Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Хроники

#Катастрофа

Как менялись заявления российских официальных лиц по ходу расследования трагедии MH17

03.10.2016 | The New Times | №32 (420) 03.10.16

21 июля 2014 года. Спустя четыре дня после катастрофы Минобороны РФ публикует спутниковые фотографии и другие изображения, из которых следует: Boeing сбит или украинской ракетой, или украинским истребителем. В частности, Андрей Картаполов, на тот момент начальник Главного оперативного управления Генштаба ВС РФ, утверждает, что в момент гибели малайзийского лайнера в той же точке (в 5 км от лайнера) находился украинский боевой самолет Су-25.

2015 год, июнь. Следственный комитет России сообщает, что у него есть «ключевой свидетель» — «украинский авиатехник»: тот якобы утверждал, что пассажирский Boeing был сбит украинским Су-25.

2015 год, октябрь. Производитель ЗРК «Бук», компания «Алмаз-Антей», заявляет, что пассажирский лайнер сбит ракетой «Бук» старой модификации, которая больше не состоит на вооружении российской армии.

2016 год, сентябрь. Представители Минобороны РФ и предприятия, входящего в состав концерна ВКО «Алмаз-Антей» в ходе совместного брифинга обнародуют «первичные радиолокационные данные» о воздушной обстановке в районе катастрофы МН17, из которых следует: российский локатор вообще не фиксировал в районе падения MH17 сторонних объектов, которые могли бы стать причиной разрушения самолета. Сообщается также, что поблизости от лайнера Malaysia Airlines находились только два гражданских борта — это зафиксировал радиолокатор у поселка Усть-Донецкий в Ростовской области.

2016 год, сентябрь. Зам главного конструктора трассового радиолокационного комплекса «Утес-Т» (первичный радиолокатор) Виктор Мещеряков во время брифинга уточняет: этот комплекс способен обнаруживать объекты на расстоянии не менее 400 км. На том же брифинге начальник Радиотехнических войск ВКС РФ генерал Андрей Кобан утверждает, что с восточной стороны к малайзийскому Boeing какие-либо воздушные объекты не приближались. При этом, по его словам, «технические возможности российских средств объективного контроля не позволяют сделать вывод о том, был ли произведен пуск ракеты с территории, находящейся южнее либо западнее точки катастрофы». Почему эта территория оказывается вне зоны покрытия «Утеса-Т», остается загадкой.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.