Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Column

#Суд и тюрьма

О разных формах существования

18.02.2010 | Хрущева Нина, Нью-Йорк | № 05 от 15 февраля 2010 года


Америка, бесспорно, страна прогрессивная: передовые технологии, интернет, гражданские права и свободы, многообразие конфессий, языков, национальностей, Барак Обама в Белом доме... Америка, столь же бесспорно, страна средневековая: здесь многие обитатели глубинки всерьез верят, что «Бог на нашей стороне», а «городские жители — не настоящие американцы». И вообще страна, где какие-то посторонние люди запрещают женщине делать аборт, как в Южной Дакоте и Вирджинии, — разве она не средневековая?
Так вот, Америка, средневековая и прогрессивная, только что по традиции воздала ежегодную дань памяти Мартину Лютеру Кингу, афроамериканскому пастору, боровшемуся за права человека. Но на этот раз памятные мероприятия сопровождались всплеском tea parties.* * Аллюзия к знаменитому «Бостонскому чаепитию» 1773 года — акции протеста американских колонистов в ответ на попытку британской короны обложить их налогами. Собственно, с этого и началась Американская революция. — The New Times. К «чаепитиям» как форме протеста обратились республиканцы, которым не дает покоя Барак Обама с его реформами, влекущими за собой рост налогов. После прошлогодней победы Обамы на выборах протест для республиканцев стал основной формой существования. Они протестуют против всего: государственного вмешательства в частный бизнес, реформы системы здравоохранения, Обамы-«социалиста» (а также «коммуниста», «нациста», «террориста» и всякого прочего «иста»), против Обамы-«узурпатора», и вообще — «иммигранта», «антиамериканца», «непатриота», «негра»...
Aмерика — не Россия, здесь оскорбление президента — не государственное преступление, а всего лишь свобода слова. Здесь у каждого — свое «чаепитие».
Недавно я была в Чарльстоне, Южная Каролина — том самом, из «Унесенных ветром». После изысканного приема у местного плантатора поделилась с американской знакомой: «Странно, что в этой компании никто не обсуждал со мной советский спутник (1957 года) и холодную войну. Обычно всегда найдется охотник поболтать на эти темы». — «Они (хозяева) стеснялись тебя — у тебя нет аристократического прошлого, ты из крестьян». Остолбенев, я задумалась: «Где я — в Америке или в средневековой Англии?» Моя приятельница большую часть времени проводит отнюдь не в Южной Каролине — в Нью-Йорке: живет в Ист-Вилледже, одном из самых многонациональных и свободолюбивых районов Манхэттена, ходит по барам и в баню и не выказывает гордости за свои англосаксонские аристократические корни: здесь, в Нью-Йорке, ее просто засмеют.
Спасение и сила Америки в том, что в ней сравнительно мирно сосуществует все и вся: ку-клукс-клан и Нью-Йорк, Барак Обама и Сара Пэлин, Владимир Набоков и «Диснейленд», бывшие аристократы и сегодняшние фермеры, клерикалы и светские львы, коренные и натурализованные... Мирное сосуществование было и остается для Америки единственно приемлемой формулой и государственной власти, и частной жизни. Но при этом страна движется вперед. Потому что реальное многообразие жизни — питательная среда для прогрессистов, а не поклонников средневековья.
В России в последние годы все складывается иначе. Здесь серьезной проблемой стало тотальное наступление средневековья. Трудно отделаться от впечатления: Владимир Путин решил, что прошлое — это и есть будущее. Россия станет новой Византией, Москва — «третьим Римом», только с мерседесами и супермаркетами. Российские власти охотно поклоняются феодальным формам жизни и презирают мирное сосуществование с теми, кто воспринимает действительность как-то иначе. И вся страна топчется на месте.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.