Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Темы

#Америка

#Трамп

Спецпрокурор для президента

22.05.2017 | Владимир Абаринов — специально для The New Times, Вашингтон | №16-17 (445) 21.05.17

Дональд Трамп занимает пост президента уже четыре месяца, но в мире по поводу его политики до сих пор царит недоумение. Никто толком не знает, чего ждать от нового лидера ведущей мировой державы. Если верить мартовскому опросу, который американский исследовательский центр Pew Research провел среди 585 политологов Европы и Америки, президентство Трампа почти никому из них не внушает оптимизма. Лишь 3% респондентов считают, что в ближайший год политическое взаимодействие между США и Европой улучшится. Только 6% ожидают того же в сфере экономики и 9% — в области безопасности. По степени личной непопулярности в среде западных политологов Дональд Трамп превзошел даже Владимира Путина: если президенту России не доверяет 61% опрошенных, то руководителю США — 87%. Самыми существенными недостатками Трампа респонденты назвали высокомерие и нетерпимость.

Главный вопрос, который волнует Америку: координировал ли Трамп свои действия в ходе предвыборной гонки с Москвой? Ведь одно дело, когда в избирательный процесс вмешивается иностранное государство, и совсем другое, если имел место сговор одного из кандидатов с этим государством

Прорыв в решении острых международных проблем Дональду Трампу сейчас был бы очень кстати: в истории США не раз случалось, когда провалы внутренней политики компенсировались успехами на мировой арене.

Изображая жертву

Программа поездки президента США составлена толково. Помимо участия в саммитах НАТО и «Большой семерки» Трамп посетит Эр-Рияд, Иерусалим и Ватикан — центры трех крупнейших мировых религий. В программе визита в столицу Саудовской Аравии — речь перед полусотней лидеров мусульманских стран, исключая Иран и Сирию, зато включая президента Судана Омара Башира, ордер на арест которого выдан Международным уголовным судом. В Израиле — встреча не только с президентом Реувеном Ривлином и премьер-министром Биньямином Нетаньяху, но и с руководителем Палестинской автономии Махмудом Аббасом, которого Трамп недавно принимал в Белом доме. Наконец, католики всего мира все последние месяцы ждали, что президент США и Папа Римский Франциск на первой своей личной встрече снимут напряженность в отношениях, которые американский лидер сумел испортить еще во время предвыборной кампании*. В преддверии встречи с Трампом Папа заверил, что постарается найти общий язык с лидером Соединенных Штатов и отнюдь не собирается обращать его в свою веру.


 

Одним словом, поездка в Европу и на Ближний Восток могла бы принести президенту Трампу значительную пользу, если бы не два обстоятельства. Во-первых, он очень любит внешние эффекты и любую встречу на высшем уровне воспринимает как пиар-акцию. На переговорах — полагается на вдохновение и собственную харизму, которую считает неотразимой. Трамп убежден, что сумеет поладить с любым собеседником, покорив его силой своего обаяния, и часто принимает за успех проявления ответной протокольной вежливости.

Экс-директор ФБР Роберт Мюллер (снимок слева), назначенный спецпрокурором по делу о предполагаемом вмешательстве РФ в выборы в США, заслужил авторитет благодаря своей независимости. И президенту Трампу это хорошо известно,  Вашингтон, май 2017 года

Во-вторых, и это главное, американцев сегодня волнуют совсем другие события, и переключить их внимание на международные дела не удастся: внутриполитический кризис догонит Трампа везде, где есть журналисты. Президент яростно огрызается в ответ на раздражающие его вопросы, но увязает все глубже. Он чувствует себя жертвой, жалуясь, что прежде «ни с каким политиком не обращались хуже и несправедливее» и что он стал мишенью «величайшей в американской истории охоты на ведьм». При своем гипертрофированном самомнении Трамп все в своей жизни склонен считать «величайшим», но история, из которой он лихорадочно пытается выпутаться, и впрямь не мелкая.

Во время президентской кампании кандидат республиканцев с таким азартом и смаком цитировал на митингах сторонников утечки с почтовых серверов демократов, что теперь просто нелепо утверждать, будто «русские хакеры» не помогали ему выиграть выборы. Главный вопрос, который сегодня волнует Америку: координировал ли Трамп свои действия в ходе предвыборной гонки с Москвой? Ведь одно дело, когда в избирательный процесс вмешивается иностранное государство, и совсем другое, если имел место сговор одного из кандидатов с этим государством.

В том, что люди из окружения Трампа поддерживали регулярные контакты с представителями России, сомнений уже нет. Сейчас его соратники делают вид, что не видят в этих контактах ничего предосудительного. То же самое твердит Москва. Но зачем было скрывать эти контакты, а когда отрицать факты стало невозможно, зачем было лгать о содержании этих разговоров? Именно на этом попался отставной генерал Флинн.

 

Сомнительные персонажи

29 декабря 2016 года Майкл Флинн, тогда еще не занимавший никаких государственных постов, несколько раз разговаривал по телефону с послом России в США Сергеем Кисляком. Как раз в этот день президент Барак Обама ужесточил санкции против России и распорядился выдворить из Штатов 35 российских дипломатов.

Когда факт разговора Флинна и Кисляка попал в прессу, экс-генерал уже был назначен советником нового президента по национальной безопасности. Сначала он делал вид, что просто запамятовал факт разговора с российским послом, затем заявил, что поздравлял Кисляка с Рождеством и выражал соболезнования в связи с катастрофой российского самолета, разбившегося при вылете из Сочи в Сирию. Ни о санкциях, ни о выдворении дипломатов, по словам Флинна, речи не было. Советник по нацбезопасности не учел, что телефоны посла прослушивает ФБР. Расшифровка разговора, где Флинн говорит и о санкциях, и о реакции Москвы на выдворение сотрудников дипведомства, легла на стол директора ФБР и еще нескольких высокопоставленных силовиков. О том, что Флинн лжет, Трампу доложили на пятый день после его инаугурации, но Белый дом еще долго пытался отрицать этот факт или умалять его значение.

О других контактах членов команды Трампа с представителями России пока известно только то, что они были. Известно и то, что в окружение 45-го президента входили деятели с мутной репутацией и давними связями с РФ — такие, например, как Картер Пейдж, которого кандидат Трамп называл в числе трех своих советников по внешней политике. В разгар предвыборной кампании Пейдж ездил в Москву, 7 июля прошлого года выступил в Российской экономической школе (РЭШ) с критикой «лицемерной» политики президента Обамы и будто бы контактировал с руководителем «Роснефти» Игорем Сечиным и другими влиятельными российскими политиками. 18 июля в кулуарах национального съезда Республиканской партии США в Кливленде он встретился с Сергеем Кисляком. А 22 июля сайт WikiLeaks произвел первый массированный слив документов, похищенных хакерами с сервера национального комитета Демпартии.

Еще один сомнительный персонаж, подвизавшийся в штабе Трампа, — Роджер Стоун. В начале марта 2016 года он встречался с людьми, скрывающимися за ником Guccifer 2.0 (этот блог наряду с WikiLeaks использовался для публикации утечек). 2 октября в Twitter Стоуна появилась запись: «С Хиллари Клинтон покончено». 7 октября WikiLeaks начал выкладывать взломанную переписку Джона Подесты, руководителя избирательного штаба Клинтон.

Таких совпадений слишком много, чтобы считать их случайностью.

Закон выше президента

Трамп и его соратники надеялись, что после выборов «русский вопрос» рассосется, ведь победителей не судят, но у американской прессы оказалось слишком много информаторов, и не только в спецслужбах, но и в аппарате Белого дома. Утечки хлынули, как из решета. Это действительно что-то небывалое. Если у расследователей Уотергейта Боба Вудворда и Карла Бернстина была одна Глубокая Глотка** — замдиректора ФБР Марк Фелт, то сегодня таких осведомителей, вероятно, не меньше дюжины.

Трамп злился, угрожал информаторам тюрьмой, объявлял фальшивками все сообщения на тему связей его команды с Россией, а публиковавшие их газеты и телекомпании — «врагами американского народа». Тем временем на президента, который никак не может осознать тот факт, что правоохранительная система США служит не президенту, а закону, надвигалась беда похуже: ФБР существенно продвинулось в расследовании «русского дела». Уговорить директора бюро Джеймса Коми притормозить не получалось. Дональд Трамп назначил генпрокурором своего союзника Джеффа Сешнса, но оказалось, что тот тоже встречался с Кисляком и тоже скрыл этот факт от Сената при утверждении на пост главы министерства юстиции. Сешнсу пришлось взять самоотвод от участия в расследовании, и он уже ничего не мог приказать своему подчиненному Коми. Президенту оставалось уволить Коми. Но это только осложнило положение.

Что дальше? Бывший директор ФБР вот-вот даст показания комитетам обеих палат Конгресса. Накануне этих слушаний в прессу просочилась информация, что Коми после каждой встречи с Трампом записывал содержание их бесед, в том числе той, в ходе которой президент просил главу ФБР закрыть дело против Майкла Флинна: «Он хороший парень. Я надеюсь, вы найдете способ оставить его в покое». Белый дом категорически отрицает факт такого разговора. Теперь, если Коми под присягой подтвердит, что он все же имел место, показания придется давать и Трампу — тоже под присягой. А ложь в этом случае, как показал пример Билла Клинтона, — прямая дорога к импичменту.

Важно и то, что слушаниями в Конгрессе дело не ограничится. 18 мая первый заместитель министра юстиции США Род Розенстайн после долгих колебаний принял решение поручить расследование дела о роли Москвы в американских выборах специальному прокурору. Это тяжелый удар для Трампа. Спецпрокурор — юридически независимое лицо со своим бюджетом, своим штатом следователей и самыми широкими полномочиями. На этот пост назначен Роберт Мюллер, директор ФБР при Буше-младшем и Обаме, заслуживший высокий авторитет именно благодаря своей независимости.

Импичмент: Что это такое и как это работает?

Импичмент — процедура привлечения к ответственности должностых лиц: президента США, а также чиновников более низкого уровня и судей*, — посредством выдвижения обвинения (импичмента в узком смысле) в Палате представителей, а затем обвинительного приговора квалифицированным большинством (2/3) Сената. Дополнительно к отрешению от должности Сенатом может быть назначено наказание в виде запрета занимать посты на федеральной службе (включая неоплачиваемые почетные должности). Первый случай импичмента в истории США произошел в 1797 году, когда в сговоре с британцами был обвинен Уильям Блаунт, сенатор из Теннесси. Первым президентом, в отношении которого была предпринята попытка импичмента, был Джон Тайлер, 10-й президент США (1841–1845).

За всю историю США процедуре импичмента были подвергнуты три президента:

Эндрю Джонсон (17-й президент США, 1865–1869) — в 1868 году, по делу о незаконной отставке военного министра.

Ричард Никсон (37-й президент США, 1969–1974) — в 1974 году, по делу об Уотергейте и препятствовании правосудию.

Билл Клинтон (42-й президент США, 1993–2001) — в 1998–1999 годах, по делу о лжесвидетельстве и препятствовании правосудию в связи с историей Моники Левински.

Джонсон и Клинтон были представлены к импичменту Палатой представителей, но оправданы потом Сенатом, где обвинение не набрало необходимые 2/3 голосов. Никсон, представленный к импичменту Палатой представителей, ушел в отставку, прежде чем вопрос был рассмотрен Сенатом (скорее всего, приговор был бы обвинительным***).

 

* В феврале 2016 года в ходе пастырского визита в Мексику глава Римско-католической церкви посетил город Сьюдад-Хуарес на американо-мексиканской границе. У креста в память о погибших при попытке попасть в США, который стоит в 73 метрах от границы, Папа совершил мессу, которая транслировалась на огромные экраны стадиона Эль-Пасо — города, расположенного на другом берегу реки Рио-Гранде в американском штате Техас. Дональд Трамп заявил по этому случаю, что Франциск — «очень политическая личность», что он не понимает проблем и угроз, исходящих от незащищенной границы, и что он вообще пешка в руках мексиканского правительства.

**Глубокая Глотка — псевдоним заместителя начальника ФБР Марка Фелта, выбранный для него как для информатора прессы по делу Уотергейта. Инкогнито осведомителя было раскрыто только в 2005 году.

*** Это единственное исключение из принципа несменяемости судей.

Фото:  James Berglie/zumapress.com/TASSRon Sachs/pool via cnp/afp/east news


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.