Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Темы

#Главное

#Противостояние

Корейская головоломка

24.04.2017 | Александр Гольц, военный обозреватель The New Times | №14 (443) 24.04.17

Не всякий лидер может быть уверен, что список праздников его государства лежит на письменных столах руководителей великих держав. А вот северокорейский правитель Ким Чен Ын — может. Сегодня именно этот северокорейский список лучше сверхсекретных разведсводок указывает на дни, когда может начаться ядерная война. В традиции режима КНДР проводить ядерные и ракетные испытания по торжественным датам. Очередное, шестое по счету с 2006 года, подземное испытание ядерного устройства было приурочено к 15 апреля — дню рождения Ким Ир Сена, основателя диктаторской династии. Однако США пообещали предотвратить испытание любыми средствами, включая военные. К берегам Корейского полуострова отправилась группировка ВМС во главе с авианосцем «Карл Винсон» — в дополнение к находящейся там постоянно группировке с авианосцем «Рональд Рейган». Кроме того, по некоторым данным, уже отдан приказ передислоцировать туда же и военно-морское соединение с авианосцем «Нимиц». В ответ представители КНДР пообещали нанести упреждающий удар по объектам в Южной Корее.

15 апреля апокалипсиса не случилось. Испытание-то Пхеньян провел — правда, не ядерное, а баллистической ракеты, но — неудачное. А на торжественном вечере по случаю дня рождения Ким Ир Сена гостям был продемонстрирован видеоклип об уничтожении американских городов северокорейскими ракетами. Дальше «Третий Ким»* пока не пошел. Но и развязка еще не наступила. Не случайно Роберт Литвак, эксперт американского Центра Вудро Вильсона, назвал происходящее «медленным Карибским кризисом». У северокорейского диктатора оставалась в запасе еще одна дата — 25 апреля, день Корейской народной армии…

СРЕДСТВО ШАНТАЖА

Северокорейский ядерный центр в Йонбене был открыт еще в 1964 году с помощью советских специалистов. В 2003 году КНДР вышла из Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), публично заявив о намерении сосредоточиться исключительно на мирном атоме. Многие эксперты тогда призвали не слишком драматизировать это решение: дескать, Пхеньян в 1993 году уже выходил из ДНЯО, но не прошло и года, как вернулся в договор, вновь подчинив себя контролю и проверкам со стороны МАГАТЭ. Однако уход 14-летней давности оказался безвозвратным. Более того, 10 февраля 2005 года, через два года после начала шестисторонних переговоров по северокорейской ядерной программе**, КНДР открыто заявила о создании стране ядерного оружия. Точное количество ядерных боезарядов Пхеньян хранит в тайне, зарубежные эксперты говорят о двух десятках. Так или иначе ядерная программа стала для правителей Северной Кореи, чья экономика лежит в руинах, а население голодает, идеальным средством самосохранения и одновременно шантажа окружающего мира: или вы нас кормите, или мы за себя не отвечаем.

Политика «стратегического терпения» совершенно не мешала КНДР время от времени испытывать ядерные боеприпасы и совершать пуски ракет — в нарушение сразу нескольких строгих резолюций Совбеза ООН

Мировое сообщество было на удивление единодушно в стремлении «денуклеаризировать» КНДР. И столь же беспомощно. Переговоры с Пхеньяном тянулись бесконечно. При этом Москва и Пекин твердили как мантру: никакого силового решения у проблемы нет и быть не может. Вашингтон же — и при Буше-младшем, и при Обаме — придерживался концепции медленного удушения режима в результате жестких санкций Совбеза ООН, включая запрет на импорт-экспорт вооружений и заморозку активов. В апреле 2016-го к санкциям подключился и прежний покровитель КНДР — Китай, введя эмбарго на импорт северокорейского угля. Логика у всех такая: давайте наберемся терпения — деспотия рухнет сама собой от внутренних противоречий. Однако политика «стратегического терпения» совершенно не мешала КНДР время от времени испытывать ядерные боеприпасы и совершать пуски ракет — в нарушение сразу нескольких строгих резолюций СБ ООН. Более того, в последние годы ракетно-ядерная программа КНДР развивалась столь стремительно, что эксперты стали обсуждать, как быстро у Кима окажется то, чего ему недостает, — средства доставки ядерного оружия. Пессимисты говорят о 3–5 годах, оптимисты — о 10–15. Сейчас Пхеньян уже запускает ракеты дальностью до 2,5 тыс. км. Еще немного, напоминают пессимисты, и можно будет говорить о наличии у северокорейского режима полноценных межконтинентальных баллистических ракет (МБР), способных достигать берегов США.


 

Источник: данные СМИ, 2017 год

УСТАРЕВШИЕ СХЕМЫ

С начала 1960-х стратегическая стабильность в мире обеспечивалась взаимным ядерным сдерживанием СССР и США, которое в свою очередь базировалось на гарантиях взаимного уничтожения. Каждая из сторон обладала способностью причинить другой «неприемлемый ущерб». Такой ущерб Роберт Макнамара, который до того как стать министром обороны США разрабатывал теорию ядерного сдерживания, определял как уничтожение 1/4 населения и от 1/2 до 2/3 промышленного потенциала. Жизнь довольно быстро доказала умозрительность этих расчетов. Впоследствии сам Макнамара признавал, что уже в момент Карибского кризиса отказался от собственных теорий, согласно которым США должны были бы нанести разоружающий удар по СССР. Однако сдерживание-таки работало: стороны держались в рамках и не пытались разрешить противоречия с помощью глобальной войны. Все-таки и западные демократии, и коммунистические диктатуры считали высшей ценностью существование собственных стран.

Ситуация вокруг ракетно-ядерной программы КНДР говорит о том, что старые подходы к обеспечению безопасности изжили себя. Как Ким Чен Ын относится к перспективе полного уничтожения подведомственного народа, явлется ли она для него сдерживающим фактором — совершенно неясно. Вполне возможно, что для него как вождя не показать слабину и не уступить «американскому империализму» — важнее, чем избежать ядерной войны. И тут выяснилось самое неприятное для великих держав: то, что их армии многократно превосходят войско Ким Чен Ына, не имеет столь уж существенного значения. Готовность вероятного противника сжечь собственную страну в ядерном пламени перевешивает всю их военную мощь. До того, как в Белый дом пришел Дональд Трамп, все соглашались: «Кима Третьего» лучше не трогать. Но 45-й президент США, решив проверить, всерьез ли лидер КНДР готов устроить ядерную войну, перевернул ситуацию.

Корейский полуостров — уже, быть может, самое милитаризированное место на планете. На территории площадью примерно 2/3 Польши противостоят друг другу более 1,8 млн военнослужащих, вооруженных тысячами танков и артиллерийских систем. Жесткие заявления США подняли ставки в военном противостоянии на невиданный за последние 30 лет уровень. Если иметь в виду численность и вооружение Корейской народной армии (КНА), то не столь уж сложно спрогнозировать, какие силы и средства понадобятся США для того, чтобы разгромить воинство Ким Чен Ына: это как минимум четыре авианосные группировки и стратегические бомбардировщики, способные обеспечить удар приблизительно двумя тысячами крылатых ракет. В результате американцам, скорее всего, удастся уничтожить хранилища ядерных боеприпасов, равно как и стартовые позиции около 1 тыс. ракет различной дальности. Однако предотвратить при этом удар по многомиллионному Сеулу, находящемуся всего в 40 км от линии разделения двух Корей — так называемой «38-й параллели», — практически невозможно. Потому что в этом случае Киму не понадобятся ни ракеты, ни атомные бомбы: Сеул находится в пределах досягаемости 20 тыс. северокорейских артиллерийских орудий. Кстати, именно это обстоятельство остановило в начале 1990-х Билла Клинтона, который хотел наказать КНДР за выход из ДНЯО. «Никто не знает, какой объем ущерба будет неприемлемым для КНДР. Зато все знают, что она вполне может причинить неприемлемый ущерб Южной Корее, а это значит, что у США связаны руки», — констатирует Майкл Кофман, военный эксперт, работающий в вашингтонском Институте Кеннана и Центре военно-морской аналитики.

На иллюзорность попыток принудить Пхеньян к ядерному разоружению указывает и профессор Института исследований проблем мира в Осло Павел Баев: «Идея сдерживания Пхеньяна на первый взгляд привлекает своей минимальностью: ведь никто не ставит задачу сменить этот запредельно тоталитарный режим. Но, увы, на поверку эта «минимальность» оказывается мнимой. Как показал запуск — пусть и неудачный — баллистической ракеты, добиться такого ограничения невозможно ни с помощью американских авианосцев, ни китайскими экономическими санкциями».

НАДЕЖДА НА КИТАЙ?

Впрочем, некоторые элементы классического сдерживания все-таки не изжили себя и в ситуации вокруг Северной Кореи могут оказаться эффективными. «Допустим, Ким Чен Ына бесполезно запугивать неминуемым ответным ударом, тем более что мы не знаем, какой ущерб для него неприемлем. Но если Ким четко поймет, что ему просто не дадут применить свое оружие, превентивно уничтожив его ядерные боеприпасы и ракеты на стартовых позициях, он может остепениться. И это называется «сдерживание запрещением», — поясняет Майкл Кофман.

«Никто не знает, какой объем ущерба будет неприемлемым для КНДР. Зато все знают, что она вполне может причинить неприемлемый ущерб Южной Корее. Это значит, что у США связаны руки»

Впрочем, как полагает эксперт, сегодня американцы давят не только на Пхеньян, но и через него — на Пекин, пытаясь склонить китайцев к дополнительным экономическим санкциям против КНДР. «Трамп использует угрозу применения силы, чтобы заставить Китай наказать Северную Корею», — поясняет Кофман. Если такая тактика окажется удачной, то «Трампа можно будет поздравить с разумным применением принципов сдерживания». Российский эксперт, ведущий научный сотрудник Института Дальнего Востока Василий Кашин с Кофманом согласен лишь отчасти: «Американцы пытаются добиться от Китая согласия на фактическую блокаду КНДР — с прекращением поставок нефти, морской блокадой, прекращением воздушного сообщения, запретом на экспорт северокорейской рабочей силы». Однако такое давление на Пекин, тут же оговаривается Кашин, «если и принесет плоды, то не сразу».

А ситуация между тем развивается стремительно. Вторая авианосная группировка США будет у берегов Северной Кореи уже на этой неделе. Ставки столь высоки, что выйти из конфликтной ситуации без потерь вряд ли получится. Один из двух — либо Трамп, либо Ким Чен Ын — не сможет выполнить своих угроз и неизбежно потеряет лицо. Альтернатива — серьезный военный конфликт, вплоть до ядерного. Может быть, и правда, следовало прислушаться к циникам, которые предлагали просто кормить «Кима Третьего»…

* Ким Чен Ын — третий представитель правящей династим КНДР. Он — сын Ким Чен Ира и внук Ким Ир Сена.

** В шестисторонних переговорах под эгидой ООН приняли участие, помимо КНДР, Россия, США, Китай, Япония, Южная Корея. Всего с 2003 по 2009 год прошло семь раундов переговоров. В 2009 году КНДР объявила о выходе из переговоров.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.