#Эпидемия

Что мы знаем (и не знаем) о вспышке коронавируса

01.02.2020

Марк Липсич, специалист по инфекционным заболеваниям, работавший над эпидемией атипичной пневмонии, рассказывает о том, что происходит с новым коронавирусом, в интервью The Harvard Gazette 

Количество зараженных новым коронавирусом, возникшем в китайском городе Ухань, возросло, по данным Национальной комиссии по здравоохранению Китая на 1 февраля, почти до 12 тыс. человек, более 250 скончались. Вирус распространился и в других странах, в том числе в США, где уже зафиксирован случай передачи заболевания от человека к человеку. Первые инфицированные выявлены и в России. Всемирная организация здравоохранения приняла решение объявить вспышку коронавируса чрезвычайной ситуацией международного масштаба.

The Harvard Gazette поговорила с профессором эпидемиологии Марком Липсичем, директором Центра динамики инфекционных заболеваний при Школе общественного здравоохранения им. Чана Гарвардского университета и экспертом по распространению инфекционных заболеваний, в том числе работавшим во время вспышки коронавируса SARS в 2003 году.

— Центры по контролю и профилактике заболеваний выявили несколько случаев заболевания коронавирусом в США и проводят проверку других подозрительных случаев. Насколько должны беспокоиться жители?

— В данный момент беспокойство ничего не даст и не поможет. Вполне вероятно, что будет зарегистрировано больше случаев в США, но будет ли их десятки или больше — еще предстоит выяснить. Я действительно думаю, что этот вирус может быть более сложным для контроля, чем SARS, потому что зафиксировано много легких случаев с легкими симптомами, что затрудняет их выявление.

— Это коронавирус, который приводит не только к пневмонии, но и к симптомам обычной простуды. Означает ли это, что при слабом проявлении его легко спутать с другими заболеваниями?

— Кажется, так. У некоторых симптомы более серьезны, чем от простуды или типичного гриппа, но не у всех есть тяжелая форма заболевания. Таким образом, инфицированных с умеренной формой, безусловно, можно пропустить.

— Одна вещь, которая поразила меня, наблюдающего за распространением вируса, это быстрое увеличение заболевших в Китае. Это потому, что вирус более заразен, чем мы думали? Или потому, что теперь, когда мы его ищем, все эти легкие случаи выявляются?

— Я думаю, что речь идет о сочетании нескольких факторов. По моему мнению, ответственные лица до недавнего времени не говорили, насколько заразен вирус. Наиболее оптимистичный сценарий, согласно которому он приобретен у животных и затем передан лишь некоторым людям, больше не вызывает доверия. Каждый день кажется более очевидным, что вирус распространялся примерно как SARS. При этом отчетность была очень нерегулярной, поэтому большие скачки в статистике количества случаев не обязательно означают новые случаи заболевания, а скорее только новые зарегистрированные случаи. Мы должны помнить, что прошло всего около месяца с тех пор, как проблема была признана. Тот факт, что мы можем тестировать и подтверждать случаи совершенно неизвестного вируса, удивителен и свидетельствует о том, что работа, которую делали ученые, выполняется очень быстро. Поэтому совершенно необычно, что мы знаем столько, сколько мы знаем, но при этом не знаем так много. Для сравнения, SARS вспыхнул в ноябре 2002 года и до февраля 2003 он не привлекал глобального внимания. Таким образом, и эта эпидемия, возможно, началась в то же время в 2019 году и была выявлена в течение месяца или двух с момента ее начала.

— Насколько велико может быть это время, учитывая количество эпидемий, с которыми вам приходится иметь дело?

— Люди все еще пытаются выяснить реальное время удвоения эпидемии. Сейчас мы видим удвоение случаев иногда даже за один день, но это потому, что люди проходят тестирование, а не потому, что появляются новые случаи. Но каково бы ни было время удвоения, месяц, по крайней мере, достаточен для того, чтобы масштаб вырос в четыре-десять раз, если не больше. Месяц — это очень много во время эпидемии.

— Как этот вирус соотносится с атипичной пневмонией по уровню смертности?

— Мы не знаем. Из тех, у кого диагностировали SARS, около 10% умерли. Для сравнения, летальный исход от сезонного гриппа составляет около 0,1% или ниже. Но на этот раз мы не знаем ни числителя, ни знаменателя для расчета. Было диагностировано недостаточно случаев, чтобы узнать даже порядок цифр того, сколько людей было заражено. Вероятно, было несколько смертей, которые не были приписаны этому вирусу. Их, может быть, не так много, но некоторые точно есть, особенно в то время, когда их не искали. Поэтому я думаю, что мы просто не знаем уровень смертности. Но пока ситуация не выглядит так же плохо, как в случае SARS. Это очень хорошо, с одной точки зрения, но с другой — это также означает, что вирус более сложно контролировать, так как общий спектр заболеваний более мягкий, труднее распознать и выделить его случаи.

— Сможет ли наша система здравоохранения справиться с этим лучше, чем в начале 2000-х годов с атипичной пневмонией?

— Я думаю, то что вирус объявили глобальной эпидемией — улучшит ситуацию. Это было признано намного быстрее, чем в случае с атипичной пневмонией. Идентифицирован этот конкретный вирус был гораздо быстрее; диагностические тесты появились быстрее. Для сравнения, мы все еще находимся во временном периоде, когда SARS даже не был распознан, а сейчас уже есть диагностика и начало подсчета случаев. У нас даже есть люди, работающие над разработкой вакцин. Так что это все очень хорошо. Я думаю, что американская система здравоохранения имеет много тех же проблем, что и 10 лет назад, и они не изменились. Но глобальная система медицинских исследований и ответных мер намного лучше.

— Как насчет китайской системы здравоохранения? Считаете ли вы, что они могут справиться с этим?

— Я думаю, что китайская система очень быстро мобилизуется. Они сделали большую часть важных исследований. И одна из лучших эпидемиологических групп в мире находится в Гонконге. Они пострадали от атипичной пневмонии, и сейчас очень усердно работают над решением новой проблемы, прикладывают много усилий, но я думаю, что еще слишком рано говорить о том, будет ли эта эпидемия похожа на атипичную пневмонию, будет ли она мягче или более устойчива.

— Что является самым важным для общественности на данном этапе?

— В данный момент существует много неопределенности. Люди должны продолжать слушать отчеты, чтобы лучше понять, каковы последствия. Что касается конкретных действий против распространения, то очень мало что можно сделать, кроме как практиковать базовую гигиену — мытье рук, этикет кашля и чихания (как они его называют) в локоть, чтобы избежать аэрозолизации ваших вирусов.

— Что касается симптомов, на что должны обращать внимание люди? На лихорадку или что-то в этом роде?

— Лихорадка и кашель. Конечно, это также симптомы гриппа и других заболеваний.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.