Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Сюжеты

#История

Украинская опера на музыку ГПУ

15.07.2015 | Вилисов Виктор

85 лет назад чекисты сфабриковали дело «Союза освобождения Украины». Были репрессированы тысячи человек и уничтожен цвет украинской интеллигенции

Процесс проходил в Харьковском оперном театре, 1930 год Нам надо украинскую интеллигенцию поставить на колени, это наша задача — и она будет выполнена; кого не поставим — перестреляем!» — так, по свидетельствам Б. Матушевского и Ю. Виноградова, которые проходили обвиняемыми по этому делу, любил орать в лицо допрашиваемым следователь НКВД УССР Соломон Брук. Орал, а потом добавлял: «Эх, надо бы всю Украину перестрелять, да, к сожалению, — нельзя. Но вас, украинских интеллигентов, мы всех уничтожим!» Найти о Бруке сколько-нибудь подробные сведения не выйдет, есть разве что короткая выписка из архива НИПЦ «Мемориал». Буквально несколько строк: из них понятно, что родился он в городке Рудня Смоленской области в 1898 году, получил начальное образование, состоял в ВКП(б), работал следователем НКВД, а 8 февраля 1938 года был расстрелян. 29 августа того же 1938 года был расстрелян и Валерий Горожанин, бывший начальник секретного отдела ОГПУ УССР. За год до этого, ночью 30 августа 1937-го, глава правительства УССР Панас Любченко выбежал с заседания ЦК компартии Украины, приехал домой и застрелил сначала жену, затем сына, потом себя. В том же 1937 году были расстреляны следователи Ахматов, Южин, Грозный, Правдин, Броневой, Гольденберг, бывший председатель ОГПУ Украины Всеволод Балицкий, успевший дослужиться до наркома внутренних дел СССР. Всех этих людей объединяла не только служба в одних и тех же ведомствах и товарищеские отношения. В 1930 году все они принимали участие в процессе по делу «Спiлка визволяня України» (СВУ).

Союз, которого не было Первые аресты по «делу СВУ» начались в мае 1929-го: 18-го числа был арестован 25-летний студент Киевского института народного образования Николай Павлушков. И буквально через полгода, 22 ноября, в газете «Чорноморська комуна» публикуется заявление председателя украинского ГПУ Всеволода Балицкого о том, что на Украине раскрыта и ликвидирована контрреволюционная организация «Союз освобождения Украины», а 25 февраля 1930-го в главной украинской газете «Вiстi» печатают заметку под заголовком «В первой половине марта начнут слушать дело СВУ». С этого дня четыре месяца подряд «Вiстi», а затем и другие газеты регулярно печатали выдержки из обвинительного заключения и материалов дела. Сообщалось, что организация СВУ была основана в июне 1926 года по прямому указанию петлюровского правительства и лидеров украинской эмиграции. Конечной целью СВУ, по данным следователей, было полное свержение коммунистического строя и превращение Советской Украины в аграрную колонию мирового империализма. «Союз освобождения», по информации следствия, получил распространение в крупнейших украинских городах, где были созданы его «боевые пятерки» при разного рода организациях. Судя по столь широкому анонсированию, процесс с самого начала замышлялся как публичный. Открытые слушания начались 9 марта — в качестве места для суда был выбран зрительный зал Харьковского оперного театра. Уже 10 марта «Вiстi» печатают репортаж с первого заседания за подписью М. Берлина: «Читают акт обвинения… Обвиняемые сливаются в единую фигуру украинского воинствующего фашизма…» К процессу было привлечено 45 человек, на первом же заседании 44 из них безоговорочно признали свою вину, и только один из подсудимых выкрикнул: «Обвинения не признаю! Дам объяснения!» Суд не особо утруждал себя рассмотрением всех обстоятельств дела. Уже после первого дня заседания государственный обвинитель Михайлик подвел итог: «Когда взвешиваешь всю тяжесть преступлений, содеянных подсудимыми, <…> то становится ясно, что против этих людей есть единственная мера социальной защиты — расстрел». Зал, как и полагается, отреагировал на его речь взрывом аплодисментов. Всем было понятно: подсудимых ждет суровый приговор. Была разве что одна загвоздка — следствие как-то упустило ее из внимания. Дело в том, что «Союза освобождения Украины», основанного в 1926 году, никогда не существовало.

Обвиняемые по «делу СВУ» во время процесса в Харьковской опере Как фабриковали дело В середине 1920-х годов началось сворачивание «новой экономической политики». Результатом НЭПа на Украине, среди прочего, стало перетекание большого числа «буржуазных» крестьян из села в город. Вместе с НЭПом было решено сворачивать и политику коммунистической украинизации УССР — на фоне урбанизации и других процессов слишком уж высоко поднялось украинское национальное сознание. Доподлинно не известно, когда именно было принято решение устроить показательный процесс по дискредитации украинской интеллигенции, но в середине 1929 года председатель ГПУ УССР Балицкий рассылает по высоким правительственным кабинетам информационную записку под грифом «секретно» — о раскрытом плане академика Ефремова на пару с присланным из-за границы Никовским создать контрреволюционную организацию. В записке говорится, что большинство арестованных уже сознались в своей преступной деятельности, и все члены организации «найближайшим часом» предстанут перед пролетарским судом. В «деле СВУ» — 253 тома. Это тома совершенно особенные. Дело в том, что на протяжении нескольких тысяч страниц нет ни одного сколько-нибудь вменяемого доказательства, что организация «Союз освобождения Украины» когда-либо действительно существовала. Строго говоря, из этих томов не следовало почти ничего. Все обвинительное заключение, все следственные выводы о раскрытой чекистами контрреволюционной организации по свержению советской власти строятся на признательных показаниях двух человек: академика Сергея Ефремова и его племянника Николая Павлушкова.

Студента Николая Павлушкова арестовали первым В ГПУ Павлушкова, задержанного первым, конечно, жестко сломали. Насколько можно судить, о побоях и пытках (как и в случае с другими обвиняемыми) речи не было, однако студенту неделями не давали спать, таскали с допроса на допрос. На волне желания освободиться — ему то угрожали, то обещали помиловать, — Павлушков оговорил себя и других в чудовищных злодеяниях. Именно он показал следователям тайник с дневниками Ефремова. Дневники эти хотя и были протестными, но ни на какую контрреволюцию, конечно, не тянули. Тем не менее они стали единственным документальным доказательством, приобщенным к делу. Академика Сергея Ефремова задержали в июле 1929-го. Его, известного литературного критика и историка литературы, справедливо называли совестью украинской интеллигенции. Никто не верил, что он может оговорить себя и тем более — еще сорок человек. Он, собственно, и держался дольше всех. Но уже 9 марта в «Вiстях» печатают его реплику из признательных показаний. Рассказ Ефремова, записанный его товарищем по несчастью Голоскевичем, показывает все ухищрения, на которые шло следствие, чтобы вынудить сорок пять разумных и интеллигентных людей признать абсурдные обвинения. Сначала к Ефремову пришли с показаниями Дурдуковского, Павлушкова и Никовского и пообещали расстрелять без вывода на публичный процесс — как организатора, потом просто — расстрелять, а в организаторы поставить кого-нибудь посговорчивее. Открытые сейчас документы показывают всю режиссуру процесса — если в организаторы СВУ сразу записали Ефремова, то с иерархией руководства и состава всего контрреволюционного союза некоторое время не могли определиться. В архиве есть такой «Ориентировочный список арестованных по Киеву», в этом документе обозначены фамилии уже отобранных фигурантов процесса, а рядом фамилии «запасных» — тех, кого только готовили к участию в этом масштабном мероприятии.

Вынесение приговора, Харьков, 9 марта 1930 года Не только интеллигенция Несмотря на отсутствие конкретно сформулированной вины, всем участникам «украинской оперы» был вынесен обвинительный приговор, написанный за один день и две ночи. Скорее всего, текст — обтекаемый, неконкретный, содержавший кучу ошибок, — был готов заранее. Суд растянул на 50 страниц выжимки из самообличений обвиняемых. Подсудимые — то ли по собственным соображениям, то ли поверив обещаниям следователей, — были убеждены в абсолютной показушности устраиваемого спектакля. Так, профессор Пидгаецкий, который признал себя виновным «приблизительно в двадцати методах и способах контрреволюционной борьбы», пришел на последнее заседание, забрав из камеры все свои вещи. Он надеялся, что его после оглашения приговора отпустят домой, и упал в обморок, услышав, что осужден на восемь лет и три месяца заключения. Точная цифра всех репрессированных по этому делу неизвестна. Несмотря на то что во время процесса в Харьковском оперном театре на скамье подсудимых сидело сорок пять человек, в приговоре перечислено еще несколько сотен осужденных. Пятнадцать «главарей», в том числе и академик Ефремов, были приговорены к расстрелу (позже замененному всем на десятилетнее заключение), еще 192 человека были лишены свободы на сроки от трех до восьми лет, 87 — высланы из Украины, трое осуждены условно и 124 освобождены от наказания. По некоторым оценкам, в связи с «делом СВУ» было репрессировано до 30 тысяч человек. Это был целенаправленный геноцид украинской интеллигенции, но и не только ее: по открывшимся позже документам было выяснено, что тысячи обычных крестьян в 30-е годы сажали и расстреливали с формулировкой «за участие в контрреволюционной организации СВУ». Теперь уже не вызывает сомнений, что целью процесса были гораздо более широкие, чем «националистическая интеллигенция», слои. В январе 1930-го сотрудники ГПУ вынудили распуститься Украинскую автокефальную церковь, а почти сразу после процесса в Харьковском оперном театре стартовал ряд «раскрытий крупных контрреволюционных организаций». До 1937 года в Украине прошло еще 15 таких процессов: от «Украинского национального центра» до «Национальной фашистской организации Украины». Состоялся подобный процесс и в Беларуси — с июня 1930-го арестовали более ста представителей национальной интеллигенции, а в 1931-м состряпали дело «Саюза вызвалення Беларусi». Много кого расстреляли, однако повторения «дела СВУ» не получилось. Теперь это уже исторически доказанный факт — никакого «националистического союза», конечно, не было.

Не выжил почти никто Несмотря на парадоксально мягкие для обвинения в контрреволюционной деятельности приговоры, почти никто из «процесса СВУ» не умер своей смертью. Тринадцать человек из сорока пяти были расстреляны в 1937-м, один — в 1938-м, остальные были или осуждены повторно, или получили дополнительное заключение и умерли в застенках. Из 45 обвиняемых по «делу СВУ» вернулось из ссылок и тюрем только четверо, а один смог эмигрировать. Тысячи других украинцев, которых обвиняли в связях с мифической организацией, были расстреляны в 1934-м и 1937–1938-х годах. А в здании по адресу ул. Рымарская, 21 теперь вместо Оперного театра — Харьковская областная филармония. Там на фасаде висит доска в память о репрессированной украинской интеллигенции. В 1989 году Верховный суд Украины пересмотрел «дело СВУ» и посмертно реабилитировал всех обвиняемых за отсутствием состава преступления.  Фото: territoryterror.org.ua, vsiknigy.net.ua


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.