Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Мнение

#Тренд

Новая искренность

30.01.2017 | Иван Давыдов | №2 (432) 30.01.17

Общество давно и отчасти добровольно отказалось от возможности контролировать власть. Теперь приходит время отказаться и от иллюзии контроля

Иллюминация на улицах Москвы обошлась в сумму, сравнимую с бюджетом областного города. На Пушкинской площади из лампочек выложили двух петухов (найдите голову и хвост), закрыв ими солнце русской словесности, Москва, 30 декабря 2016 года. Фото: Sefa Karacan/Anadolu Agency/Afp/East News

Мэр Москвы Сергей Собянин обратился к главе правительства РФ Дмитрию Медведеву с трогательной просьбой: он больше не хочет публиковать информацию о городских закупках на портале zakupki.gov.ru. У него даже есть объяснение: в федеральной системе регулярно случаются технические сбои, это ставит под угрозу серьезные контракты. Москва уже разработала собственную электронную систему, где сбоев не будет. А еще — не будет единых федеральных стандартов публикации, ориентируясь на которые разнообразные клеветники, вроде специалистов из Фонда борьбы с коррупцией, научились слишком уж легко ориентироваться в том, сколько стоит бесконечный фестиваль мэрских инноваций и кому в итоге уходят деньги.

За трогательной просьбой — понятная обида: мэрия потратила на украшение Москвы к новогодним праздникам больше 6 млрд руб. Но в СМИ, которые мэр Москвы почему-то не контролирует (непонятно, как так вообще вышло, однако до сих пор остались в столице и такие СМИ), вместо восторгов — традиционное нытье. Миллиард с гаком за прекрасные новогодние инсталляции с итальянским орнаментом (кстати, да, оказывается, это был 
итальянский орнамент) — им, видите ли, дорого. Два с небольшим миллиона за каждый «фужер» из лампочек на фонарных столбах Тверской — роскошь! А ведь так все красиво мигало… Нет, тут, конечно, любой бы обиделся.

Это не протест чиновника против давления общества. Нет никакого давления общества. Нет никакого контроля со стороны общества. Никакие расследования ни к чему не ведут: можно, пока остались еще специалисты, пугать публику заоблачными суммами нелепых трат. Выявлять выгодоприобретателей. Называть фамилии и компании. Прикидывать, насколько завышены цены для своих на все эти бесконечные раскопки, иллюминации и увеселения или даже на действительно нужные вещи. Можно писать об этом в газетах. После — ничего. Это если чиновник — человек высокодуховный и не реагирует публично на комариный писк уцелевших СМИ. Если реагирует, то результатом расследования будет разорительный иск или уничтожение тиража. Но уж точно — не наказание чиновника.

Собянин человек хоть и заметный, но все же не из числа самых главных начальников. Игорь Сечин на такие вопросы отвечает емко: «А объяснять я вам не могу, и не буду, и не обязан этого делать»

Чиновник не испытывает перед обществом никакого страха (а в Москве так и вовсе давно научились, виртуозно используя социальные сети, имитировать общественный восторг и безусловную поддержку любых начинаний мэрии). Если он кого и боится, так это другого чиновника, занимающего более просторный кабинет. И просьба Собянина — не о том, чтобы ему разрешили творить все что угодно. Он и так творит все что угодно. Просьба Собянина — о том, чтобы общество лишить даже иллюзии возможности вмешаться в его начальственные дела. Помешать ведь ему все равно не могут. Но раздражают. Надо, значит, приказом большого начальника зафиксировать — теперь даже и раздражать запрещено.

Кстати, по-своему это даже честно. В этом — новая искренность, которую человек злоязычный мог бы, наверное, обозвать также новым бесстыдством. И за этим уже просматривается тень нового общественного договора. Старый принято было описывать так: мы (власть) позволяем вам (гражданам) сносно жить, а вы в политику не лезете. Новый выглядит интереснее: сидите и молчите. Между прочим, это и есть плата за добровольное согласие не лезть в политику в сытые нулевые. Приходит время расплачиваться.

Собянин, однако, человек хоть и заметный, но все же не из числа самых главных начальников. Игорь Сечин те же мысли формулирует проще, доходчивее и об одобрении никого не просит. Недавно журналисты телеканала «Дождь» попросили пресс-секретаря возглавляемой Сечиным компании «Роснефть», Михаила Леонтьева объяснить, почему его босс ездит с мигалкой, хотя по закону ему вроде бы мигалка не полагается. Леонтьев послал журналистов туда, куда вообще русский человек склонен отправлять неприятных собеседников. В особенности — если выпьет. Журналисты не сдались и спросили о том же Сечина напрямую. Сечин ответил емко: «А объяснять я вам не могу, и не буду, и не обязан этого делать. Давайте оставим это без комментариев».

Собственно, этот афоризм выстроенную схему взаимодействия власти с обществом описывает исчерпывающе.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.