Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Культура

#Политика

«Западный мир во имя демократии творит, что хочет»

25.06.2007 | Грацианский Сергей | № 20 от 25 июня 2007 года


Сербский режиссер Эмир Кустурица стал первым гостем открывшегося 29-го Московского международного кинофестиваля. Автор «Подполья», «Времени цыган» и «Черной кошки, белого кота» привез в Москву свой новый фильм «Завет» — комедию о мальчике, которому умирающий дед наказал продать корову, купить икону и найти женщину.

«Западный мир во имя демократии творит, что хочет. Прикрываясь громким словом «гуманизм», они могут тебя убить, поцеловать — сделать с тобой что угодно».

Эмир Кустурица — Сергею Грацианскому

Почему на пресс-конференции Вы сравнили себя с Мусоргским?
Потому что я в Москве. Если бы я был в Вене, я бы сказал, что мне близок Моцарт.

Хотели польстить русской публике?
Не столько польстить, сколько развеселить. Жизнь — скучная штука, и надо использовать любую возможность, чтобы заставить людей улыбаться. Я, например, снимаю смешное кино и считаю это лучшей терапией. Причем эффект у нее долгоиграющий. По моим расчетам, под впечатлением от «Завета» вы проживете от десяти дней до месяца.

Несколько лет назад Вы заявили, что в вашем творчестве наступил мирный период. При этом Ваш следующий фильм будет посвящен революции…
Да, мексиканской. Но там действие происходит в 1915 году, так что если это и война, то давно прошедшая и забытая. А вот к войне в Сербии я пока что возвращаться не собираюсь. Пока что буду снимать очень черную комедию о жестокости и агрессии.

Жестокость, кажется, не совсем Ваша тема.
Ну конечно, это будет жестокость, увиденная глазами нежности... Повествование будет вестись от лица гильотины, которую привозят в штаб повстанцев.

Вы редко снимали фильмы за пределами Европы, почему теперь отправляетесь в Мексику?
Мексиканцы близки восточным славянам по темпераменту, да и вообще я с детства мечтал снять фильм о мексиканских бандитах и аргентинских гаучо.

Русские газеты уверяют, что сербы считают Россию единственной страной, способной решить проблему Косово. На Ваш взгляд, это так?
Россия может вернуть православным славянам чувство собственного достоинства. Она достаточно могущественна, чтобы заставить весь остальной мир нас уважать. И для меня это самое важное. Западный мир во имя демократии творит, что хочет. Прикрываясь громким словом «гуманизм», они тебя могут убить, поцеловать — сделать с тобой что угодно. На той стороне скопилось слишком много силы и власти. Было бы неплохо, чтобы с этой стороны появилась страна, которая уравновесит Запад. Сильная Россия принесет в Европу стабильность.

Вам нравится идея биполярного мира? А как насчет возвращения к холодной войне?
По-моему, это невозможно. Вы же больше не коммунистическая империя. Вы богатая, высококультурная, европейски развитая страна. У вас огромный экономический потенциал плюс военная и космическая мощь. У вас же есть спутники!

И что, по-Вашему, Россия может как-то влиять на США?
Не знаю, что вы можете сделать. Но лично мне приятно сознавать, что на Востоке ктото не разделяет фатальную, на мой взгляд, уверенность США, что они всегда правы. Ничего хорошего в войне с Америкой быть не может. Но полезно время от времени приводить ее в чувство: «Хей, ребята, мы здесь! И мы тоже думаем о гуманизме, бизнесе, политике, энергетике. О любви, наконец!»

Жизнь в Сербии сейчас меняется?
Да, хотя лучшие времена еще впереди.

Поэтому Вы переключились на оперу (в парижском театре Опера Бастилии состоялась премьера поставленной Кустурицей оперы «Время цыган». — The New Times)? Кстати, почему для своего дебюта на сцене Вы выбрали именно эту историю?
Во-первых, во «Времени цыган» была, пожалуй, самая лучшая музыка, которая когда-либо звучала в моих фильмах. А во-вторых, у этой истории очень силен социальный подтекст, а европейцы любят оперы на актуальные темы.

В чем разница между съемками фильма и постановкой оперы?
Съемки — это война на ограниченной декорациями территории, а опера — это что-то… абстрактное.

На пресс-конференции Вы объявили о смерти авторского кино. Что Вас навело на такие пессимистические мысли?
Рынок кинопродукции стал настолько велик, а конкуренция настолько сильна, что кинотеатры, не желая рисковать своими доходами, соглашаются показывать только беспроигрышные хиты. Они перестраховываются, а в результате все, что хоть на йоту отличается от стандарта, даже неважно в лучшую или худшую сторону, пролетает мимо зрителя. И в дальнейшем ситуация будет только ухудшаться.

Во всем виноват Голливуд?
Первые 40 лет своего существования Голливуд был прекрасным местом, где рождались самые оригинальные идеи и самые громкие имена. В нем царил идеализм. Сейчас в нем царит бизнес. Причем грубый и низменный. Не такой, как раньше.

А сами Вы не бизнесмен? Прокатная судьба ваших фильмов Вас не интересует?
Я бизнесмен? Да, но мелкий-мелкий. Я совсем не расчетливый делец, а вот художник, похоже, расчетливый. Во всяком случае, фильмы я снимал не ради денег, но как-то так получилось, что на протяжении 20 лет они приносили мне доход, который оказался достаточно велик, чтобы не только прожить, но и построить в сербских горах собственную деревню. Не спорю, всем нужны деньги. Но Голливуд, объявив финансовый успех фильмов своей основной целью, лишился чего-то очень важного.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.