#Мнение

Это страшное слово «бойкот»

06.11.2017 | Федор Крашенинников*

Почему власть так боится агитации за отказ от участия в выборах и почему это самая эффективная стратегия оппозиции

Вообще-то бойкот выборов — это очень скверное решение. И надо сделать все, чтобы в выборах президента России принял участие Алексей Навальный, самый жесткий и последовательный критик Владимира Путина. Но поскольку слово «бойкот» уже прозвучало, о таком развитии событий надо начинать думать со всей серьезностью. Тем более что власть уже начала предпринимать определенные усилия, чтобы недопуск Навального к президентским выборам не обернулся их бойкотом.

Логика самообмана

Один из любимых приемов противников бойкота — задавать риторический вопрос: «Ну и чего вы добьетесь своим неучастием?» И всегда можно спросить в ответ: а чего добьетесь вы своим участием? Если оставить в стороне единичные истории успеха на муниципальных выборах, то практика голосования за оппозиционных, но допущенных к участию кандидатов сводится к двум вариантам.

Первый — голосовать, за кого угодно, лишь бы у него были хоть какие-то шансы. Что здесь не так? Во-первых, на президентских выборах в том виде, в котором они проходят у нас последний 21 год, кандидаты с шансами попросту не допускаются, и если Навального на них не допустят, то это самое убедительное доказательство тому, что реальные конкуренты Путину на выборах не нужны. Во-вторых, голосование за допущенного к выборам кандидата оборачивается лишь тем, что протестные голоса, отданные за Зюганова, Жириновского или Миронова, по итогам выборов объявляются голосами их сторонников.

Второй вариант — выбрать из предложенных Кремлем участников того кандидата, чья программа кажется наиболее приемлемой, и отдать голос ему. Предполагается, что таким способом якобы можно что-то показать власти, и она-де не сможет не реагировать, увидев, сколько голосов получил пусть даже и ею самою назначенный «либерал».

В 2012-М МНОГИЕ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ВЕРИЛИ, ЧТО ЕСЛИ ВЛАСТЬ УВИДИТ, СКОЛЬКО НАРОДУ НЕ ЖЕЛАЮТ ГОЛОСОВАТЬ ЗА ПУТИНА, ТО ЧТО-ТО ИЗМЕНИТСЯ. РЕЗУЛЬТАТ ВСЕМ ИЗВЕСТЕН

Здесь надо вспомнить 2012 год и Михаила Прохорова. Тогда никто не агитировал за бойкот, более того, общепринятым считался тезис о спасительности «голосования за любого другого кандидата», и многие действительно верили, что если власть увидит, сколько народу не желают голосовать за Путина, то что-то изменится.

Результат всем известен. Голосование за Прохорова никаким образом не смягчило режим, и даже наоборот — Крым, Донбасс, Сирия и все сопутствующие «радости» случились после тех выборов.

Выходит, что протестное голосование в 2012 году не дало никакого положительного результата, безотносительно за «либерального» Прохорова был подан голос или за «любого другого» — Зюганова или Миронова. Есть ли смысл обманывать себя, надеясь, что в этот раз все будет иначе?

Пассивная стратегия

Не стоит путать бойкот с пассивным отказом участвовать в выборах. Если граждане просто отказываются идти голосовать — это называется абсентеизм. На самом деле это тоже достаточно эффективный способ протеста — при условии, что количество принявших участие в выборах снижается очевидным и показательным образом. Главный плюс абсентеизма — это легко реализуемая стратегия, не требующая от гражданина какой-либо активности. Эта технология эффективная тогда, когда присутствует минимальный порог явки, без достижения которого выборы объявляются несостоявшимися.

Последнее условие, пожалуй, самое важное, но здесь нынешние хозяева Кремля хорошо подстраховались: нижнего предела явки нет, так что выборы президента будут считаться состоявшимися, даже если в них примут участие несколько процентов избирателей. Таким образом, никаких практических результатов уклонением от похода на участок добиться нельзя, и здесь не стоит себя обманывать фантастическими теориями: желающих поучаствовать в выборах президента в любом случае найдутся миллионы.

Кроме того, в нашей стране значительное количество граждан по разным причинам постоянно уклоняются от участия в выборах, так что едва ли удастся объявить всех не пришедших на участки сделавшими это из принципиальных соображений.

Итак, пассивный отказ от участия в президентских выборах части избирателей власть, скорее всего, проигнорирует, даже если будет зафиксировано небольшое падение показателей явки по сравнению с прошлыми выборами.

Главная задача бойкота — дискредитировать выборы, поставить под вопрос их качество, представительность, законность, честность

Бойкот как кампания

В чем же разница между абсентеизмом и бойкотом в перспективе президентских выборов 2018 года? Разница, прежде всего, в том, что политический бойкот организуемых властью выборов со стороны оппозиционно настроенной части общества должен быть официально объявлен кандидатом, не допущенным к участию в них. И этот бойкот должен быть поддержан всероссийской кампанией протестных и агитационных мероприятий, разъясняющих бессмысленность выборов с заранее известным результатом, к которым допущены только удобные будущему победителю спарринг-партнеры.

Если кампания будет достаточно громкой и сторонникам бойкота удастся прорвать стену молчания, то эффект может быть впечатляющим.

Всенародные президентские выборы — это единственная и главная опора режима личной власти Путина, на мифе о всенародной и безусловной поддержке его политики держится вся современная политическая система. Поэтому главная задача бойкота — дискредитировать выборы, поставить под вопрос их качество, представительность, законность, честность.

Выборы должны стать синонимом скандала, сомнительным и нечестным мероприятием, которое полностью управляемо властью и потому никому ничего не доказывает. Обращаться надо не только к гражданам России, но и ко всему миру — чтобы как можно больше людей, правительств и международных организаций зафиксировали тот факт, что значительный процент граждан России ставят под вопрос президентские выборы и их результат.

Президентские выборы 2012 года, где участвовали лишь одобренные властью кандидаты, поставили крест на перспективах политических изменений в стране. Тогда Кремлю удалось решить и вопрос явки, и вопрос честности — ведь если недовольные пришли на выборы и проголосовали за того, за кого они хотели, то какие вопросы к результатам? Демократия есть демократия: ваш кандидат проиграл, наш — победил, разговор окончен!

Именно эту предопределенность надо ломать. Ни в коем случае нельзя позволять себе играть по предлагаемым правилам — просто потому, что результат известен заранее. Ни в коем случае нельзя считать своим кандидатом того, кто удобен власти и не вызывает у нее вопросов. Голосуя за Зюганова, Жириновского, Миронова, Собчак, Гордон, Богданова, Иванова, Петрова или Сидорова, можно добиться только одного — победы Путина и нового разочарования.

Чиновники трусливы и не изобретательны, им нравится все контролировать и раз за разом реализовывать один и тот же сценарий. Если хоть что-то пойдет не так — систему начнет лихорадить

Новые возможности

Бойкот — это единственная тактика политической борьбы, которая ни разу не была применена на президентских выборах в современной истории России. Поэтому сейчас говорить о том, эффективен ли бойкот или бесполезен, невозможно — просто потому, что нет никаких фактов, которые можно было бы исследовать и делать прогнозы.

Как уже говорилось, бойкот — это плохое решение, но если других вариантов не останется — оно оказывается безальтернативным. Практическая организация кампании ставит много вопросов, но никакого понимания, как может развиваться ситуация в случае широкомасштабной агитации за бойкот выборов, нет и у власти — и это самый главный аргумент за то, чтобы поступить именно так.

Чиновники трусливы и не изобретательны, им нравится все контролировать и раз за разом реализовывать один и тот же сценарий. Если хоть что-то пойдет не так — систему начнет лихорадить. Как «мочить» неугодных, как превращать выборы в балаган, а всех недовольных собою выставлять идиотами или иностранными шпионами — Кремль хорошо знает и умеет. А вот что делать в ситуации, когда сотни тысяч, а может быть, даже и миллионы людей включатся в кампанию за бойкот выборов, — они совершенно точно не знают.

Кремлевские пропагандисты будут то издеваться, то умолять: ну вот же, вот же для вас, сволочей, лучшие умы администрации президента назначили либерального кандидата — так чего же вам еще надо?!

Бойкот — это неопределенность, а неопределенность — это новые возможности и перспективы, что в наших условиях дорогого стоит. Переиграть всю эту чудовищную вертикаль манипуляций, фальсификаций, лжи и насилия можно, только сломав привычные рамки политической борьбы. Собственно, этого власть больше всего и боится — поэтому ей не нужен ни кандидат, готовый вести серьезную борьбу с Путиным в рамках президентских выборов, ни бойкот этих выборов, вносящий элемент неопределенности и непредсказуемости в самую важную для режима процедуру.

Надо готовиться к худшему. Конечно, будут и репрессии, и истерики, и аресты, и суды. В случае успешного развития кампании за бойкот Дума может срочно принять законы, криминализирующие такие призывы, — и к этому надо быть готовыми. Еще горше будет финальное «расчехление»: найдутся статусные «оппозиционеры» старой волны, которые впервые за много лет получат федеральный эфир и будут кочевать из одного ток-шоу в другое, изобличая бесполезность бойкота. Кремлевские пропагандисты будут то издеваться, то умолять: ну вот же, вот же для вас, сволочей, лучшие умы администрации президента назначили либерального кандидата — так чего же вам еще надо?!

Все это надо будет пережить, вытерпеть и не позволить себя обмануть. Даже управляемые выборы переживаются властью как стресс, а если что-то пойдет не по ее плану — это усилит истерику, усугубит внутренние противоречия, заставит сделать глупости, которые могут оказаться непоправимыми. И — обрушить всю конструкцию.

* Политолог, постоянный автор NT.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.