Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Хроники

#Суд

Уроки истории в Верховном суде

02.09.2016 | Вшивцев Антон

Верховный суд оставил в силе приговор Владимиру Лузгину «за реабилитацию нацизма»

Адвокаты Лузгина Генри Резник и Ирина Фадеева 1 сентября в Верховном суде, Москва. Фото: Антон Вшивцев

1 сентября Верховный суд рассмотрел апелляцию по делу жителя Перми Владимира Лузгина, приговоренного в конце июня к штрафу в 200 тыс руб за «реабилитацию фашизма», и оставил в силе действующий приговор. Приведенные стороной защиты доказательства суд приобщать к делу отказался, не помогло и участие в процессе вице-президента Международного союза адвокатов Генри Резника.

Заседание, назначенное на 10 утра, началось с опозданием в несколько часов. За время ожидания  собравшиеся у кабинета журналисты и пришедшие поддержать сторону защиты адвокаты успели не по разу обсудить все изъяны пересматриваемого в тот день приговора и неточные формулировки в статье 354.1 УК, по которой был осужден Владимир Лузгин.

Дело на него было заведено в сентябре 2015 года. На своей странице в социальной сети «Вконтакте» житель Перми в декабре 2014 года сделал репост статьи «15 фактов о бандеровцах, или О чем молчит Кремль». В восьмом пункте статьи были предложения «коммунисты и Германия совместно напали на Польшу, развязав Вторую мировую войну 1 сентября 1939 года! То есть коммунизм и нацизм тесно сотрудничали…». 

Пермский краевой суд 30 июня постановил, что эти заведомо ложные утверждения, распространяемые Лузгиным, противоречат фактам, установленным Нюрнбергским трибуналом, и приговорил его к штрафу в 200 тыс руб.

Закон «О реабилитации нацизма» (ст. 354.1 УК), внесённый Ириной Яровой через месяц после опроса телеканала «Дождь» о блокаде, был подписан президентом 5 мая 2014 года – накануне Дня Победы. По этой статье за публичное отрицание или одобрение фактов, установленных приговором Нюрнбергского трибунала, можно получить до трёх лет лишения свободы. Многие правозащитники предупреждали, что закон не имеет практического смысла и фактически направлен на запрет исторической дискуссии и ограничение свободы слова. Норма также преследует «распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны», не обозначая, что именно считать ложным. Из-за этой неточности Лузгина и обвинили.

В начале августа его адвокат Ирина Фадеева подала жалобу в Верховный суд, а позже стало известно, что поддерживать защиту будет  Генри Резник.

«Приговор моему подзащитному был составлен крайне некорректно. В нём всего три свидетельства: бывшей жены, отца, сказавшего, что Лузгин не окончил политех, развелся с женой и в последнее время начал критиковать политику России на Украине, а также декана местного исторического факультета Александра Вертинского. Последний, не зная Лузгина лично, утверждает, что он заведомо распространял ложные знания о роли СССР во Второй мировой войне», - возмутилась вынесенным Пермским судом приговором в разговоре с NT адвокат Ирина Фадеева.

«Вертинский, специализирующийся на истории религий также добавил, что информация в статье не соответствует принятой «на международном уровне», не пояснив, какую именно международную инстанцию имеет в виду», - пожаловалась Фадеева на приведенные доказательства виновности. «И это еще не всё. Почти две трети экспертизы посвящены обсуждению личности Степана Бандеры, что не относится к предъявленному обвинению. А в списке литературы, использованном авторами лингвистической и исторической экспертизы, отсутствует ссылка на Нюрнбергский приговор, с текстом которого закон и требует сравнивать все расхождения».

В ходе следствия Лузгина не раз спрашивали о фактах Второй мировой войны, а к приговору был приобщен аттестат Лузгина. Окончивший школу в 1995 году с «четверкой» по истории пермяк в ходе следствия и на суде не раз повторял, что основные знания об этом периоде получил в школе и что, совершая репост, счёл статью правдоподобной. Однако Верховный суд отказался приобщить к делу выдержки из учебников 1990-х годов, по которым предположительно мог учиться Лузгин. Фадеева выбрала отрывки, посвященные периоду Второй мировой войны до 22 июня 1941 года. В одном из них, например, говорилось, что «СССР и Германия в соответствии с секретным протоколом о дружбе и границе осуществляют присоединение и захват территорий ранее независимых государств».

«В Нюрнбергском трибунале обсуждались преступления немецких фашистов, поэтому искать там факты о действиях Советского Союза бесполезно. Формулировка «распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны» является крайне расплывчатой, ведь, в отличие от приговора Международного военного трибунала, здесь не указан какой-то единый стандарт, с которым необходимо это сверять», - аргументирует Фадеева.

Адвокаты Лузгина Генри Резник и Ирина Фадеева 1 сентября в Верховном суде, Москва. Фото: Антон Вшивцев

«Это одиозное дело вовсе не сложное, оно простое, как обструганное спичка, оно искусственно создано на ровном месте. Это второй в моей 30-летней практике кассатора случай, когда я не написал собственной жалобы. Ириной Фадеевой была написана очень качественная апелляция, и после нее необходим оправдательный приговор», - начал свою защитительную речь Генри Резник.

Адвокат заново проанализировал слова из статьи, за которую осуждён его подзащитный: «Суть правовой нормы, в нарушении которой обвинён Лузгин, в её названии – в «реабилитации нацизма». Я не понимаю, как образованные юристы-криминалисты посчитали суждение о соучастии - реабилитацией исполнителя. В этом тексте (статье «15 фактов о бандеровцах») говорится о том, что гитлеровская Германия учинила свои действия совместно с коммунистами. Но ведь все юристы еще института знают, что преступление, совершенное в соучастии, это отягчающее, а не смягчающее обстоятельство.

То, что гитлеровская Германия и Советский Союз совершили в 1939 году в Польше, можно уподобить убийству. Вот, один человек хочет убить другого и принимается за это дело. Однако он не обладает необходимым оружием: ни маузером, ни даже кинжалом, есть только перочинный нож. Им-то он и пытается убить жертву, она сопротивляется, и, когда смертельный исход еще не наступил, к убийству подключается другой субъект. Как мы все знаем, 24 августа был заключен Договор о ненападении между Германией и Советским союзом. 1 сентября Гитлер вторгает свои армады в Польшу (в этом нет никакого совпадения, что мы рассматриваем это дело именно первого сентября). 17 сентября на территорию ведущей с Германией боя Польши входит Красная Армия. И только 28 сентября пала Варшава. В этой ситуации жертва была ещё живая…»

В тексте приговора о вторжении в Польшу говорится: «Эта война… была преднамеренным и тщательно подготовленным актом и началась лишь после того, как было решено, что наступил подходящий момент для проведения ее, как определенной части заранее намеченной схемы и плана». Генри Резник уточнил: «Почему в тексте приговора допущена такая расплывчатость, какой именно «подходящий момент»? Именно заключенные пакты во многом позволили Гитлеру начать нападение на Польшу, без них он бы не осмелился на это. Это пример из теории соучастия: если пособник предлагает свою помощь раньше совершения преступления, то оно совершается в соучастии».

Завершая свою речь, Резник вспомнил о том, как в Советском союзе скрывали факты о Второй мировой: «Мы вообще искренне были убеждены, что Вторая мировая война началась не со вторжения в Польшу в сентябре 1939 года, и не с Мюнхенских соглашений 1938-го – она началась с нападения на Советский союз. Вот что политики творят с фактами! А сейчас что: судят простого, рядового парня – у него двое братьев безработные, отец и мать пенсионеры. Власть не должна так относиться к своим согражданам. Это нельзя оправдать ни политически, ни морально, ни юридически… Это дело инициировано каким-то опером из ФСБ, чтобы получить лишнюю лычку и лишние звездочки. Разные ветры дуют в разные времена, но не надо втягивать суд в политические разборки!» 

Несмотря на все доводы защиты, Верховный суд постановил оставить решение Пермского краевого суда в силе. Генри Резник пообещал обжаловать его и сообщил, что готов дойти до Европейского суда. Своему подзащитному, который присутствовал на суде посредством интернет-трансляции,  Резник передал: «Все правозащитное сообщество будет за вас биться, мы не оставим это так. Мы будем за вас биться в последующих инстанциях».


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.