Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Сюжеты

#Ex Libris

Актуальное прошлое

01.02.2017 | The New Times | №2 (432) 30.01.17

Историк Никита Соколов, председатель Вольного исторического общества, — о книгах, которые, как он считает, не читать нельзя

Я совсем не читаю художественную литературу, просто не успеваю. Зато из книг по моей исторической специальности я бы отметил несколько выдающихся, которые нужно прочесть любому образованному человеку, а не только профессионалу.

  1. Прежде всего, это книга киевского филолога и историка древности Алексея Толочко «Очерки начальной Руси» — полная ревизия бытующих в обществе стереотипных взглядов о Киевской Руси. Разумеется, никакого государства на Руси до XII века не было: это выдумки историков XIX века. Автор разобрал летописи,  данные лингвистики и археологии и увидел, что они вступают в столкновение друг с другом. Очень глубокий, фундаментальный труд.
  2. Вторая книга — не новая, но в прошлом году вышел ее русский перевод, — это «Кривое горе» Александра Эткинда. Я внимательно слежу за этим автором, он большой мастер чрезвычайно неожиданно ставить проблемы и очень интересно и основательно их разрабатывать. Книга посвящена вопросам исторической памяти в России — прежде всего, о травматических страницах и опытах истории. Она устроена как серия очерков — скажем, о том, как люди вспоминают своих репрессированных родственников и сталкиваются с невозможностью говорить об этом. Александр Эткинд прекрасно показывает, как этот неотрефлексированный, непереработанный травматический опыт искажает современное мировосприятие российского гражданина.
  3. Замечательную книгу издал «Мемориал» — «Знак не сотрется. Судьбы остарбайтеров в письмах, воспоминаниях и устных рассказах». Это хороший образчик профессионально подготовленной к печати устной истории: задокументированные воспоминания людей, которые в годы Второй мировой войны были угнаны на работы в Германию и Австрию, об их жизни там, о том, как их освобождали и как потом репрессировали. В советское время они были опороченной группой, почти как пленные, потому что видели вблизи западный образ жизни и им уже нельзя было внушить, что империализм разоряет работников. Они видели, что даже в военных условиях жизнь работников на Западе лучше, чем в советской России в мирное время. Опыт «остов» — один из важнейших гражданских опытов войны, нетривиальное дополнение и к советской, и к нынешней картине Второй мировой.
  4. Еще одну книжку, достойную упоминания, хотя и совсем не популярную, написала историк Ольга Малинова. Она называется «Актуальное прошлое» и посвящена проб-лемам российской идентичности, актуализации разных элементов прошлого со стороны власти. Малинова проанализировала официозные тексты и пришла к выводу, что никакой стройной политики на этом поле не существует. Поскольку государственная идеология формально запрещена Конституцией, власть моделирует квазиидеологию из случайного набора символов и знаков — исторических событий, сюжетов, имен и названий. Замечательный пример — календарь официальных праздников. Он постоянно пополняется в зависимости от удельного веса, который имеет начальник того или иного ведомства, лоббирующий своего святого покровителя или какое-то историческое событие. Так в общегосударственный пантеон попадает, например, Иван Грозный. Выводы автора не голословны, как в публицистике, а доказаны при помощи строгого контент-анализа.

Фото: youtube.com


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.