Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Column

Вьетнамская трагедия

27.04.2010 | Хрущева Нина, Нью-Йорк | № 15 от 26 апреля 2010 года


«Помните ли вы, что в конце апреля будет 35-я годовщина вьетнамской войны?» — спросила я на днях своих студентов. «Годовщина чего — ее начала или конца?» — переспросили они меня...

Когда советская власть нам говорила, что она — за мир, а империалисты — за войну, она, конечно, преувеличивала, но не так уж и сильно. Не то чтобы Америка — за войну, но слово «война» здесь любят. В Америке все время воюют против кого-то (чего-то) или за что-то (кого-то): против коммунизма (и коммунистов), против наркотиков, ожирения и конкурентов по бизнесу. За — души заблудших, рейтинги, нужный судебный вердикт, свободу и демократию во всем мире. Столь легковесное отношение к такому трагическому слову, как «война», очевидно, связано с тем, что Америка физически почти никогда не сражалась на своей земле. Последней была Гражданская война (1861–1865) между Севером и Югом, если, конечно, не считать нападение на Перл-Харбор в конце 1941‑го и недолгую японскую оккупацию Алеутских островов (1942—1943). О войнах с участием США большинство местного населения знает только по черно-белой или цветной движущейся картинке, будь то телевизор или кино. С другой стороны, войны в этой экранизированной нереальности, не нарушающей образа жизни большинства, длятся довольно долго. Вот сейчас Америка вовлечена сразу в две войны: в Афганистане — с 2001 года и в Ираке — с 2003-го. В сумме (9+7) оба конфликта длятся уже 16 лет. Столько же шла война во Вьетнаме, фактически начатая в 1959-м еще при президенте Эйзенхауэре и бесславно закончившаяся в 1975-м взятием северовьетнамцами Сайгона, столицы Южного Вьетнама. Но цифрами сходство не ограничивается. Афганская война началась в ответ на трагедию 11 сентября и под лозунгом «борьбы с мировым терроризмом». Вьетнамская ознаменовала собой «борьбу с мировым коммунизмом в Азии». Похоже? Еще как. Идем дальше.
 

Вьетнам незримо присутствует 
при каждом упоминании 
Афганистана или Ирака    


 
В 1970-м США начали военную кампанию в Камбодже: президент Никсон решил, что это поспособствует победе во Вьетнаме. В 2003-м Джордж Буш-младший, целясь в Саддама, рассуждал примерно в том же логическом ключе: установление демократии в Ираке повлияет на победу в Афганистане. Вьетнамская война закончилась, когда стало ясно, что выиграть ее нельзя. Мир был добыт ценой жизней около 60 тыс. американских солдат и около 3 млн вьетнамцев — военных и гражданских лиц. После потери Сайгона американцам пришлось признать свою «не-совсем-победу» (полное поражение они никогда не признают): да, Вьетнам нам не поддался, зато удалось локализовать эпидемию «красной чумы». Сегодняшняя глобальная война с терроризмом близится к концу по схожему сценарию. Президент Барак Обама, тоже не признавая поражения, объявил о начале вывода американских войск из Ирака уже в будущем году, потому что и Афганистан, и Ирак уже готовы «строить демократию своими силами». Но можно ведь взглянуть на ситуацию иначе: после 9 лет войны надежды на победу над «мировым терроризмом» особо не оправдались — Усама бен Ладен по-прежнему в бегах, уничтожить «Аль-Каиду» и «Талибан» пока не удалось. А вот Америка потеряла уже больше тысячи солдат в Афганистане и почти 5 тыс. в Ираке, потери же среди местного населения в обеих странах перевалили за миллион.

«...Вы хоть иногда думаете о ней?» — снова спросила я студентов, имея в виду вьетнамскую войну. Нет, не думают. Но готовы согласиться: Вьетнам незримо присутствует при каждом упоминании Афганистана или Ирака. Ведь терроризм, как и коммунизм, можно одолеть, только устранив причины, сделавшие его — нет, не государственной идеологией, а доступной и удобной формулой поведения.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.