#Власть и общество

Совет по защите прав: не надеяться на государство

28.10.2019 | Федор Крашенинников

Президентский правозащитный орган за 25 лет деградировал от комиссии Сергея Ковалева до заурядного госучреждения во главе с единороссом Фадеевым. Это логично, считает политолог Федор Крашенинников: власть — не защитник прав, а главный нарушитель

Фёдор Крашенинников.
Президентский Совет по правам человека из органа, все еще вызывавшего у общественности надежды и симпатии, превратился в заурядное государственное учреждение путинской поры, с почти неизбежным в такой ситуации одиозным руководителем. Случилось это так стремительно, что именно скоростью происшедшего объясняется столь пристальное внимание общественности к событию. Действуй власть и в этот раз неспешно, избавляясь от неудобных или просто неприятных членов СПЧ постепенно, эффект был бы несколько другой: иллюзии относительно возможностей и пользы Совета прожили бы дольше.

Государство-правозащитник

В начале 90-х годов Россия активно пыталась быть современной демократической страной, и вполне в рамках западных традиций значительные полномочия по защите гражданских прав и выработке стратегии в этом вопросе были переданы всевозможным срочно созданным государственным и окологосударственным институциям.

С одной стороны, это было вполне логично, потому что страна большая, а диссидентов-правозащитников в ней — считанные единицы, так что все приходилось создавать сверху. С другой стороны, традиции в нашей стране специфические, и любой орган при государстве, каким бы независимым по Конституции или по первоначальному замыслу он ни был, оказывается в конечно итоге в полной зависимости от действующей власти, потому что «кто барышню кормит, тот ее и танцует». А так как Конституционный суд и все прочие суды «кормит» государство, как «кормит» оно все официозные правозащитные институции, то оно считает себя в полном праве их и «танцевать» по своему усмотрению, что и делает. Итог этих «танцев» мы все и наблюдаем с возрастающим ужасом.

Совет по развитию гражданского общества и правам человека был создан указом Путина на базе Комиссии по правам человека, существовавшей с 1993 года. То есть эта структура возникла одновременно с существующим конституционным строем и в ней отражаются все пороки нынешней системы.

После довольно безобразных событий 1993 года Борису Ельцину хотелось как можно скорее вновь предстать в облике радетеля демократии и свобод, поэтому новая Конституция была полна прекрасных лозунгов, а сам президент полюбил называть себя ее гарантом.

Но очень скоро выяснилось, что новая система не так удобна для президента, как он рассчитывал. Сначала его сторонники провалились на выборах, и пришлось годами усмирять Думу, что в итоге вылилось в нынешнее ничтожество парламента. Потом было много чего плохого, что заставляло Ельцина раз за разом отступать от духа Конституции, прикрываясь ее буквой — и его преемник в этом смысле лишь продолжил и закрепил уже сложившиеся традиции.

Президент и его комиссия

Нельзя не вспомнить печальную судьбу Комиссии по правам человека. Согласно указу от 1 ноября 1993 года ее возглавил известный правозащитник и бывший диссидент Сергей Ковалев. Он был одним из авторов Конституции 1993 года и конкретно — раздела о правах человека. С политической и идеологической точки зрения это был прекрасный выбор.

Все бы хорошо, но Сергей Адамович — человеком с принципами, искренне убежденный во всем том, что декларирует. Похоже, для выходца из партаппарата Бориса Ельцина и его окружения это стало сюрпризом.

Какие бы лозунги ни произносил первый, второй или третий ее президенты, первое, чем они охотно жертвовали, были именно гражданские права и то самое развитие гражданского общества

Уже в 1996 году Сергей Ковалев покинул свой пост, в весьма неприятных и даже резких выражениях обвинив президента Ельцина в том, что тот все дальше уходит от идеалов свободы и демократии. Происходило все это на фоне войны в Чечне и тяжелых для действующей власти президентских выборов, которые Ельцин в итоге выиграл, но своим выигрышем заложил печальные традиции всех будущих президентских выборов в России.

После Ковалева председателем Комиссии по правам человека стал ученый-правовед Владимир Александрович Карташкин, если это кому-то интересно. Сравните масштаб первого и второго председателя, чтоб понять, как быстро российскому государству надоели принципиальные правозащитники-диссиденты.

Правовед Карташкин председательствовал в Комиссии по правам человека до 2002 года, когда уже при Путине его сменила Элла Памфилова, во главе с которой Комиссия по правам человека стала Советом.

Весь этот экскурс в историю нужен только для того, чтоб продемонстрировать очевидное: проблемы с государственными органами защиты прав человека преследуют Россию всю современную историю. Какие бы лозунги ни произносил первый, второй или третий ее президенты, первое, чем они охотно жертвовали, были именно гражданские права и то самое развитие гражданского общества, которым, помимо прав человека, как бы должен заниматься президентский Совет.

Главный нарушитель

Эффективно заниматься зашитой прав граждан в России по определению не могут чиновники, ученые-правоведы и тем более бывшие силовики. Потому что главный нарушитель прав человека в России традиционно — сама власть, большие и маленькие чиновники, оправдывающие свой произвол государственным интересом.

Следовательно, эффективными в вопросах правозащиты могут быть только те, кому интересы бюрократии совершенно чужды и на кого чиновники не могут напрямую влиять — представители общественного правозащитного движения: адвокаты, активисты и журналисты.

Добивание СПЧ в этом смысле имеет большое символическое значение: власть весьма убедительно продемонстрировала, что любые попытки пообщаться с теми, кого она считает врагом, а тем более занять схожую с ними позицию — наказуемы

Наивно ждать, что Путин своим указом сформирует какую-то институцию, которая будет мешать ему и его окружению делать то, что они считают нужным. Нынешний президент уже всеми способами доказал, что он вовсе не из тех политиков, которые ради каких-то там идеалов готовы предоставлять трибуну своим потенциальным критикам.

Добивание СПЧ в этом смысле имеет большое символическое значение: власть весьма убедительно продемонстрировала, что любые попытки пообщаться с теми, кого она считает врагом, а тем более занять схожую с ними позицию — наказуемы. Люди, готовые сидеть за одним столом с теми, кого Путин не хочет даже по фамилии называть, невозможны ни в каких официальных органах безотносительно их личного авторитета и всего прочего. Невозможны, и точка.

Надеяться на себя

С точки зрения граждан воспринимать эти органы как своих союзников так же наивно, как доверяться назначенному государством адвокату. К счастью, за последние годы в России действительно сформировалось гражданское общество, поэтому всем, кому приходится защищать свои права, уже давно известно, куда на самом деле надо обращаться. К обществу, к людям, к общественным организациям. Только всесторонняя огласка каждого факта нарушения прав человека в современных условиях может помочь человеку если не отбиться, то хотя бы получить независимую юридическую помощь и действенную поддержку.

Тем не менее, из всей этой печальной истории надо извлечь важный урок на будущее: красиво написанная Конституция и даже президент, постоянно клянущийся быть ее гарантом, в условиях России ничего не гарантируют. Президент неизбежно сменится, и новый опять может оказаться сторонником авторитаризма и душителем всяческих свобод. Поэтому защита прав человека в России всегда будет делом гражданского общества, и лучшее, что может сделать государство, если оно когда-нибудь захочет повернуться лицом к гражданам — перестать плодить официозные структуры и придворные общественные организации, создав максимально благоприятные условия для самоорганизации граждан.

Фото: news.tut.by


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.