Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Сюжеты

#История

По ком звонил колокол Герники

25.04.2017 | Соколов Борис | №14 (443) 24.04.17

80 лет назад, 26 апреля 1937 года, небольшой городок в Стране Басков был варварски разбомблен немецкой авиацией, воевавшей в Испании на стороне генерала Франко

Пабло Пикассо, «Герника», 1937 год

Испанский город Герника стал символом бессмысленной жестокости и страданий мирного населения во время войны, и способствовало этому знаменитое одноименное полотно Пабло Пикассо, созданное им в том же 1937 году. Бомбил Гернику немецкий легион «Кондор», воздушный налет повлек за собой многочисленные жертвы среди гражданского населения.

Никто не ожидал нападения с воздуха. Город не имел ни системы ПВО, ни бомбоубежищ. Герника стала предшественницей Варшавы, Белграда и Сталинграда, фактически уничтоженных немецкой бомбежкой с воздуха во время Второй мировой, а ответом были налеты союзной авиации на германские города.

Многие знают имя командира 12-й интербригады венгра Мате Залки, погибшего в Испании под псевдонимом генерал Лукач. А на стороне франкистов сражались более 120 русских белоэмигрантов, из которых 34 погибли

За два с небольшим часа на Гернику было сброшено 40 тонн бомб. Нельзя сказать, что в городе не было военных целей: здесь размещались два батальона республиканских войск, оружейная фабрика «Астра», а к востоку от города находился стратегически важный мост. Однако основная масса бомб обрушилась на жилые кварталы и исторический центр. Большинство жертв было не от осколков или взрывов, а от пожаров, вызванных зажигательными бомбами. Своей пожарной части в Гернике не было, а пожарные из Бильбао прибыли с большим опозданием. Первоначально сообщалось, что из примерно пятитысячного населения 1654 человека были убиты и 889 — ранены. В дальнейшем, однако, цифры существенно скорректировали в сторону уменьшения. Советские военные советники в своем отчете 1 мая 1937 года писали о 800 погибших. Франкисты утверждали, что в Гернике погибли всего 12 гражданских лиц, что было колоссальным преуменьшением числа жертв. Современные исследователи оценивают число погибших в Гернике в диапазоне от 150 до 300 человек. Но даже если к истине ближе меньшая цифра, для пятитысячного городка это колоссальные потери. Это примерно так же, как если бы при бомбардировке десятимиллионной Москвы погибли от 300 тыс. до 600 тыс. человек.


 

Командир 12-й интербригады генерал Лукач (Мате Залка), Испания, 1937 год

На стороне Франко воевало много офицеров белой армии. Генерал Шинкаренко (на фото справа) со своими боевыми товарищами, Испания, 1937 год

ПО ОБЕ СТОРОНЫ ВОЙНЫ

Трагедия Герники вызвала широчайший международный резонанс. «Герника» Пикассо стала олицетворением гражданской войны в Испании — самой масштабной по числу участников и жертв после гражданской войны в России и вплоть до начала Второй мировой. Испанская война завершилась ровно за пять месяцев до гитлеровского нападения на Польшу.

Гражданскую войну в России нередко сравнивают с гражданской войной в Испании. Сравнение выглядит уместным в том числе из-за того, что в испанской войне с обеих сторон сражались те, кому прежде довелось повоевать в послереволюционной России. На стороне испанских республиканцев сражались около 3 тыс. советских военных советников и специалистов, из них погибли 198 человек. Из 1 тыс. советских гражданских специалистов погибли 40. Не только практически все советские военные советники и специалисты, но и многие из добровольцев, привлеченных в интербригады Коминтерном из многих стран Европы и Америки, участвовали и в российской гражданской войне 1917–1922 годов. Многие знают имя командира 12-й интербригады венгра Мате Залки (настоящее имя Бела Франкль), погибшего в Испании под псевдонимом генерал Лукач. А на стороне франкистов сражались более 120 русских белоэмигрантов, из которых 34 погибли. Самыми известными из них были генерал-майоры Анатолий Фок и Николай Шинкаренко. Первый командовал в испанской армии подразделением из эмигрантов и погиб в бою в сентябре 1937 года. Второй был тяжело ранен, произведен в лейтенанты испанской армии и после войны получил испанское гражданство. Для них война в Испании была прямым продолжением российской гражданской войны.

Один из белоэмигрантов, сражавшийся за Франко, писал в самом начале войны: «Вдумайтесь в это понятие: «офицерская рота», в которой я нахожусь четырнадцатый день. Это то же самое, до странного то же самое, что было у нас в первые месяцы Добровольческой армии. Под знамена сейчас стеклись все, и стар, и млад. Рядом со мной в строю отставные штаб-офицеры, в то время как ротой командует капитан».

Интересно, что гораздо больше — свыше 500 белоэмигрантов — сражались на стороне республиканцев. В основном это были молодые эмигранты, непосредственно в российской гражданской войне не участвовавшие и находившиеся под сильным воздействием советской пропаганды. Самый известный из них — парижский поэт Алексей Эйснер, адъютант генерала Лукача. После возвращения в СССР в 1940 году ему на всякий случай дали 8 лет лагерей. Но в республиканской армии сражались также около 40 бывших белых офицеров.

Разрушенная бомбами Герника, апрель 1937 года

ВОЙНА И ТЕРРОР

Действительно, сходство между двумя гражданскими войнами бросалось в глаза. Республиканцы сражались под социалистическими и коммунистическими лозунгами, франкисты — под монархическими и фалангистскими. Первые называли себя красными, вторые — белыми. Как и большевики, республиканцы в начале войны контролировали 70% территории Испании — наиболее населенную и промышленно развитую часть страны, где находились значительные запасы вооружений. Как и в России, обе стороны широко практиковали террор.

Однако было и очень много различий. Начнем с того, что республиканский Народный фронт, пусть и с минимальным преимуществом, победил на вполне свободных и демократических выборах в феврале 1936 года. С другой стороны, на стороне испанских «белых» оказалась не только основная часть офицерского корпуса, но и почти вся армия. А вот флот, включая офицеров, сохранил верность республике, тогда как в России именно флотские офицеры были настроены наиболее антибольшевистски. Испанская армия в тот момент не вела войны и не подверглась разложению. Во многом испанская гражданская война — это вариант того, каким мог быть исход революции в России, не случись она в разгар Первой мировой войны. Иностранная военная интервенция в Испании тоже была, но с обеих сторон. Франко поддержали тоталитарные государства — Германия, Италия и Португалия, рассчитывая, что Франко, опираясь на фалангу, станет еще одним тоталитарным диктатором. Республиканцев поддержали СССР, Мексика, а на первом этапе и Франция. Позднее французы ограничили помощь республиканцам, опасаясь усиления советского влияния. Германия направила в Испанию авиационный легион «Кондор», а Италия — 80-тысячный экспедиционный корпус. В российской гражданской войне Антанта прекратила интервенцию в конце 1919 года, убедившись в поражении белых. В испанской же войне интервенцию в итоге прекратил Сталин, отозвав осенью 1938 года советников, специалистов и бойцов интербригад. Если в российской гражданской войне страны Антанты практически не использовали свои войска против большевиков из-за очевидного нежелания солдат воевать, то германские летчики, итальянские и португальские пехотинцы принимали в испанской войне самое активное участие.

Правительство Народного фронта было коалиционным, его раздирали межпартийные противоречия. Коммунисты применяли красный террор не только к сторонникам Франко, но и к своим союзникам по Народному фронту — анархистам и членам Рабочей партии марксистского единства (POUM, Partido Obrero de UnificaciÓn Marxista), объединявших неугодных Сталину сторонников Троцкого. Отсутствием единства в своих рядах республиканцы разительно напоминали Уфимскую директорию 1918 года, разогнанную Колчаком. И харизматических лидеров уровня Ленина и Троцкого в рядах защитников Испанской республики так и не появилось. У противников же республики все было подчинено единой воле генералиссимуса Франсиско Франко, популярного и в армии, и среди части населения. И у Франко была довольно основательная социальная база. Кроме армии, его поддерживала католическая церковь, крупная буржуазия, финансировавшая его, значительная часть крестьянства. За республиканцев же выступали рабочие и большинство жителей городов, беднейшие крестьяне и батраки.

Интересно, что франкисты во время войны частично осуществили аграрную реформу. Так, генерал Кейпо де Льяно, командующий войсками в Андалусии, заставил помещиков бесплатно передать крестьянам часть земель, а на конфискованных участках сторонников республики строил общественное жилье, аренду за которое не брал до конца войны. Республиканцы же после того, как весной 1937 года начались репрессии против троцкистов и анархо-синдикалистов, фактически остановили аграрную реформу.

Всего в ходе войны в Испании погибли около 450 тыс. человек, из которых около 90 тыс. стали жертвами красного и белого террора

Всего в ходе войны в Испании погибли около 450 тыс. человек, из которых около 90 тыс. стали жертвами красного и белого террора. При этом потери республиканской армии были примерно вдвое больше потерь франкистов и их союзников. От 450 тыс. до 600 тыс. сторонников республики вынуждены были покинуть страну. Кроме Герники еще 172 города были почти полностью разрушены.

ДИСЦИПЛИНА НА НАСИЛИИ

Можно сказать, что испанские республиканцы проиграли не потому, что были слабее российских большевиков, а потому, что их противники оказались значительно сильнее российских белых. Будущий советский маршал Родион Малиновский, обобщая свой испанский опыт, отдал должное франкистам: «Франко всеми средствами поддерживает жесточайшую дисциплину в своей армии. Проявление трусости как для офицера, так и для солдата, карается на месте смертью. Обороняемый рубеж никто не имеет права покинуть без приказа — отход дрогнувших тут же карается расстрелом. Такая дисциплина держится на величайшем насилии, терроризирующем все инакомыслящее, но также ведется большая демагогическая работа, в том числе в прессе. Примечательно, что офицеры испанской фаланги живут и едят вместе с солдатами, получают чуть ли не одинаковое с ними жалование; нередко служат им примером самоотверженности и мужества. Все офицерство чувствует на себе железную дисциплину — никому никогда не удастся уйти от ответственности и наказания за преступление в бою». В республиканской же армии, как подчеркивал Малиновский, безнаказанность офицеров даже за трусость в бою была обычным делом.

Вероятно, если бы российские белые армии были такими, как у Франко, исход гражданской войны в России мог быть иным. Большевиков тогда могла победить только жесткая диктатура, умевшая привлечь на свою сторону массы. Но у русских белых не было для этого ни подходящих солдат, ни подходящих вождей. И ценой победы белых в России могла бы стать диктатура типа франкистской, которая и установилась в Испании почти на 40 лет.

фото: ALBUM ONLINE/EAST NEWS, AP/New Times


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.