Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Культура

#Суд и тюрьма

«Ничего не имею против мейнстрима»

19.03.2010 | Левкович Евгений | № 09 от 15 марта 2010 года


150-50-01.jpg

В прокат выходит «Дом Солнца» — третий фильм Гарика Сукачева, сделанный по повести Ивана Охлобыстина. История любви Саши, девушки из «мажорской» среды, и парня по кличке Солнце, одной из ключевых фигур хипповского движения в СССР середины 70-х годов, была снята еще четыре года назад, однако на экраны попала только теперь. В преддверии премьеры режиссер Сукачев дал интервью The New Times

Почему фильм так долго лежал на полке?
Это не у меня надо спрашивать, а у продюсеров. Когда режиссер заканчивает свою работу, в дело вступают другие люди — встречаются с прокатчиками, продают телевизионные права. Видимо, что-то не срасталось.

Вы сами не участвовали в этих встречах?
Нет.

Не умеете вести переговоры?
Отлично умею! Но меня, к сожалению, никто на них не берет. (Смеется.)



Сравнение не в пользу

Вы видели картину «Стиляги»?
Да. Мне очень понравилось.

Плохо, что «Дом Солнца» выходит сильно позже фильма Тодоровского. Сравнения с ним неизбежны, и они вряд ли будут в вашу пользу.
Не думаю, что кто-то будет всерьез сравнивать. «Стиляги» — мюзикл, я же снимал драму. 

Но тема по большому счету одна: противостояние системы и  людей, которые не хотят жить по правилам.
 Я делал фильм о любви, а не о хиппи. Культурологический контекст — то, что история происходит в середине 70-х, — не важен, история могла произойти в любые времена. Что мы видим? Красивую восторженную девочку, которая только что окончила школу с медалью, поступила в институт, у нее папа со связями, перспективный жених, впереди прекрасная жизнь, сумасшедшая карьера... И вдруг происходит встреча с чем-то доселе неизведанным. Дело совершенно не в том, что парень, которого она встречает, весь из себя герой, сопротивляется системе, хотя и в этом тоже. Главное, что он дает ей такую любовь, которую не может больше дать ни один человек на свете. Он полностью меняет вектор ее жизни, по мне — в очень правильную сторону. Фактически он спасает ее душу. Для меня он такой Иисус. И благодаря ему Саша делает свой выбор. В советские времена поехать в Болгарию, в которую ее на каникулы отправляют родители, — это как сейчас полететь на Луну. Но она сходит с автобуса, чтобы уехать за Солнцем в Крым, в полную неизвестность. И это, безусловно, стоит того.

Любовь до гроба

По сюжету Солнце держит в тайне от всех, что смертельно болен и скоро умрет. В конце он просто исчезает, ничего не сообщив Саше, которая в него безумно влюблена. Получается вектор, о котором вы говорите, не такой уж и правильный — жизнь девушки, возможно, сломана навсегда.
Она не останется несчастной по одной простой причине — у нее было самое большое счастье в жизни.

Но оно закончилось в 18 лет!
А представляете, миллионы людей вообще ничего подобного не испытывали! И вот они глубоко несчастны на самом деле. Жрут, пьют, ходят на работу, но что такое любовь — не знают. А это главное волшебство человеческой жизни. Те, кто прикоснулся к нему хоть на минуту, — уже счастливчики. Что касается героя, то, по-моему, он совершает самый мужественный поступок, который только можно себе представить. Было бы гораздо хуже, если бы он все рассказал. Присутствовать каждый день при смерти любимого человека, видеть, как он угасает, и понимать, что твоя жизнь катится в ад, — врагу не пожелаешь.

А так она не катится?
Нет. Она остается светлой, наполненной надеждой и верой.

Вы сами с такими ситуациями в жизни встречались?
Встречался, и не раз. Поэтому еще раз повторю: для меня, несмотря на всю трагичность, такая любовь — лучшее, что можно пережить на свете.

Борьба за деньги

Снимай вы картину в этом году, что-нибудь бы в ней поменяли?
По сути — ничего. Разве что сделал бы ее несколько длиннее, чтобы побольше воздуха было внутри. В угоду прокату из фильма ушли какие-то сцены. Не сказать, что существенные: в целом разногласий с продюсерами не возникало, и мне не пришлось рубить топором. Просто есть такое понятие, как темпоритм, и вот мой темпоритм с тем, что в итоге вы увидите на экране, не совсем сов­падает.

150-50-03.jpg
Гарик Сукачев на съемочной площадке

А без компромиссов было никак?
Никак. Я изначально делал мейнстримовое кино для большого числа людей. В отличие от кино авторского или фестивального, в этом жанре существуют четкие хронологические рамки: картина, по мнению прокатчиков, должна идти не более полутора часов. В мире такого формата давно не осталось, поэтому к западным фильмам это не относится — только к русским. Это в чистом виде борьба за количество показов, а значит — за деньги. Все-таки есть разница — покажешь ты картину шесть раз в день или восемь. Поэтому приходится идти на компромисс. В принципе, ничего страшного в этом нет — это касается всех режиссеров, от начинающих до великих.

В музыкальном бизнесе больше свободы? Или когда вы пишете песни — тоже вынуждены думать о деталях, не относящихся к творчеству?
Нет, в музыке я свободнее. Хотя мейнстрим, кстати, музыкальное понятие, не киношное. И против мейнстрима в этой области я тоже ничего не имею. Я давным-давно пережил тот период, когда хочется выпендриваться и кого-то удивлять. Сейчас для меня самая главная задача — что в музыке, что в кино — чтобы люди, пришедшие в зал, получили максимум удовольствия. Этому подчинено все, и это, я считаю, правильно.
А я всегда думал, что гораздо важнее получить кайф самому.
В 25 лет — да, а в 50 все по-другому. Вырастете — поймете.  

1.Исполнительница роли Саши актриса Светлана Иванова (слева) и актриса Дарья Мороз в роли ее подруги Герды 
2. Главные герои фильма Саша и Солнце (актер Станислав Рядинский)

За спиной у Митты

Все ваши фильмы, в большей или меньшей степени, рассказывают о молодых людях, которые пытаются изменить этот мир. А сегодня в нашей стране есть молодежь, сравнимая с хиппи 70-х или панками 80-х?
Не знаю. Я с молодежью с некоторых пор не общаюсь. Я для них уже великовозрастный дядька, они для меня — совсем дети. Как-то ради любопытства я заглянул в клуб, где тусуются ребята от 16 до 20 лет. Понял, что мне совершенно там неинтересно. Я в их среде ощущаю себя непрошеным гостем.

Многие считают, что и в кино вы — непрошеный гость.
Пусть считают как хотят, но здесь я себя таким не чувствую. Когда я только стартовал, мне сразу посчастливилось поработать с выдающимися людьми. Одним из первых, кто стал снимать меня в кино, был Александр Наумович Митта. В то время «Бригада С» (первая рок-группа Гарика Cукачева. — The New Times) была на пике популярности. Митта снял нас в маленьком эпизоде в фильме «Шаг» — с Леонидом Филатовым и Комаки Курихарой в главных ролях. На следующий год он дал мне уже роль побольше, это был фильм «Затерянный в Сибири» с выдающимся английским театральным актером Энтони Эндрюсом. Мне тогда было 27 лет. Съемки проходили в довольно жестком режиме, и мне пришлось перестать играть концерты. Именно на этом фильме я подошел к Митте и спросил: «Могу ли я в свои свободные дни приходить на площадку и смотреть, как вы снимаете?» Он удивился: «У тебя же гастроли?» — «Я все отменил», — сказал я. «Ну ладно, приходи...» И вот режиссерский стульчик Митты стоял посередине съемочной площадки, а рядом — слева или справа — мой. Больше чем Александр Наумович мне не дал никто. Хотя и после я попадал в руки исключительно самобытных режиссеров — к Савве Кулишу, к Евгению Цымбалу. Имел возможность видеть совершенно разные манеры работы и все время находился не снаружи процесса, а внутри. Поэтому, когда я снимал свой первый видеоклип на песню «Вальс Москва», я даже не волновался. Можете думать, что я хвастаюсь, но у меня было полное ощущение, что я занимаюсь этим давным-давно. А сейчас я и вовсе прихожу на съемочную площадку, как к себе домой.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.