Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Только на сайте

Южно-Китайская морская головоломка

11.07.2016 | Борис Юнанов | №23-24 (413) 03.07.16

12 июля Постоянная палата Третейского суда в Гааге постановила, что Китай не вправе претендовать на спорные острова в Южно-Китайском море. Пекин отреагировал отказом признавать это решение. Последствия? Есть вероятность, что про Украину и Сирию все скоро забудут...

TASS_16541835.jpg

Акция в поддержку Филлипин в вопросе принадлежности спорных остров в Южно-Китайском море у посольства Китая в Макати

Китайская Народная Республика (КНР) претендует на 90% акватории Южно-Китайского моря (ЮКМ), включая, само собой, острова Спратли (Наньша), где нет постоянного населения, портов и гаваней, зато есть целых 4 аэропорта. Суд в Гааге вынес решение по иску Филиппин, которым надоело то, что китайские рыбаки под охраной китайских военных катеров ведут себя в акватории ЮКМ как дома. Надоело это не только Филиппинам — Индонезии, Вьетнаму и Японии тоже. Причем Джакарта уже пригрозила китайским рыбакам, что будет силой вытеснять их из района, который она считает своим. Поэтому решение суда в Гааге с нетерпением ожидали и там. Китай уже в течение нескольких лет втихомолку захватывает в акватории ЮКМ один за другим безлюдные рифы, создавая потом на их базе искусственные острова. Но в последние год-два Пекин уже чуть ли не в открытую провозглашает свой суверенитет над ЮКМ, одной из важнейших мировых торговых артерий с ежегодным объемом товарооборота в $5 трлн.

 

Китайская проблема

 

Весной этого года Китай объявил о намерении создать в регионе ЮКМ свою Опознавательную зону (ОЗ) ПВО, чем поверг США и Японию в тихий шок. Американцы настоятельно рекомендовали китайцам одуматься и не делать этого. Китай ответил дерзким заявлением заместителя главы генштаба Народно-освободительной армии КНР Сунь Цзяньго: «Мы не создаем проблем, но мы и не боимся их».

А проблем Пекину между тем не избежать: США отправили в регион ЮКМ две ударные военно-морские группировки во главе с авианосцами «Рональд Рейган» и «Джон Стеннис», оба корабля, кстати, оснащены радарами ПРО Aeges, которые особо беспокоят Пекин. Более того, американцы дали понять, что военные учения в регионе, вопреки предостережениям Пекина о «возросшем риске в войны», теперь будут регулярными.

 

«Мы не создаем проблем, но мы и не боимся их»

 

Вердикт Третейского суда в Гааге, который Китай уже отверг — «Китай никогда не примет каких-либо требований или действий, основанных на этом решении», — еще сильнее раскручивает спираль напряженности. Задействованные в территориальном споре вокруг ЮКМ страны — соседи Китая до сих пор проявляли сдержанность в силу отсутствия международно признанных правовых нормативов на этот счет. Теперь же Третейский суд в Гааге, по сути, дает им веский карт-бланш для более решительных мер в ответ на ползучую китайскую экспансию. В том числе под эгидой блока АСЕАН (Ассоциация государств Юго-Восточной Азии), членами которого они все являются (кроме Японии). И, кстати, остальные государства блока их почти стопроцентно в этом поддержат, не говоря уже о США, Японии и Южной Корее.

 

Российская карта

 

Впрочем, такую перспективу председатель КНР Си Цзиньпин, при котором внешняя политика КНР стала не просто последовательно-активной — в ней, как показывают китайские действия в ЮКМ, резко возросла силовая составляющая, — наверняка уже просчитал. В случае реализации негативных для Пекина сценариев вокруг ЮКМ он наверняка использует российскую карту. Ситуация вокруг ЮКМ, резкий рост военной активности США в Азиатско-Тихоокеанском регионе в целом и перечень возможных ответных мер — именно эти вопросы, а вовсе не «наращивание экономических связей», были, по данным осведомленных источников, в фокусе переговоров Си Цзиньпина и Владимира Путина во время июньского визита российского президента в Пекин. Взаимный интерес к тому, чтобы выработать некий общий курс, очевиден: в обмен на политическую поддержку Москвы в территориальном споре с соседями, Пекин вполне может согласиться на партнерство в вопросах военно-стратегических. Включая, например, создание российско-китайской системы ПРО — в ответ на уже запущенный проект ПРО японско-американской. И кстати, российско-китайская ПРО стала бы не только «ответом Вашингтону». И Москву, и Пекин беспокоят также действия КНДР, без конца проводящей испытания своих ракет средней дальности «Мусудан»: ракеты пока летают плохо, сиречь по не вполне предсказуемой траектории, и что в итоге получится у северокорейских инженеров, даже после того как они отчитаются своему любимому вождю об успешном завершении работы по созданию «самого победоносного оружия в мире», — предугадать непросто.

 

Взаимный интерес к тому, чтобы выработать некий общий курс, очевиден: в обмен на политическую поддержку Москвы в территориальном споре с соседями, Пекин вполне может согласиться на партнерство в вопросах военно-стратегических

 

Объективно в интересах Китая и намерение российского друга окопаться на Курилах, вернее, на острове Матуа, в центре архипелага, где когда-то был укрепленный объект японской императорской армии и в недалеком будущем окажется столь же грозный объект армии российской. Для Пекина это прекрасная возможность договориться с Москвой о том, чтобы поделить АТР на некие зоны ответственности — Москве достается его северная часть, Пекину — южная. Цель у них будет общая, полностью созвучная современному дискурсу их властных элит, — «предотвращение посягательств на национальный суверенитет».

В знаменателе — тревожная и неясная картина. Юго-Восточная Азия становится еще одним взрывоопасным местом. Если здесь вспыхнет масштабный военный конфликт, разрулить его будет уж точно не легче, чем в Сирии или Украине. А скорее всего, гораздо труднее.


Фото: J Gerard Seguia



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.