Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Темы

#Скандал

Системы дармового огня

13.06.2017 | Александр Гольц, военный обозреватель The New Times | №21 (447) 12.06.17

Фото: Qna.center

Отечественный военный экспорт — штука секретная. Власти считают себя вправе ограничиться обнародованием только двух цифр — суммарной стоимости всех заключенных контрактов и суммы заработанного за текущий год. Так, по официальным данным, в 2016-м было заработано $15 млрд, а портфель контрактов составил фантастические $45–50 млрд. Проверить ни то ни другое не возможно. При этом, по оценкам исследовательской службы Конгресса США, реальные объемы российского оборонного экспорта приблизительно на треть меньше, чем заявляет Москва.

Но отечественная система военно-технического сотрудничества с зарубежными странами (этим эвфемизмом еще с советских времен маскируют торговлю оружием) — не просто секретная, а еще и весьма таинственная сфера. В ней мистическим образом бесследно исчезают гигантские суммы денег, которые Россия, согласно победным реляциям, вроде как уже заработала. Государственная пропаганда регулярно сообщает об очереди из заграничных покупателей, которая тянется к подъезду «Рособоронэкспорта» на Гоголевском бульваре. С экранов телевизоров не сходят военные в экзотических мундирах, шейхи в бурнусах и падишахи в тюрбанах, восторженно осматривающие наши «сушки» и «миги». Из красочных буклетов можно узнать, что Россия осуществляет «военно-техническое сотрудничество» аж со 116 странами. Однако, странное дело, эти успехи никак не улучшают финансовое положение основных производителей экспортной техники, которые, по логике, должны были бы купаться в роскоши. Так, например, Объединенная авиастроительная корпорация (ОАК), на которую падает чуть ли не половина всех продаж вооружений, завершила 2015 год с убытком более чем в 9 млрд руб. Сам Путин несколько лет назад не выдержал и устроил разнос руководителям авиационной индустрии, упрекая их в том, что зарубежные контракты отрасли не приносят никаких прибылей. Объяснить, почему многомиллиардные контракты с зарубежными покупателями не приносят прибыли, и в самом деле довольно трудно.

Свет на то, откуда берутся убытки и почему американцы убеждены в том, что размеры российского военного экспорта существенно завышены, проливает скандал вокруг возможного дефолта Венесуэлы, оказавшейся в глубоком финансово-экономическом и политическом кризисе.

Объединенная авиастроительная корпорация (ОАК), на которую падает чуть ли не половина всех продаж вооружений, завершила 2015 год с убытком более чем в 9 млрд руб. Сам Путин несколько лет назад устроил разнос руководителям авиационной индустрии

Нефтяной залп

Все началось с заключения Счетной палаты на проект правительственных поправок в Федеральный бюджет 2017 года. Поправками предусматривается уменьшение объема возвратов в бюджет по государственным финансовым и экспортным кредитам на 53,9 млрд руб. (около $950 млн), «что связано с неисполнением Боливарианской Республикой Венесуэла условий межправительственного российско-венесуэльского протокола от 23/26 сентября 2016 года», сообщила Счетная палата.

Между тем, именно Венесуэла вот уже 16 лет является одним из самых крупных российских клиентов в сфере военного экспорта (госкредиты чаще всего выделяются как раз для оплаты продажи вооружений). Первый договор о военно-техническом сотрудничестве между Россией и Венесуэлой был подписан в 2001 году — именно тогда, когда благодаря резкому росту цен на нефть обе страны стали решительно «подниматься с колен». Тем более, что и их лидеры, чья харизма была рождена нефтяным бумом, — Владимир Путин и Уго Чавес — испытывали очевидную симпатию друг к другу. Желая продемонстрировать готовность противостоять американскому империализму, Чавес не скупился на военные заказы, общий объем которых составил за эти годы, по одним источникам, $5 млрд, а по другим — $11 млрд. (В отдельные годы он достигал $3 млрд). Каракас приобрел у России 24 истребителя Су-30МК2В, полсотни вертолетов (Ми-17В5, Ми-26Т2 и Ми-35М2), танки Т-72Б1, реактивные системы залпового огня «Смерч» и зенитные ракетные комплексы С-300В, ракетные комплексы береговой обороны «Бал-Э».

Дмитрий Медведев и Уго Чавес, 2008 год. Фото: Nnm.me

Покойный президент Чавес испытывал непрерывный восторг от лицезрения российского оружия. Так, при торжественной передаче одного из «Сухих» он заявил, что теперь свободолюбивой Венесуэле не страшны никакие американские авианосцы, так как дальность ракет у Су-30 больше, чем у F-16

Было получено также около 100 тыс. автоматов «Калашникова». Но этим Чавес решил не ограничиваться. Стрелковое оружие для ведения партизанской войны против потенциального агрессора было решено производить на месте, для чего построили завод мощностью 25 тыс. «калашей» в год — должно было хватить на всех партизан Южной Америки.

Сам полковник Чавес испытывал непрерывный восторг от лицезрения российского оружия. Так, при торжественной передаче одного из «Сухих» он заявил, что теперь свободолюбивой Венесуэле не страшны никакие американские авианосцы, так как дальность ракет Су-30 больше, чем у F-16.

Однако американскому империализму грозили недолго — цены на нефть упали, Чавес (в марте 2013 года) умер. И вот как раз тогда выяснилось, что даже в момент финансового благополучия Каракас не торопился расплачиваться с Москвой за вооружение. Миллиардные контракты осуществлялись за счет льготных кредитов, которые российское правительство предоставляло венесуэльскому. При этом реальные, «живые», деньги в обстановке строжайшей секретности напрямую перечислялись исполнителям, то есть перекладывались из одного кармана Российского государства в другой. И уже на этом этапе происходили многочисленные злоупотребления.

Миллиардные контракты осуществлялись за счет льготных кредитов, которые российское правительство предоставляло венесуэльскому. При этом реальные, «живые», деньги в обстановке строжайшей секретности напрямую перечислялись исполнителям, то есть перекладывались из одного кармана Российского государства в другой

Так, растворился в пространстве миллиард рублей, выделенный на строительство в Венесуэле оружейного завода. В России успели посадить на семь лет гендиректора компании-генподрядчика «Стройинвестинжиниринг СУ-848» Сергея Попельнюхова (он был арестован в июне 2015 года), который успел перевести вышеуказанный миллиард на счета своих фирм. Показательно, что Попельнюхова, экс-сенатора от Белгородской области, привлекли к ответственности за нанесение ущерба зарубежному государству — при том, что Каракас не заявлял о пропаже денег. Одним из главных аргументов защиты Попельнюхова было то, что венесуэльская сторона исправно подписывала акты о приеме-сдаче объектов и никаких претензий не предъявляла. Из чего можно сделать два вывода. Во-первых, что российский бизнесмен делился с венесуэльскими контрагентами. А во-вторых, никаких денег в Венесуэлу не поступало вовсе. Строительство оружейного завода в этой стране напрямую оплачивала Россия. Что же касается миллиардных контрактов в целом, нет сомнений, что их стоимость учитывалась в виде якобы заработанных «Рособоронэкспортом» денег. На самом же деле Москва вооружала режим Чавеса за свои кровные деньги. А если зреть в корень — за деньги российских налогоплательщиков.

Попельнюхова, экс-сенатора от Белгородской области, привлекли к ответственности за нанесение ущерба зарубежному государству — при том, что Каракас не заявлял о пропаже денег. А одним из главных аргументов защиты Попельнюхова было то, что венесуэльская сторона исправно подписывала акты о приеме-сдаче объектов и никаких претензий не предъявляла 

Справедливости ради отметим, что подобную схему используют иногда и США, поставляя оружие своим стратегическим союзникам. Однако, подобные сделки проходят гласное обсуждение в американском Конгрессе. Стоит ли овчинка выделки, разумно ли обеспечение американских интересов в том или ином регионе поддерживать военными поставками — решают законодатели. 

Экс-сенатор Сергей Попельнюхов получил тюремный срок за пропажу миллиарда рублей, выделенных на строительство оружейного завода в Венесуэле. Фото: скриншот с Youtube.com

Дутые доходы 

Что до России, то, похоже, она, как когда-то Советский Союз, готова вооружать любого проходимца или фрика, который заявит о своем антиамериканизме. Только что российскую столицу посетил филиппинский президент Родриго Дутерте, вдребезги разругавшийся с мировым сообществом, которoе обвиняет его во внесудебных расправах. И первое, что он сделал, — попросил оружия у Владимира Путина. При этом он явно не предполагал, что за это оружие придется платить. Да и зачем? За время путинского правления было списано долгов на $20 млрд за еще советские поставки вооружений. При этом, как следует из данных Банка России на 1 января 2017 года, иностранные государства и иностранные юрлица были должны российским органам государственного управления $35,6 млрд по ссудам и займам. Более чем вероятно, что среди этих кредитов есть и те, что выданы на закупку оружия.

Первое, что сделал во время визита в Москву президент Филиппин Родриго Дутерте, которого мировое сообщество обвиняет во внесудебных расправах, — попросил оружия у Владимира Путина

Что же касается реальных доходов от сделок с главными покупателями российского оружия, то и они сомнительны. К примеру, Индия занимает первое место по объемам контрактов. Согласно официальным данным — это больше $4 млрд в год. Однако перевод в американскую валюту — сугубо условная вещь. Индия расплачивается в рупиях, которые в доллары не конвертируются. Существуют сложнейшие системы проводки валюты, на каждом этапе этой схемы доход существенно уменьшается. Отдельного разговора заслуживает институт так называемых «посредников». Попросту говоря, это люди, через которых сотрудники «Рособоронэкспорта» передают взятки чиновникам в странах-покупателях. По словам знающих людей, суммы отката могут достигать 15–20%. Понятно, что и они вычитаются из общей суммы контракта.

За время путинского правления было списано долгов на $20 млрд за еще советские поставки вооружений

Китайский метод

Наконец, российский военный экспорт порой осуществляется вопреки интересам страны и оборонной промышленности. Речь, прежде всего, о контрактах с Китаем. Известна специфическая особенность бизнеса с Китаем — продавая ему что-то, нужно быть готовым к тому, что через некоторое время эта страна выйдет на мировой рынок с товаром, который будет очень похож на ухудшенный вариант недавно импортируемого китайцами продукта.

Россия успешно продавала в Поднебесную различные модификации истребителя Су-27. Но потом сам Китай стал продавать истребитель J-16, выглядящий как копия «Сухого». Не случайно переговоры о продаже Китаю новейших зенитных ракетных комплексов С-400 (контракт был заключен в 2015 году, первые поставки начались в марте 2017-го) и 24 многофункциональных истребителей Су-35 (контракт заключен в 2015 году, поставки начались в феврале) шли мучительно долго — Москва пыталась договориться о защите интеллектуальной собственности. Но в конце концов согласилась на сделку, которая в перспективе неминуемо принесет убытки.

Вывод напрашивается сам собой: атмосфера таинственности в военном экспорте нужна не столько для сохранения госсекретов, сколько для сокрытия бессмысленных трат и невыгодных контрактов. 


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.