Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Темы

#Главное

#Интервью

#Интервью

«Армия все делает правильно»

10.10.2016 | Москвина Евдокия, Париж | №33 (421) 10.10.16

Солдат-сапер правительственной армии держит в руках обезвреженные самодельные бомбы. Бои идут уже в пригородах Восточного Алеппо, пока удерживаемых повстанцами, 6 октября 2016 года. Фото: George Ourfalian/AFP/East News

Кто платит за войну

Говорить о едином Алеппо не приходится — есть Восточный Алеппо и есть Западный. Почему бомбят восточную часть?

Аделин Шенон Рамлат, журналистка телеканала France 3, специализируется на ближневосточной тематике, была замужем за сирийцем, в течение 10 лет жила вместе с его семьей бедуинов в пустыне, недалеко от города Ракка: В Восточном Алеппо сейчас живет примерно 250 тыс. человек. В Западном — полтора миллиона. Две части города примерно одинаковы по размеру. Но так сложилось исторически, что Восточный Алеппо был огромной промзоной, туда в основном ездили на работу, людей там живет намного меньше.

Кстати, до войны это был очень красивый, спокойный и счастливый город. Много богатых, много бедных, настоящий микс из разных религий…

Бутрос Мерджане, независимый депутат сирийского парламента от Алеппо, избран жителями города путем открытого голосования, по вероисповеданию — христианин: Алеппо — экономическая столица Сирии. За исключением нефти 40% сирийского национального дохода до войны поступали именно из Алеппо. Здесь было занято 450 тыс. рабочих, которые потеряли работу в течение одного месяца. Все без исключения. Вооруженные боевики, нацелившись на Алеппо, целились прежде всего в сирийскую экономику.

Аделин Шенон Рамлат: Сейчас население Восточного Алеппо — это в основном семьи и родственники тех, кто связал себя так или иначе с сирийской оппозицией. Вплоть до самой радикальной. Я отнюдь не оправдываю сирийских и российских пилотов, которые бомбят сейчас все, включая больницы. Но я точно знаю, что у каждого жителя есть возможность уйти в Западный Алеппо — специально для пропуска беженцев контролирующая западную часть города сирийская армия оборудовала несколько блокпостов.


 

Шанс на амнистию?

Тем не менее массового исхода из Восточного Алеппо не наблюдается. Почему?

Аделин Шенон Рамлат: Бойцы суннитских вооруженных формирований получают неплохую зарплату и в состоянии кормить свои семьи. Муж уходит утром на передовую, вечером возвращается домой, приносит хлеб. И покуда основной кормилец в семье жив, семья от него никуда не уедет.

Но самое страшное другое — у сложившейся ситуации, боюсь, нет бескровного решения. Даже если боевики-сунниты сложат оружие и перейдут в западную часть города, нет никакой гарантии, что там над ними не начнется самосуд, что их не растерзают те, кто симпатизирует правительственным силам и шиитскому ополчению, включая вдов погибших сирийских солдат. Ведь силы Башара Асада за 5 лет войны, напомню, потеряли свыше 100 тыс. человек. Поэтому боевики-сунниты не сдадутся никогда.

Бутрос Мерджане: Президент Асад издал указ о помиловании каждого, кто сложит оружие. У каждого есть шанс воспользоваться амнистией, и лучше бы этот шанс использовать. Алеппо снова должен стать единым.

«ДАЖЕ ЕСЛИ БОЕВИКИ-СУННИТЫ СЛОЖАТ ОРУЖИЕ И ПЕРЕЙДУТ В ЗАПАДНУЮ ЧАСТЬ ГОРОДА, НЕТ НИКАКОЙ ГАРАНТИИ, ЧТО ТАМ НАД НИМИ НЕ НАЧНЕТСЯ САМОСУД»

Спецпосланник Генсека ООН Де Мистура уже предложил 900 боевикам «Ан-Нусры»* организованно отступить в Идлиб, и даже вызвался лично сопровождать их…

Аделин Шенон Рамлат: Да, верно, Идлиб — неофициальная столица «Ан-Нусры»*, так же как Ракка — столица ДАИШ*. Сейчас в Идлибе любой сирицец-христианин превратился в вещь, в предмет купли-продажи похуже животного. И не только христианин, любой мусульманин, не желающий убивать «неверного», сам объявляется «неверным». При этом, когда «Ан-Нусра»* вошла в Алеппо, первое, что они сделали, — взорвали мечеть X века.

Выдавить любой ценой

Но почему бы Башару Асаду не оставить до поры в покое Восточный Алеппо, если под его контролем Западный? Зачем так яростно его бомбить?

Аделин Шенон Рамлат: Алеппо — это легкие Сирии. Чисто символически для Асада он так же важен, как и Дамаск. «Оставить в покое» половину Алеппо — равносильно тому, чтобы отдать повстанцам половину страны. Сохранить Алеппо за собой — значит лишить повстанцев цели. Задача войск Асада и России — любой ценой выдавить повстанцев из города.

Бутрос Мерджане: Сейчас, слава богу, армия освободила стратегически важное шоссе Кастелло, связывающее Алеппо и Дамаск. Любой житель Алеппо может выехать из города в любом направлении.

Как относится население Сирии к авиаударам по Алеппо?

Аделин Шенон Рамлат: Знаете, я интервьюировала десятки, сотни людей в Дамаске, Хаме, Латакии… Подавляющее большинство говорили мне, что армия все делает правильно, иначе повстанцы возьмут Алеппо, как когда-то Пальмиру и Идлиб, и всех несогласных с ними перережут. «Мы не хотим этого», — говорили мне люди. Вот когда слышишь от граждан этой страны, что «армия все делает правильно», задаешься вопросом: «А кто я такая, чтобы судить о том, что происходит в Сирии?» Возможно, в этом и состоит суть моих разногласий со многими моими коллегами в европейских и американских медиа.

* ДАИШ (ИГИЛ, ИГ), «Джебхат Ан-Нусра» — организации, запрещенные в России как террористические.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.