Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Деньги

#Суд и тюрьма

Залог беды

09.12.2009 | Водянова Маргарита | №44 от 07.12.09

Кризис — золотое время для ломбардов

139-26-01.jpg

Битва об заклад.
За девять месяцев 2009 года обороты столичных ломбардов выросли на 40% по сравнению с прошлым годом. Чтобы сдать вещи в залог, кое-где теперь даже выстраиваются очереди. В причинах растущего спроса разбирался The New Times


В советские времена заставить человека пойти в ломбард могли только чрезвычайные обстоятельства. «Вспомните фильм «Карнавал», — говорит Сергей Ч., владелец одного из ломбардов на западе столицы. — Героиня одна в чужом большом городе, всеми брошенная, стоит, пряча глаза, в очереди, чтобы сдать какие-то побрякушки. И конечно, ее норовит «кинуть» противная приемщица». А сегодня, в кризис, форс-мажор у людей случается сплошь и рядом, резюмирует Сергей. Поэтому и клиентов в ломбардах за последний год заметно прибавилось.

Игра на понижение

В среднем заведения принимают залоги под 15% в месяц, утверждает Михаил Унсков, президент «Лиги ломбардов». И это, поясняет он, не от жадности, просто такова ломбардная экономика. Расходы заведения составляют примерно 500 тыс. рублей в месяц: зарплата трем сотрудникам, охране, арендная плата и административная рента. Средняя стоимость залогового билета* * Сумма, которая выдается клиенту на руки под залог. — 10 тыс. руб­лей. По расчетам Унскова, чтобы работать хотя бы с 10-процентной прибылью, ломбарду надо иметь месячный оборот 6 млн рублей, то есть обслужить 600 клиентов. Таких заведений в Москве — не более двух десятков из 500. Эксперт вспоминает, что в начале кризиса, когда спрос на наличные был ажиотажный, а с банками люди предпочитали не связываться, у многих возникла иллюзия, что открыть ломбард — это как палку в плодородную почву воткнуть: тут же вырастут апельсины. Но чудес не бывает. Ломбард не может радикально уменьшить оценочную стоимость вещи — ограничения прописаны в Гражданском кодексе. Для получения прибыли остается повышать залоговый процент и «работать на понижение» при объявлении суммы, причитающейся клиенту.
Татьяне К., замдиректора небольшой турфирмы, в страшном сне не могло присниться, что она понесет сдавать в ломбард подарок любимого мужчины — золотое кольцо с нешуточным бриллиантом и такой же кулон. Но бизнес за год сильно просел, урезанной вдвое зарплаты едва стало хватать на повседневные траты. Жизненный уровень, по ее словам, упал «ниже плинтуса». И в какой-то момент Татьяна решилась... Украшения она предварительно оценила у экспертов, те назвали сумму — 160 тыс. рублей.
Каково же было ее возмущение, когда в ломбарде предложили за «брюлики» 40 тыс.! Пошла в другой — там давали 50 тыс. «Ни за что!» — сказала дама и предпочла продать личное авто.
Такие истории случаются, подтверждает Михаил Унсков. Ломбарды охотно берут недорогие украшения, ценой 15–20 тыс. рублей, за которые можно дать половину стоимости. Если владелец за ними не вернется, легко найти покупателя. А на штучный дорогой товар претендентов в случае невыкупа найти сложно. «Но сотрудник ломбарда не может с порога сказать посетителю: ваш залог мне неинтересен!» — поясняет Унсков. Поэтому начинается своеобразная игра. Клиент или соглашается в конце концов на предложенную «смешную» сумму, или уходит восвояси.
Впрочем, делится секретами Сергей Ч., Татья­не могло и повезти, если бы она набрела на ломбард, только что открывшийся по соседству с давно действующим. Новички, стремясь отвоевать клиентуру у конкурентов, поначалу предлагают гораздо более выгодные условия. Правда, это длится недолго.

Рога в цене

До недавнего времени, говорят эксперты, главными клиентами московских ломбардов были пенсионеры и «деклассированные элементы с помятыми лицами». Однако кризис внес изменения в портрет среднестатистического клиента. В очередях за деньгами под залог томятся все больше вчерашние менеджеры среднего звена и уволенные аналитики. А эти люди, впервые в жизни попав в затруднительное положение, склонны к поступкам спонтанным и экзальтированным.
Недавно в один из столичных ломбардов пришел человек с ружьем: тульская работа, XVIII век, коллекционное, с богатой инкрустацией. Конечно, получить такой залог очень хотелось. Но нельзя по закону, ведь ружье — «ограниченная в хождении» вещь: перепродать ее можно лишь тому, кто имеет лицензию на пользование оружием. Тогда владелец просверлил в стволе дырку, чем серьезно снизил стоимость вещи. Зато без проблем сдал его в залог и получил полмиллиона рублей. Сергей Ч. рассказал, как месяц назад его бывшая одноклассница предложила в залог лошадь. «Прошлой зимой, на вечере встречи, Светка всех нас замучила требованием посмотреть на фотографии в мобильнике, где она на Батоне, муж на Батоне, дети на Батоне... И вот звонит и просит за Батона как за «порше»… Конечно, Сергей отказал. И дело даже не в деньгах: согласно законодательству, предмет залога должен находиться у залогодержателя, то есть непосредственно в ломбарде. По закону, развивает сюжетную линию Михаил Унсков, ломбард не вправе принять даже кошку. Хотя, по крайней мере, одна попытка заложить сибирского кота в столице зафиксирована. Но ни кошка, ни даже черепаха не отнесены российской Фемидой ни к движимому, ни к недвижимому имуществу и не могут быть предметом залога. А вот охотничьи трофеи в цене. За оленьи рога, красивые и качественно обработанные, один клиент получил недавно 20 тыс. рублей.
Самым желанным залогом по-прежнему остаются ювелирные украшения. Причем с особенной охотой ломбарды берут украшения не с бриллиантами, а с цветными камнями — рубинами, сапфирами, изумрудами. Они маркируются как «поделочные»: у ломбардов нет оборудования, позволяющего отличить искусственный от натурального. Поэтому денег дают немного. А владелец, знающий предмету истинную цену, старается побыстрее его выкупить.
Автомобили — товар менее ликвидный. Но в кризис автомобильный сегмент начал бурно развиваться. В кабалу везут все, что движется, от траченных временем «жигулей» до шикарных иномарок. Разумеется, автовладельцы сильно теряют даже на этапе оценки машин. А уж дают за транспортные средства чуть не вполовину меньше оценочной стоимости. Но бывает, что деньги нужнее. Летом в один из московских ломбардов приехал замечательный «бентли» 2002 года выпуска стоимостью почти 3 млн рублей. Четырехколесного друга сдал нефтяник из Ханты-Мансийска, которому перед отпуском задержали зарплату. Правда, быстро выкупил.
Вообще, говорят эксперты, абсолютное большинство граждан, впервые приходящих в ломбард, уверены, что в итоге выручат свое имущество. Как показывает практика, ошибается примерно каждый десятый.


В Москве насчитывается более 500 работающих ломбардов.
20% из них государственные (ГУП «Мосгорломбард»), 35% — частные одиночные, 45% — частные сетевые. Госломбарды котируют 500 наименований товаров. По итогам 2008 года объем столичного ломбардного рынка соста­вил 35–36 млрд рублей, за девять месяцев 2009-го вырос еще на 40%.
Источник: Лига ломбардов

×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.