Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Геополитика

Спойлерский визит

02.11.2017 | Борис Юнанов

Зачем Путин поехал в Тегеран, или Почему «южный маршрут» из Азии в Европу оказался быстрее «северного»

766549-5.jpg

Президент Российской Федерации Владимир Путин и Верховный руководитель и духовный лидер Исламской Республики Иран аятолла Али Хаменеи. Фото: kremlin.ru

В длиннейшем по хронологии и географическому охвату перечне зарубежных поездок Владимира Путина визит в Тегеран 1 ноября 2017 года займет особое место. На исходе первого дня визита, обставленного российским официозом как трехсторонний российско-иранско-азербайджанский саммит, так и не было понятно — а ради чего, собственно, Путин сел в самолет и полетел к аятоллам. Размноженная в кремлевских пресс-релизах официальная повестка «саммита» — в очередной раз обсудить ситуацию вокруг Сирии, иранской ядерной программы, статуса Каспия, попутно подчеркнув важность совместной борьбы с терроризмом, — не просто не блещет оригинальностью. В ней нет ничего, что обосновывало бы необходимость встречи именно на высшем уровне, а не на уровне, скажем, глав МИД или даже групп экспертов. Тем более что в Тегеране не было принято никаких конкретных решений по означенным вопросам. При всем своем тщеславии Путин вряд ли стал бы лететь за тридевять земель ради того, чтобы выслушать комплименты в свой адрес — «вы — сильный и ответственный президент» — лично от верховного лидера Ирана аятоллы Хаменеи, комплименты, разбавленные сентенциями о важности отказа от доллара как эффективного средства борьбы с американской гегемонией.

Не по плану

Как уже не раз было в прошлом, наиболее значимая часть повестки «саммита» оказалась обозначена как бы мимоходом, вскользь, и потому многими осталась незамеченной — в ходе переговоров, как сообщил нам российский официоз, лидеры договорились завершить строительство железной дороги на участке Астара (Азербайджан) — Решт (Иран). Эта ветка — часть транспортного коридора «Север-Юг», который призван соединить Северную Европу с Юго-Восточной Азией (детальный маршрут таков: Индия — Персидский залив — Иран — Азербайджан — Россия — и далее в направлении Скандинавии), а заодно и объединит железные дороги Азербайджана, Ирана и России. Договоренность о проекте была достигнута Россией, Ираном и Индией еще в 2000 году, в 2005-м к нему присоединился Азербайджан. На первом этапе по коридору планируется перевозить 6 млн грузов в год, в дальнейшем — 15–20 млн. И все это — от Индии, через Россию до Скандинавии — всего за 14 дней. Проработав проект в деталях, договорившись о смете и сроках, стороны остались довольны друг другом. Но потом все пошло не по плану.

«У проекта «Север-Юг» изначально было два маршрута: «северный» — через Россию и «южный» — через Грузию и Турцию. Реальным приоритетом азербайджанского президента Алиева всегда бы «южный», — объясняет NT дипломатический источник в Баку. — Он обеспечивал Южному Кавказу независимость от России как страны-транзитера».

О приоритетности «южного проекта» Ильхам Алиев и тогдашний президент Грузии Михаил Саакашвили договорились еще в 2004 году, во время визита азербайджанского президента в Тбилиси, — это было за год до того, как Азербайджан присоединился к российско-иранско-индийскому проекту. А уже в 2007-м началось строительство дороги.

«Когда в Москве узнали, что проект БТК уже практически готов, а на «северном маршруте» — тишина, то очень удивились, как будто в Баку нет российского посольства и никто ничего не отслеживает»

31 октября 2017 года, то есть за день до того, как в Тегеране стартовал «трехсторонний саммит», «южный проект» был успешно завершен: президенты Азербайджана и Турции, а также премьер Грузии торжественно открыли 846-километровый участок железной дороги Баку–Тбилиси–Карс (Турция, БТК), который уже называют «кавказским Суэцким каналом»: по нему грузы из Китая в страны ЕС будут перевозиться за 12–15 дней, вместо 40–45 требовавшихся ранее (с учетом морских перевозок). Строительство участка Баку–Тбилиси — его стоимость составила около $800 млн — полностью профинансировал Азербайджан. Согласно предварительным оценкам, минимальные доходы Баку от работы БТК уже в первые годы после его пуска будут составлять порядка $50 млн в год.

766549-7.jpg

Президенты Азербайджана и Турции, а также премьер Грузии на открытии 846-километрового участка железной дороги Баку–Тбилиси–Карс, 31 октября 2017 года. Фото: salamnews.org

766549-2.jpg

Схема «южного маршрута» транспортного коридора Север-Юг. Источник: azertag.az

Иранский тормоз

«Когда в Москве узнали, что проект БТК уже практически готов, а на «северном маршруте» — тишина, то очень удивились, как будто в Баку нет российского посольства и никто ничего не отслеживает, — рассказывает дипломатический источник NT в Баку. — Путин позвонил Алиеву и спросил, в чем проблемы с проектом. Алиев честно ответил: у Баку проблем нет, работы тормозит Иран — видимо, все средства идут на войну в Сирии», — иронизирует собеседник журнала.

Другой источник журнала в Баку, знакомый с ситуацией, утверждает, что инициатива «срочно встретиться» в Тегеране принадлежит Алиеву: «По сути, этот визит (Путина в Иран) — спойлерский, он призван оттянуть на себя часть внимания, которое в мире реально приковано к проекту БТК, — оттянуть разговорами о важности России и Ирана как региональных держав. Алиев компенсировал таким образом и Ирану, и России имиджевые издержки».

«ПЕРВОНАЧАЛЬНО СТРОИТЕЛЬСТВО НА СВОЕМ УЧАСТКЕ ДОЛЖЕН БЫЛ ФИНАНСИРОВАТЬ САМ ИРАН. НО ПУТИН, ПОХОЖЕ, УБЕДИЛ АЛИЕВА ПОМОЧЬ РЕГИОНАЛЬНЫМ СОЮЗНИКАМ»

Впрочем, речь, судя по всему, идет не только об имиджевой компенсации. Азербайджан, как сообщил NT азербайджанский политолог, директор аналитического центра «Атлас» Эльхан Шахиноглу, уже выделил Ирану $500 млн на строительство иранского участка железной дороги Астара–Решт. При том что длина железнодорожной ветки составляет всего несколько десятков километров.

«Первоначально строительство на своем участке должен был финансировать сам Иран. Но Путин, похоже, убедил Алиева помочь региональным союзникам», — замечает в разговоре с NT дипломатический источник в Баку.

Однако, если один союзник России, помогающий ей спасти режим Асада в Сирии при всей своей ненадежности как делового партнера получил в итоге щедрый бонус от Азербайджана, то вопрос о том, что получит в итоге другой ее союзник — Армения, остается открытым. Проект БТК окончательно оставил Ереван, которого с Азербайджаном рассорил карабахский вопрос, в стороне от международных торговых путей. И вряд ли российские военные базы и членство в Таможенном союзе компенсируют Армении эту изоляцию. Да и Россия пока явно не торопится мирить ее с нефтедолларовым Азербайджаном.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.