#Белоруссия

Нефтяной конфликт на фоне интеграционного

27.05.2019 | Денис Лавникевич, Минск

Происходящее между Москвой и Минском выглядит как подготовка к тихому разводу: после 20 лет в браке супруги обнаружили, что их интересы слишком различны, но не хотят скандала, подытоживает корреспондент NT в Минске Денис Лавникевич переговоры премьеров двух стран

30% разногласий

24 мая в Москве прошла давно ожидавшаяся встреча премьер-министров России и Белоруссии Дмитрием Медведевым и Сергеем Румасом. Закончилась она, по сути, ничем: стороны, говоря дипломатическим языком, «обсудили торгово-экономическое взаимодействие», «также обсудили взаимодействие по линии ЕАЭС», «Дмитрий Медведев удовлетворен разговором с белорусским коллегой».

Между тем в Минске были изначально настроены на серьезное выяснение отношений. 19 мая был представлен аналитический отчет «Минский барометр» (продукт общественно-государственной инициативы «Минский диалог»), в котором констатировалось: за последние месяцы произошло рекордное падение уровня белорусско-российских отношений. Причин много — конфликт вокруг российского посла, запрет поставок белорусских товаров в Россию, ситуация с транзитом и поставками нефти.

Пять месяцев назад, на заседании Совета министров Союзного государства в Бресте, именно Медведев озвучил условия, сразу названные журналистами «ультиматумом Москвы Минску». Он заявил, что сохранение экономической поддержки со стороны РФ (и прежде всего — дешевых энергоносителей) возможно только в обмен на ускоренное исполнение официальным Минском положений договора о создании Союзного государства от 2009 года.

С той поры в Минске все уверены, что именно Медведев назначен Кремлем на роль «злого полицейского» в вопросах белорусско-российской интеграции. То есть сперва он «ставит вопрос ребром», а потом уже Владимир Путин на личной встрече с Александром Лукашенко «понижает накал страстей», играя роль «доброго полицейского».

И вот теперь белорусский премьер Румас на встрече с коллегой очень дипломатично, но все же сам первым публично признал, что «интеграционный проект» по объединению РФ и РБ зашел в тупик. «Мы получили от вас оперативно предложения по дальнейшей интеграции в рамках Союзного государства. Мы тщательно проработали их и так же оперативно вам представили свои предложения. Я думаю, что мы сегодня сможем обсудить их. На 70% наши позиции сходятся. И сегодня хотелось бы по оставшимся 30% понять, где и в чем у нас различия и какие развязки есть», — сказал Румас.

Премьер прямо заявляет, что на 30% интеграции нет. Теперь интеграции реально не будет. То есть будут, конечно, некие ритуальные действия, рабочие группы и столь же ритуальные заявления. Но экономическая поддержка со стороны России продолжит сокращаться, говорит белорусский чиновник

В переводе с чиновничьего на русский это констатация того, что интеграционные процессы потерпели фиаско, рассказал NT на условиях анонимности один из чиновников белорусского правительства, член побывавшей в Москве делегации. «Последние как минимум лет 10 на переговорах подобного уровня заявлялось одно и то же: «интеграция двух стран идет успешно, остались только некоторые нерешенные вопросы». А теперь белорусский премьер прямо заявляет, что на 30% интеграции нет. Теперь интеграции реально не будет. Все. Точка. То есть будут, конечно, некие ритуальные действия, рабочие группы и столь же ритуальные заявления. Но экономическая поддержка со стороны России продолжит сокращаться», — делает вывод чиновник.

Но в Москве сделали вид, что ничего особенного заявлено не было. Медведев согласился с Румасом и напомнил, что сейчас трудятся двусторонние рабочие группы.

Разница в подходах

В Минске стараются максимально свести интеграцию к экономическому взаимодействию, пытаясь сохранить дотационную модель отношений, когда РФ обеспечивает поставки дешевых углеводородов и свой открытый рынок взамен на геополитическую лояльность Минска и тесное сотрудничество в оборонной сфере.

В Москве же хотят вернуться к тому, на чем застопорилась интеграция в 2007 году — к подготовке и подписанию Конституционного акта Союзного государства. Это документ, в проекте которого (он был представлен в 2005 году) прописана унификация законодательства, единый парламент, кабинет министров и другие органы верховной власти, символика (флаг, герб, гимн), валюта и т. п. (статьи 8 и 36 проекта Конституционного акта Союзного государства.) По сути, документ полностью упраздняет белорусскую государственность. Если белорусская сторона подпишет Конституционный акт, пути назад для Минска уже не будет: только полная интеграция с Россией.

Как заявил 2 апреля на пресс-конференции в Минске государственный секретарь Союзного государства Григорий Рапота, «Конституционный акт должен стать венцом создания Союзного государства». «Этому документу должно предшествовать решение ряда задач, над которыми сейчас в Союзном государстве идет активная работа, — подчеркнул он. — Сейчас мы приступаем к решению вопросов, связанных с созданием единой промышленной политики. Кроме того, недавно прозвучала инициатива о возможном создании единого валютного пространства, которая также является актуальной».

Александр Лукашенко, однако, последние пару лет регулярно заявляет, что «наивысшая ценность для Беларуси — это независимость», а российские требования ускорить интеграцию — стремление поглотить Белоруссию, включить ее в состав империи.

Но в любом случае нынешние переговоры в плане интеграции не дали ровным счетом ничего: Медведев и Румас только поручили своим министерствам экономики в течение месяца «доработать вопросы интеграционного сотрудничества в рамках Союзного государства». Речь идет о позициях, по которым не удавалось пока договориться — а их с каждым месяцем становится все больше и больше.

Компенсация за «грязную» нефть

В пятницу в Москве удалось более-менее договориться по проблемам поставок российской нефти ненадлежащего качества по трубопроводу «Дружба». Было решено, что Белоруссия начнет вытеснять некачественную нефть в сторону России 27-28 мая.

Напомним, что транзит российской нефти в Европу по экспортной магистрали «Дружба» (проходящей через Белоруссию и снабжавшей также белорусские НПЗ) был приостановлен месяц назад из-за попадания в нефтепровод большого объема загрязненного хлорорганикой сырья. Всего, по оценке «Белнефтехима», было заражено около 5 млн тонн нефти. На полное восстановление работы нефтепровода, по мнению белорусской стороны, необходимо до шести месяцев. Также загрязненная нефть повредила дорогостоящее оборудование на Мозырском НПЗ.

Уже 24 мая российская сторона сообщила, что ей удалось очистить нефтепровод примерно от трети загрязненного сырья. Всего около 2 млн тонн некондиционной нефти было вывезено железной дорогой, танкерами и перегружено в хранилища.Столько же остается в нефтепроводе на территории России, Белоруссии и Украины.

Вице-премьер Дмитрий Козак по итогам совещания с белорусским вице-премьером Игорем Ляшенко договорились о мерах по очистке трубопровода, в результате чего чистая нефть в направлении Польши должна начать поступать до середины июня.

Когда масштаб произошедшего стал более-менее ясен, Лукашенко заявил о «сотнях миллионов долларов» ущерба для Белоруссии, которые должна компенсировать виновная в проблеме Россия.

Однако пока вопрос компенсации Минску за поврежденное оборудование Мозырского НПЗ, за остановку работы двух НПЗ (в Мозыре и Новополоцке), за срыв экспортных контрактов по нефтепродуктам и потерю доходов от транзита нефти — остался «подвешенным». Формально — из-за того, что ущерб неизвестен. Россия и Белоруссия договорились до 10 июня только разработать и утвердить методику оценки ущерба от попадания в систему магистральных нефтепроводов, находящихся на территории Белоруссии, некачественной нефти. Так что сама процедура еще затянется на неопределенный срок.

К тому же в ответ на белорусские претензии в аппарате Медведева вспомнили о событиях 2011-2012 годов: тогда Минск получал российскую нефть с существенным дисконтом, а полученные на Новополоцком «Нафтане» из нее бензин и дизтопливо шли уже по другим кодам внешнеэкономической деятельности в Латвию и Нидерланды. Экспортные пошлины зачислялись не в российский бюджет, а в белорусский. Используя такой нехитрый прием, Белоруссия за три года нарастила импорт российских нефтепродуктов с 900 тыс. тонн до 8,5 млн тонн; потери бюджета РФ от «белорусской схемы» эксперты оценили в $2 млрд.

Самый серьезный кризис в отношениях сегодня — не нефть, газ или молоко, а кризис доверия. Правительства двух стран работают как оппоненты, а не как союзники

Когда все вскрылось, был большой скандал, но в Минске пообещали больше так не делать. Казалось, вопрос удалось замять. Однако за пару дней до встречи премьеров в Москве — и через 7 лет после тех событий — российское правительство решило «выставить претензию». Пресс-секретарь главы правительства РФ Олег Осипов заявил 21 мая: «В ходе встречи Медведева с Румасом <…> планируется затронуть и проблемные темы, касающиеся поставки нефти по трубопроводу «Дружба», а также задолженности Беларуси, возникшей при реализации незаконной схемы с поставками так называемых растворителей».

Впрочем, какое решение по этому вопросу было принято в пятницу в Москве, так пока и остается неизвестным. Однако понятно, что налицо — просто нежелание российской стороны платить компенсацию, тем более Минску — который сам традиционно должен России за все подряд.

«Это агрессивный ход в сегодняшней динамике спора. Минск, несмотря на бурлящие эмоции, не политизировал претензии по грязной нефти, оставлял их на техническом уровне. Москва ответила асимметрично и, я бы сказал, враждебно, — прокомментировал это в своем телеграм-канале известный белорусский политолог Артем Шрайбман. — Самый серьезный кризис в отношениях сегодня — не нефть, газ или молоко, а кризис доверия. Правительства двух стран работают как оппоненты, а не как союзники. Они выискивают старые шпильки, чтобы уколоть в новых спорах, а не пытаются их погасить, как принято у друзей».

По мнению эксперта, новая модель отношений между Минском и Москвой — не поиск компромиссов, не сглаживание углов, а постоянный поиск поводов для претензий: «В какой-то момент начинаешь задаваться вопросом: а чем наша дружба, особенно в последний год, так уж отличается от душного и некомфортного для обоих партнеров брака?»

Традиционное «разделение обязанностей» в руководстве белорусско-российского союза таково: правительства определяют круг проблем, потом президенты их решают. Медведев и Румас обозначили проблемы, из которых самые насущные — компенсация за грязную нефть и застопорившаяся интеграция. Через месяц премьеры снова встретятся, и тогда на руках у них уже будут какие-то цифры по обеим проблемам. А дальше — решать судьбу отношений Москвы и Минска опять придется Александру Лукашенко и Владимиру Путину.


Фото: ex-press.by


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.