Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Картина мира

#Политика

Владимир Путин встретился с Папой Бенедиктом XVI

19.03.2007 | Табак Юрий | № 06 от 19 марта 2007 года

Владимир Путин встретился с Папой Бенедиктом XVI. Чуда не произошло — российский президент передал привет от Патриарха Русской православной церкви Алексия II и получил обратный привет. Только и всего. События церковной жизни, российской и западной, не обсуждались. Папу в Россию не пригласили — как и предыдущего Папу Иоанна Павла II, с которым тоже встречался президент России и с которым также отказался встретиться лидер православной церкви. Между тем глава Ватикана «по умолчанию» — одна из влиятельнейших фигур на мировой политической арене, слово которого является законом более чем для миллиарда католиков.

Юрий Табак
религиовед

Сам российский президент еще в начале своего правления заявлял, что «готов пригласить Папу в любую минуту», но подчеркивал: все упирается в «полноценные отношения» Ватикана с Русской православной церковью, которые от него «не зависят». Объяснение вполне правдоподобное, да еще с учетом того, что Путин декларирует себя православным верующим, и даже в этом качестве ему было бы не с руки идти вразрез с позицией своей Церкви.

«Полноценные отношения» так и не наладились. Накануне визита католическое информационное агентство заявило, что в состав делегации будет входить представитель Московской патриархии. Однако сама патриархия решительно опровергла это сообщение, назвав его «уткой». Комментарии официальных лиц РПЦ по поводу визита довольно скупы и весьма обтекаемы — дескать, надеемся, что визит поможет «укрепить позиции христианства в мире». В чем же на самом деле причина такой странной диспозиции Церкви и государства по отношению к Ватикану? На этот счет выдвигаются обычно два главных объяснения: РПЦ недовольна миссионерской деятельностью католиков на своей канонической территории и их вмешательством в конфликт между православными и греко-католиками на Украине. Эти причины, безусловно, важны, но только ли из-за них главы двух христианских Церквей никак не могут договориться? Что им делить? На самом деле проблема возникла не сегодня. Стена между главными институтами двух Церквей выстраивалась веками и скреплялась «цементом» из очень сложного и запутанного комплекса вопросов, в основе которых — борьба за власть, за политическое влияние, за финансы.

Противостояние
— Востока и Запада —

В первые десять веков новой эры католической и православной Церквей как таковых не существовало. Была единая кафолическая, то есть вселенская Церковь1, представленная многочисленными поместными западными и восточными Церквями. Высшим органом управления были Вселенские соборы, догматические и канонические установления которых считались обязательными к исполнению всеми Церквями. Однако уже с первых веков существования единой христианской Церкви развитие ее на Востоке и Западе в силу сложившихся историко-культурных традиций характеризовалось значительными отличиями в богословских и церковно-юридических подходах, вплоть до разных дней празднования величайшего христианского праздника — Воскресения Христова. С разделением Римской империи на Восточную и Западную между ними росло и крепло противостояние — политическое, социально-экономическое, религиозное. А поскольку существенной чертой развития обеих империй было фактическое слияние светской и духовной властей (на Востоке в форме цезарепапизма, когда византийские императоры выступали как единоличные законодатели в церковных делах, а на Западе — в форме папской теократии, когда Церковь господствовала и в светских делах), то политическая конкуренция между Западом и Востоком, ожесточенная борьба за власть и влияние часто принимали форму религиозной конфронтации, канонических и догматических словопрений. Что и привело к окончательному расколу между Церквями в 1054 году.

С XIII века Византия постепенно приходила в упадок, пока в середине XVI века окончательно не пала под ударами турок, а центр восточного христианства переместился на Русь.

Римская церковь еще в течение долгого времени представляла собой внушительную и влиятельнейшую силу в Европе, являясь крупнейшим землевладельцем и обладая значительными военно-политическими ресурсами. Тогда и начался длительный период ее противостояния с православной Русью, когда обе стороны притязали не только на религиозное, но и на военно-политическое господство. Еще в XIII веке Александр Невский бился с крестоносцами за Новгород и Псков, затем Иван Грозный ввязался в затяжную Ливонскую кампанию, потом Русь надолго втянулась в войны Смутного времени, пережив и польскую оккупацию. В результате в сознании многих православных «папизм», олицетворявший для них католический Запад, стал ассоциироваться с экспансионистскими устремлениями, с желанием поработить их земли и навязать свою веру.

— Великий раскол —

Важным итогом Великого раскола стало закрепление догматических и обрядовых расхождений между Церквями, которые впоследствии лишь усиливались. Многие из этих расхождений носят узкобогословский характер, и суть их чаще всего незнакома верующим обеих Церквей. Однако именно они и стали формальной стеной между Церквями. И главное из таких расхождений, имеющее принципиальное историко-политическое значение, — это вопрос о главенстве над вселенской Церковью римской кафедры и Папы, на чем настаивали западные католические богословы и что отрицали восточные православные богословы. Это расхождение и поныне является препоной в отношениях Церквей: РПЦ, естественно, не готова признать юрисдикцию римского престола.

Столь же важным фактором стало закрепление отношения к церковному преданию на Западе и Востоке. Католическая церковь признает возможность свободного догматического развития и дополнения богословских положений, выработанных в период существования единой кафолической Церкви2. Поэтому с момента раскола католики приняли ряд новых догматических положений, касающихся почитания девы Марии, статуса Папы и т.д.

Наоборот, восточно-православная церковь настаивает на завершенности догматического учения эпохи Вселенских соборов, то есть на тех положениях вероучения, которые были зафиксированы к концу VIII века, отвергает «новоизмышленные» догматы, объявляя на этом основании католическое учение еретическим, и настаивает на том, что только она в буквальном смысле «православная» (то есть «правильно славит» Господа).

Подобная разница в подходах является не просто теоретической: из нее следуют очень серьезные и в известной степени непреодолимые расхождения. Католическая церковь имеет возможность достаточно гибко реагировать на социально-политические процессы в мире, корректируя свою теологию и церковную практику. В частности, после Второй мировой войны и особенно II Ватиканского собора многие католики3 сделали радикальные шаги, пересмотрев отношение к другим религиям и христианским конфессиям, признав свою историческую вину перед ними, в частности отказавшись от традиционного средневекового антииудейского дискурса, осудив антисемитизм и свое сдержанное сопротивление нацизму.

Православная же церковь даже при желании следовать веяниям времени весьма ограничена в своих возможностях: отход от средневековой доктрины может привести к тому, что она потеряет свою идентичность, изначально выстраиваемую как оппозиционную по отношению к тем же католикам, да и к протестантам. И вовсе не случайно, что либеральных, экуменически настроенных православных в РПЦ очень немного. Напротив, среди клириков, и прежде всего монашествующих, немало тех, кто открыто придерживается консервативно-охранительных взглядов. Их позиция четко обозначена в недавнем открытом письме епископа Анадырского и Чукотского Диомида, в котором он требует от руководства Церкви отказаться от «еретического учения» экуменизма, от одобрения демократии и поддержки «антинародной» власти.

ЦК КПСС
— против Ватикана —

Неприязненное отношение православной России к католическому Западу перешло на отношение советских властей к Ватикану, который коммунистическая Москва считала одним из главных шпионских гнезд и сеятелем антикоммунистических интриг. Что и говорить, Папа Иоанн Павел II действительно много сделал для разрушения восточноевропейского коммунизма. Когда в 1978 году кардинал Войтыла был избран новым понтификом, Юрий Андропов, тогда глава КГБ СССР, предупредил Политбюро ЦК КПСС, что «новый Папа грозит многими неприятностями». Спустя восемь месяцев после интронизации в качестве главы Римско-католической церкви Папа Иоанн Павел II приехал в коммунистическую Польшу. На родине, на улицах Варшавы, его встречала миллионная толпа поляков, к которой он обратился со словами: «Вы — люди. У вас есть чувство собственного достоинства. Перестаньте ползать на животах».

Вместе с тем в последние десятилетия советской власти оживились связи Московской патриархии с западными Церквями, прежде всего протестантскими, — то, что сейчас принято называть «экуменическим сближением». Но это явление было вызвано вовсе не христианским просветлением: церковные каналы активно использовали в своих целях партия, правительство и КГБ. Церковь сумела сохраниться при безбожном правлении большевиков до самой перестройки, но в немалой степени за счет политических компромиссов, сотрудничества со спецслужбами и почти полной потери интеллектуально-духовного багажа.

Рынок вносит
— коррективы —

Изменилось ли что-нибудь за последние двадцать лет? Да, несомненно. Сама атмосфера начальной стадии капитализма заставила Церковь быть гибче. Священноначалие все больше рассуждает о политике, современных проблемах общества, даже подготовило, по примеру Ватикана, «Социальную программу церкви». Появились воскресные школы, улучшилось образование священнослужителей, заметно увеличилось количество священников с высшим образованием. Церковь несомненно становится более открытой к социальным переменам в обществе. Вместе с тем говорить о значительных успехах в деле христианизации населения не приходится. Бум религиозной активности, возникший вроде бы в начале 90-х в условиях слома прежней идеологии и отсутствия какой-либо иной, стал угасать. Молодежь часто предпочитает традиционные протестантские конфессии, где крепки нравственные и семейные устои, коих так не хватает в России, разные экзотические культы. Нередко университетская молодежь идет и к католикам, и без всякого с их стороны «прозелитизма»: просто современный католический священник со знанием пяти-шести языков, двумя-тремя университетскими образованиями и опытом жизни в разных странах мира подчас выигрывает в сравнении со священниками советской закалки.

Трениям РПЦ с Ватиканом немало способствуют и катаклизмы на Украине, где действительно происходили трагические события, когда греко-католики порой захватывали храмы у православных — через десятилетия после того, как советская власть отнимала храмы у греко-католиков и передавала православным. Помимо прочего это еще и вопрос власти, денег и собственности: РПЦ лишается небедных украинских приходов.

Естественно, что борясь с наезжими религиозными деятелями и нередко проигрывая им в конкурентной борьбе за паству, РПЦ ищет преференций и защиты у государства — главным образом путем дискриминационных мер по отношению к неправославным христианам в России.

С другой стороны, процесс радикальной секуляризации Европы сблизил традиционные религиозные круги европейского Запада и священноначалие России. Все активнее призывая западные Церкви объединяться перед лицом общего секулярного врага, РПЦ позиционирует себя как активного игрока на европейской арене. Да и финансовые возможности западных христиан остаются привлекательными для русских иерархов, хорошо изучивших правила игры в новой России. И здесь экуменические контакты обрели зримую перспективу, поэтому вышеупомянутого епископа Диомида официальные представители патриархии попросту назвали лжецом и невеждой, несмотря на то что он вполне логично апеллирует к древним и никем не отмененным канонам.

Таким образом, РПЦ оказалась меж двух стульев — необходимостью держать руку на пульсе времени и оставаться верной своему исконному охранительству. Визит Путина эту коллизию и воплотил: в привете Патриарха Алексия, переданном Папе через президента России, прозвучало одновременно «да» и «нет». «Да» — надо налаживать отношения. «Нет» — на нашу территорию не пустим и Папу в гости не пригласим.

Власть обвинили в богоборчестве

Епископ Диомид (в миру — Сергей Иванович Дзюбан) в начале февраля 2007 года обратился с открытым письмом «Ко всем верным чадам святой православной церкви», в котором обвинил руководство РПЦ в «отступлениях от чистоты православного вероучения», в «духовном соглашательстве, подчиняющем церковную власть мирской, зачастую богоборческой» и в отсутствии «обличения антинародной политики существующей власти, приводящей к распаду государства, демографическому кризису и другим негативным последствиям». Послание подписали также игумен Илия (Емпулев), иерей Сергий Бахарев, иерей Евгений Пилипенок и монах Гавриил (Ларионов).

Из документов архива КГБ СССР
Июль 1989 года В соответствии с планом, утвержденным руководством КГБ СССР, осуществлены агентурно-оперативные и организационные мероприятия по обеспечению государственной безопасности в период подготовки и проведения мероприятий Всемирного совета церквей (ВСЦ) в Москве, в которых приняло участие более 500 иностранных религиозных деятелей. В результате осуществленных мер исполкомом и ЦК ВСЦ приняты общественные заявления (8), послания (3), соответствующие политической линии социалистических стран. Проведены агентурные и оперативно-технические мероприятия в отношении 29 объектов оперативной заинтересованности органов КГБ, и по 9 объектам проводилось наружное наблюдение. Через агентуру на иностранцев оказано позитивное воздействие, получены дополнительные установочные и характеризующие данные, сведения об их политических взглядах, положении, занимаемом в стране. Взяты выгодные нам многочисленные интервью. Для решения организационных и оперативных вопросов проведены заседания (2) оперативных групп КГБ. В.И. Тимошевский (Архив КГБ СССР. Фонд 6. Опись 12. Дело Ш-175. Том 2. Лист 233)

Июль 1983 года В Ванкувер (Канада) на 6-ю генеральную ассамблею ВСЦ в составе религиозной деле гации СССР направлено 47 агентов органов КГБ из чис ла религиозных авторите тов, священнослужителей и технического персонала. (Архив КГБ СССР. Фонд 6. Опись 6/16. Дело Т-175. Том 3. Лист 191)

Декабрь 1988 года Для учебы в теологических учебных заведениях СCР (ве роятно, имеется в виду СРР. — The New Times), СФРЮ, НРБ, ЧССР, и ПНР направлены агенты «Кирилл», «Иванов», «Бендарец», «Руденко», «Сергеев», «Мефодий». Пе ред ними поставлена задача по доведению до духовенс тва церквей в этих странах информации о гегемонисти ческих устремлениях Конс тантинопольского патриарха в ущерб православным церк вям, установлению контактов с духовенством и выявлению устремлений противника. В.И. Тимошевский (Архив КГБ СССР. Фонд 6. Опись 11. Дело Ч-175. Том 4. Лист 65)

Май 1986 года Совместно с КГБ УССР и УКГБ по Львовской области осуществлялось контрраз ведывательное обеспече ние празднования 40-летия Львовского собора, упразд нившего униатскую церковь в СССР... Материалы праз днования через средства массовой информации пере даны в контрпропагандист ских целях за рубеж. В.И. Тимошевский (Архив КГБ СССР. Фонд 6. Опись 9. Дело Х-175. Том 3. Листы 49 — 50)

Март 1989 года Направлены записки в КГБ СССР: .о продвижении на долж ность заместителя гене рального секретаря ВСЦ (Всемирный совет церквей) представителя РПЦ; .о мерах РПЦ по противо действию попыткам Ватика на возродить «униатскую» церковь в СССР. В.И. Тимошевский (замести тель начальника 4-го отдела 5-го управления КГБ СССР, полковник) (Архив КГБ СССР. Фонд 6. Опись 12. Дело Ш-175. Том 1. Лист 199)

____________________________
1 Само слово «католическая» означает «вселенская».
2 Его еще называют периодом семи Вселенских соборов
3 Есть и такие, кто по сию пору не признал решения собора.

 

 

 


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.