырова. Покушение
специально приурочили ко дню рождения Путина, чтобы особенно его
разозлить. Всем было известно, как Кадыров ненавидит Политковскую
и действительно, сразу же после убийства правозащитники и
международная пресса стали называть его главным подозреваемым.
Но, как это часто бывает, вступил в силу закон непередвиденных
последствий. В свих статьях Политковская клеймила Путина не
меньше, чем Кадырова, и Президент, не меньший конспиролог, чем
Саша Литвиненко, воспринял ее убийство как камень в свой огород,
подброшенный из Лондона. К тому же он поверил Кадырову, который
клялся Аллахом, что не имеет к гибели Политковской никакого
отношения. А верхушка ФСБ доложила u1086 об убийстве совсем не так,
как планировали заговорщики. Зная, что хочет услышать президент,
чекисты предложили “лондонскую” версию как наиболее вероятную.
ЧЕРЕЗ ТРИ МЕ СЯЦА после отравления Литвиненко журнал “Нью
Таймс” опубликовал расследование журналистов Ильи Барабанова
и Владимира Воронова, в которм те цитируют “высокопоставленныe
источники” в Кремле и ФСБ: “Убийство [Политковской] 7 октября,
в день рождения президента, можно было расценить исключительно
как пощечину главе государства. Уже 8 октября, перед отлетом в
Дрезден, где должны были состояться его переговоры с канцлером
Германии Ангелой Меркель, [Путин] собрал руководителей силовых
ведомств... [которые] сообщили, что преступление было спланировано
Березовским, который поручил это дело Литвиненко. Литвиненко, как
следовало из того доклада, используя старые связи, вышел на чеченских
боевиков, которые и организовали убийство”. Именно на совещании 8
октября, пишут Барабанов и Воронов, Путин дал чекистам добро на
операцию против Саши.
«Я проверил данные моих журналистов по собственным
источникам, – сказал западным корреспондентам главный редактор
“Нью Таймс” Раф Шакиров. – Два информатора очень высокого уровня
их подтвердили. Несколько информаторов сообщили, что заместитель
директора ФСБ Бортников руководил встречами, где обсуждалась
организация убийства Литвиненко».
Преред публикацией статьи Шакиров письменно попросил Кремль
и спецслужбы высказать свою точку зрения. Ответа не последовало.
“Лондонскую версию” убийства Политковской Путин лично
озвучил в Дрездене 10 октября. Неделю спустя в Лондон со своим
смертоносным грузом прибыли Луговой и Ковтун.
Как отда ются высочайши е приказы об убийстве? Из истории
мы знаем, что главная забота августейших заказчиков в таких ситуациях
- обеспечение “отрицаемости”, то есть отдача приказа в такой форме,
чтобы всегда можно было уклониться от конкретной индивидуальной
ответственности; ведь у находящегося на вершине особое положение:
он-то не сможет в случае чего сказать, что “действовал по приказу”.
Сталин никогда не отдавал приказы о ликвидациях от своего имени
– это всегда было “решение Политбюро”. Как свидетельствует
тайная звукозапись, сделанная майором госохраны Мельниченко в
кабинете украинского президента Кучмы, тот не приказывал убивать
журналиста Георгия Гонгадзе, он лишь попросил министра внутренних
дел Кравченко “разобраться с этим грузином”. Потом, когда Гонгадзе
убили, а министр застрелился, защитники Кучмы стали утверждать,
что президент совсем не это имел в виду, а силовики его “не так поняли”.
Традиция “отрицаемости” в анналах высочайших заказов “мокрых
дел” восходит к английскому королю Генриху Второму, изрекшему в
декабре 1170 года: “Неужели никто не избавит меня от этого назойливого
попа?” Он имел в виду своего недоброжелателя, Архиепископа
Кентерберийского Томаса Бекета. Вскоре Бекета закололи прямо в
храме четыре рыцаря, которые, как оказалось, “не так поняли” короля.
Некоторые историки, впрочем, дают более развернутую версию слов
Генриха: “Каких же жалких карликов и предателей я взлелеял у себя в
доме, если они позволяют низкородному монаху так оскоблять своего
государя!”
Именно в таком ключе я и представляю себе, как подал российский
президент сигнал верным чекистам, пришедшим с докладом, что Анну
специально убили, чтобы уязвить его в день его рождения.
сл едоват ели Генпрокуратур ы, занимавшиеся делом
Политковский, получили зеленый свет: во что бы то ни стало найти
убийц и доказать их связь с лондонскими заказчиками. Исполнителей
заказа удалось установить за полгода: ими оказались члены Лазанской
ОПГ. Были арестованы рядовые бойцы банды, братья Джабраил и
Ибрагим Махмудовы, следившие за журналисткой, и милицейский опер
Сергей Хаджикурбанов, который по версии следствия доставал для
убийц пистолет. Задержали также подполковника ФСБ Павла Рягузова,
который выдал братьям Махмудовым оперативную “установку” на
Анну. Непосредственный же киллер, старший брат Рустам Махмудов,
скрылся за границей с подложным паспортом, который ему кто-то
помог получить уже после того, u1082 как его объявили в розыск.
Следуя установкам из Кремля, официальное следствие довольно
долго пыталось найти “лондонский след”. Высшие прокурорские
чины продолжали указывать пальцем на Березовского. Объявляя
в августе 2007 года об аресте братьев Махмудовых, генеральный
прокурор Юрий Чайка прозрачно намекнул, что заказчиком является
“некий российский гражданин, проживающий за границей”, а мотив
убийства – дискредитация президента Путина. Руководитель главного
следственного управления Дмитрий Довгий, перед тем как сам был
арестован за взятки, в апреле 2008 года прямо заявил, что имеет
“глубочайшее убеждение”, что Березовский передал “лазанским”
заказ через проживающего за границей Хож-Ахмеда Нухаева. Однако
никаких данных в пользу того, что это так и что Нухаев вообще жив,
так и не нашли, и от лондонской версии пришлось отказаться. В
ноябре 2008 года глава следственного комитета Александр Бастрыкин,
передавая дело Махмудовых в суд, сказал: «Мы не знаем, кто заказчик.
У нас нет оснований говорить, что это Березовский».
Так или иначе, нити убийства четко тянулись к верхушке Лазанской
ОПГ. Объявляя об аресте исполнителей, прокурор Чайка сказал: “Во
главе всего этого стоял лидер московской преступной группировки,
выходец из Чеченской республики”.
Атлангериев отправился в Лондон убивать Березовского вскоре
после ареста братьев Махмудовых, Хаджикурбанова и Рягузова, то
есть как раз в тот момент, когда российские следователи установили,
что цепочка замыкается на нем, и ломали голову, как связать его с
Березовским. Он чувствовал, что круг сужается, и со дня на день он
сам будет арестован.
Это объясняет главную загадку его лондонской миссии: по
собственным словам Атлангериева, подслушанным лондонской
полицией и переданным Березовскому, застрелив олигарха, он “не
собирался скрываться, а намеревался сдаться, получить 20 лет,
отсидеть 10, стать героем России, семья будет обеспечена и так далее...”
Спрашивается, зачем человек, благополучно проживающий в Москве
в почете и роскоши, в квартире стоимостью в несколько миллионов
долларов, с пятью иномарками в гараже, добровольно собирается
променять все это на британскую тюрьму?
Ответ очевиден: Атлангериев решился на свою “миссию камикадзе”,
да еще взял с собой малолетнего сына, потому что понимал, что его
дни в Москве сочтены. Перед ним стояли две перспективы: либо
получить пожизненное заключение за убийство Политковской по
“заказу из Лондона”, либо ожидать расправы, если истинный мотив
убийства Анны – дискредитация Кадырова, выйдет на поверхность. По
сравнению с этим британская тюрьма действительно может показаться
санаторием.
Английски е сп ецслужб ы, получивши е агентурные
данные о прибытии киллера, естественно, не разбирались в нюансах
чеченской политики. Для них Атлангериев был агентом ФСБ высокого
класса, награжденным за операции в Чечне, которой находился “на
связи” у самого Патрушева. Его “ленинская” кличка ассоциировалась
с именем легендарного международного террориста прежней эпохи
– Карлоса, изветного также как “Ильич Рамирес Санчес”, который
также слыл агентом КГБ. Вот они и решили, что “Лорд-Ленин”
прибыл ликвидировать Бориса по заданию Конторы. А почему
вместо “высокотехнологичного” полония на этот раз терминатор
ФСБ собирался использовать банальный пистолет, приобретенный в
лондонских закоулках, удивляло гораздо меньше, чем сам факт того,
что русские решились на новый теракт в Лондоне всего через семь
месяцев после скандала с Литвиненко – судя по всему, на Лубянке
окончательно сошли с ума!
О то м, что происходило в британских коридорах власти в связи
с прибытием “Лорда”, рассказал в мемуарах, вышедших в 2009 году,
бывший руководитель антитеррористического управления английской
полиции Энди Хейман, командир наших опекунов Джея и Колина.
У Скотланд-Ярда, пишет Хейман, “не оставалось иного выхода,
как доложить обо всем политическому руководству, чтобы потом не
возникло проблем... В коридорах Уайтхолла это вызвало переполох”.
Два года спустя книга Хеймана “Охотники за террористами”
и сама вызвала переполох. Ее публикация была приостановлена
прокуратурой u1087 по просьбе правительства Ее Величества в рамках закона
о государственной тайне. Однако суд отменил запрет, и британская
публика смогла узнать о закулисной стороне крупнейших терактов и
о постоянных трениях между силовыми ведомствами и политическим
руководством Великобритании. Делу Литвиненко и последующему
эпизоду с Атлангериевым Хейман посвятил отдельную главу.
Впочем, ни Атлангериев, ни Березовскиий не были названы в
книге по имени, так же как осталась неназванной и страна, из которой
прибыл ликвидатор, – по-видимому эти умолчания и составляют
британскую гостайну. Вместо этого Хейман повествует о некоем
“профессиональном убийце”, прибывшем ликвидировать “персону
высого профиля” из “страны, с которой Великобритания не хотела
портить отношений”. Полиции было известно о покупке пистолета и
где киллер собирается встретиться с намеченной жертвой.
Скотланд-Ярд разработал дерзкую встречную операцию – захватить
террориста с поличным. В чем была ее суть, в книге не рассказывается,
сказано только, что план “вызвал истерику у дипломатов и политиков”.
Последовали переговоры с представителями Форин-офиса на
нейтральной территории - в канцелярии премьер-министра под
председательством сэра Найджела Шейнвалда, советника Тони Блэра
по внешней политике.
- Я был поражен, когда дипломаты предложили пресечь планы
прибывшего киллера еще до того, как мы получим доказательства его
вины, - пишет Хейман. – Я им об этом так и сказал, не стесняясь в
выражениях: будет полным идиотизмом, если мы раскроем карты
впустую; к тому же это не снимет угрозы с предполагаемой жертвы в
будущем.
Сэр Найджел поддержал полицейских, и они начали готовиться
к операции. Но не тут-то было. Узнав о планах полиции, министр
иностранных дел Маргарет Бэкет позвонила министру внутренних дел
Джону Риду и потребовала отменить операцию. Рид вызывал Хеймана
и, выслушав всю историю с самого начала, сказал, что склоняется к
тому, чтобы остановить киллера на ранней стадии, до того, как удастся
получить улики.
Хейман был в отчаянии:
- Я подумал о своих людях, u1080 идущих по следу, о том, как они будут
разочарованы, если, несмотря на все их усилия, рыбка сорвется с
крючка, и предложил Риду вынести вопрос на суд премьер-министра.
Тони Блэр, поразмыслив, разрешил продолжать операцию.
Утро втор ника 19 июня 2007 года не предвещало ничего необычного.
Как всегда бывает когда босс в отъезде, секретарша Березовского
Лена сидела в одиночестве на своем посту – лицом к лифту, спиной
к окну в офисе, занимавшем весь второй этаж неприметного здания
в тихом переулке лондонского района Мэйфэр. В списке посетителей
значилась лишь одна фамилия – некто Атлангериев. По непонятным
причинам босс, улетая в пятницу в Израиль, просил эту встречу не
отменять. От нечего делать Лена набрала фамилию в базе данных:
оказалось, Атлангериев бывал здесь и раньше, в 2006 году, в составе
группы, приехавшей из Москвы в поисках финансирования для какого-
то политического проекта. Денег ему тогда не дали. Такие люди время
от времени приезжают и, получив отказ, обычно больше не появляются.
Но Атлангериев позвонил на прошлой неделе, сообщил, что снова в
Лондоне и хочет встретиться с Борисом Абрамовичем “по очень
важному делу”. Лену не удивило, что босс согласился его принять,
он любил беседовать с гостями из Москвы. Но почему он все-таки не
отменил встречу? Может, вернулся в Лондон? Босс так непредсказуем.
Неожиданно зазвонил телефон. Это был Борис.
- Если позвонит Атлангериев, скажи, что я жду его как назначено.
Через пять минут он снова позвонил: “Сейчас придут люди из
полиции, пожалуйста впусти их, и делай то, что скажут”.
Не успела она положить трубку, как позвонили из вестибюля.
- Тут к вам несколько джентельменов, - сказал Алан, ресепшионист.
- Да, спускаюсь, - ответила Лена, отметив про себя, что все-таки
на этой работе скучное утро в любой момент может превратиться в
полный приключений день.
Потом она рассказывала: “Не успели двери раскрыться, как четверо
здоровенных мужиков, я имею в виду - ГРОМАДНЫ Х, впрыгнули в
лифт и буквально вмяли меня в стенку. Я девушка не маленькая, то в
тот момент почувствовала себя муравьем. Вдохнуть не могла!”
Поднявшись в офис, полицйские принялись обсуждать план
действий.
- Я не верила своим ушам, - вспоминала Лена. – Они распределяли
роли, как будут хватать этого несчастного чеченца. Типа, “я на него
прыгну спереди и собью с ног, ты хватай за правую руку, а ты – за
левую”, и так далее. Я сидела с открытым ртом.
Позвонили с рецепции: “К вам мистер Ат-лан-ге-риев, на встречу к
мистеру Б.”
- Иду, - сказала Лена. Но спускаться не стала. Вместо нее в
маленький лифт опять втиснулись четверо полицейских.
Наступила тишина, Лена подошла к окну. Из фургона,
припаркованного на противоположной стороне улицы, вдруг выползли
и cтали гуськом перемещаться к подъезду странные существа,
“штук семь или восемь, в каких-то шлемах, очках, бронежилетах, с
автоматами наперевес, как марсиане”.
Прошло еще несколько минут. Существа выползли из подъезда,
забрались в свой фургон и уехали. Опять наступила тишина. Лена не
выдержала и позвонила вниз:
- Алан, что там происходит?
- Пятеро джентельменов беседуют, - ответил невозмутимый
ресепшионист. – Двое стоят, а трое лежат на полу.
Через некоторое время рослые гости Лены вывели пленника из
подъезда, затолкнули в автомобиль и укатили в сопровождении двух
неожиданно появившихся полицейских машин.
В результате операции, пишет Хейман, полиции удалось получить
все, что было необходимо, и собрать достаточно улик, чтобы отправить
злоумышленника за решетку. Он был подвергнут допросу, который
продолжался двое суток. Но обвинения предъявлять не стали, а вместо
этого передали иммиграционным властям, а те депортировали его на
родину с запретом на въезд в Великобританию сроком на десять лет.
Решение выслать Атлангериева без предъявления обвинений,
очевидно, было политическим шагом, продиктованным страхом
перед еще одним международным скандалом. В делах об исламском
терроризме подозреваемых отправляют за решетку на гораздо меньших
основаниях. Но перспектива открытого суда в Лондоне над главарем
Лазанской ОПГ, который знает больше кремлевских секретов, чем
Уайтхолл в состоянии переварить, была отнюдь не в интересах
британской внешней политики. Пусть уж лучше с ним разбираются в
Москве.
Энди Хейману оставалось лишь сохранить хорошую мину при
плохой игре. Несмотря на то, что “рыбка сорвалась с крючка”, он был
удовлетворен: “Мы получили уйму важной информации... [и] уверен,
что спасли жизнь несостоявшейся жертве”, - с гордостью заключает
он свой рассказ.
Эпизод с “Лордом-Лениным” стал последним внешнеполитическим
кризисом Тони Блэра. Атлангериева выслали из Лондона 21 июня
2007 года, а 27 июня администрация Блэра ушла в отставку, уступив
место новой команде – премьер-министру Гордону Брауну и министру
иностранных дел Дэвиду Милибанду.
Если настойчивост ь Энди Хеймана и спасла жизнь Борису,
то самому Атлангериеву она подписала смертный приговор. Его
неудачная попытка скрыться в Лондоне убедила все заинтересованные
стороны – следователей в прокуратуре, Путина в Кремле и Рамзана
Кадырова в Грозном, что Анна была убита вовсе не для того, чтобы
весь мир ужаснулся делам Путина, а чтобы подставить Кадырова,
со всеми вытекающими отсюда последствиями. Сидя в самолете,
отправляющемся в Москву, к трапу которого его в наручниках
доставили люди Энди Хеймана, несостоявшийся киллер конечно же
проклинал мягкотелость англичан – ведь он приехал, чтобы попасться
с поличным и надолго сесть в английскую тюрьму, а его поймали,
допросили и выпустили!
Возвращение Атлангериева поставило и кремлевское руководство
в щекотливое положение. Чем яснее становилось, что за убийством
Политковской стоит антикадыровский заговор фээсбэшных чеченцев,
тем меньше было смысла доводить дело до суда. Невозможно
предсказать, как поведет себя “Лорд”, когда ему нечего терять. А вдруг
ему вздумается рассказать в суде про своего коллегу Макса Лазовского,
дружбу с адмиралом Угрюмовым и взрывы домов? Или всплывет
подоплека операции против Литвиненко? И вообще, вся “чеченская
кухня” Путина не для ушей международной прессы, внимание которой
безусловно привлечет подобный процесс. Нет, здесь нужно искать
другое решение.
После возвращения из Лондона Атлангериев u1087 прожил чуть
больше полугода. Вот как выглядел его конец в изложении газеты
“Коммерсант”.
Поздно вечером 31 января он сообщил близким, что поедет
на деловую встречу в ресторан “Каретный двор” на Поварской
улице в Москве. Охрану с собой не взял, зато захватил барсетку
с пистолетом. Охранник, дежуривший на парковке перед
рестораном, сообщил, что перед тем, как выйти из “Порше-
Кайен”, подъехавший чеченец еще минут десять просидел в
автомобиле, разговаривая с кем-то по телефону.
Когда Лорд наконец покинул салон, из стоявшего рядом
автомобиля “Тойота-Ланд Крузер” выскочили двое мужчин, по
виду кавказцы. Один из них направил на Мовлади Атлангериева
пистолет, а другой нанес “авторитету” мощный удар кулаком в
лицо. Затем нападавшие стали избивать господина Атлангериева.
Все это происходило на глазах у охранника парковки и было
зафиксировано камерами наружного наблюдения ресторана,
однако вмешаться секьюрити не решился. Минутой позже
перед “Каретным двором” затормозил еще один “Кайен”. Его
водитель, чуть опустив стекло, крикнул кавказцам на чистом
русском языке: “Хорош бить, тащите его сюда!” Команда была
мгновенно выполнена, после чего оба джипа умчались в сторону
центра”.
По утверждению семьи Атлангериева, он был вывезен в Чечню и
убит на пятый день после похищения.
Не менее печальная участь ждала и других заговорщиков, задумавших
сместить Рамзана Кадырова.
Руслан Ямадаев был убит в центре Москвы, когда его бронированный
“Мерседес” остановился на светофоре, а подъехавший сбоку киллер
выпустил очередь в открытое окно автомобиля. Его брат Сулим, после
того как батальон “Восток” был расформирован, бежал в Дубай,
но и там его настигла судьба в лице наемных убийц, расстрелявших
подполковника ГРУ в подземном гараже элитного комплекса. Полиция
Дубая назвала организатором покушения и объявила в розыск депутата
Госдумы РФ Адама Демильханова, двоюродного брата Кадырова.
Что же касается младших бойцов Лазанской ОПГ, арестованных
по делу Политковской, то с определенного момента – с того самого,
когда “лондонская u1074 версия” развалилась, чья-то невидимая рука стала
систематически тормозить и разваливать следствие. Коллеги Анны из
“Новой Газеты” могли лишь беспомощно комментировать ход этого
удивительного дела, в котором исчезали улики, разглашались секретные
данные, подозреваемых выводили из-под удара, а непосредственному
исполнителю убийства дали возможность бежать за границу.
Журналисты сетовали, что следствие потеряло массу времени и энергии,
пытаясь доказать недоказуемую версию о причастности Березовского.
Ирония этой истории, однако, в том, что не будь “лондонской версии”,
не было бы зеленого света из Кремля, и сыщики едва ли смогли найти
исполнителей. В конце концов прокуратура вышла в суд с удивительно
слабой доказательной базой, и все обвиняемые были оправданы за
отсутствием улик.
“Мы уважаем вердикт присяжных, - писала “Новая Газета”. - Все
остальное достойно злости. Подсудимых оправдали не потому, что
не виновны, а потому, что гигантская правоохранительная машина
не смогла законными средствами доказать их виновность. Это — не
оправдательный вердикт. Это — очень жесткий обвинительный
приговор: страна оказалась готова к подобным убийствам, но не готова
найти и наказать убийц”.
История не терпит сослагательного наклонения. Неправомерно
гадать, как бы все обернулось, если бы англичане, державшие в своих
руках главаря Лазанской ОПГ – заказчика убийства Политковской,
который судя по всему, знал и тайну взрывов домов, решили не
отправлять его в Москву, а предали бы открытому суду в Лондоне.
Остается лишь надеяться, что люди Энди Хеймана его подробно
допросили, а Атлангериев, мечтавший оказаться в английской тюрьме,
им многое рассказал. Он мог, например, прояснить на каком уровне в
ФСБ знали о заговоре против Кадырова и о готовящемся покушении на
Политковскую. Он также мог посвятить британцев во взаимоотношения
своих двух, теперь уже покойных, приятелей: Макса Лазовского и
адмирала Германа Угрюмова, которые, по версии Саши Литвиненко,
были связующим звеном между ФСБ и подкрышной группой кавказцев,
взрывавших u1076 дома. Будущие историки едва ли докопаются до разгадки
этих секретов в архивах Лубянки – такие вещи не оставляют в архиве.
Но зато когда-нибудь, лет эдак через двести, мрачные тайны нашего
смутного времени выплывут в рассекреченных материалах Скотланд-
Ярда – протоколах допроса “Лорда-Ленина” в антитеррористическом
управлении на Паддингтон-Грин 20 и 21 июня 2007 года.



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.