Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Культура

#Политика

Всемирно известная французская актриса Изабель Юппер посетила словацкий фестиваль Artfilm

16.07.2007 | Гусятинский Евгений | № 23 от 16 июля 2007 года

Всемирно известная французская актриса Изабель Юппер посетила словацкий фестиваль Artfilm, где ей вручили приз за выдающийся вклад в актерское искусство. Изабель Юппер рассказала о себе в эксклюзивном интервью The New Times.

Юзабель Юппер — Евгению Гусятинскому

«Я и сегодня чувствую
в себе силы играть женщин
— с подростковым надломом. —
Фактически девочек, которые
так и не выросли».

В юности Вы учили русский язык. Чем был обусловлен этот выбор?
Никакой особенной причины не было. Большинство учило испанский или английский. Поэтому я и подумала, почему бы мне в таком случае не учить русский? (Смеется.)

Чем Вы руководствуетесь, когда выбираете ту или иную роль?
Больше всего меня волнуют пограничные персонажи — те, чье поведение неоднозначно, двусмысленно, даже экстремально. Сложные, противоречивые личности, такие как Эрика из «Пианистки», — одновременно жертва и властительница. Как мадам Бовари или Виолетта Нозьер — девушка, убившая своих родителей. Или моя героиня в «Деле женщин» — француженка, гильотинированная за проведение незаконных абортов.

Насколько Вам близки Ваши героини? Или, напротив, Вам интереснее играть тех, кто на Вас совершенно не похож?
Я никогда не идентифицирую себя со своими персонажами. Мне очень близок метод Клода Шаброля (Юппер снялась в шести его фильмах. — The New Times). Шаброль оставляет за своими персонажами возможность самостоятельного роста, шанс меняться в ту или иную сторону — как положительную, так и отрицательную. Его герои являются незавершенными, в них много позитивного и много негативного, и грань между добром и злом не уловить. Такой подход к герою позволяет мне чувствовать себя свободной. У меня есть свобода создавать персонажей. Шаброль позволяет герою, а вместе с ним и актеру делать выбор — каким он хочет быть.


Изабель Юппер. 1980-е годы

С Педро Альмадоваром в Каннах. 2007

Патрис Шеро и Изабель Юппер на показе своей совместной работы — фильма «Габриэль». Венецианский фестиваль, 2005

Свою героиню Эрику из фильма «Пианистка» Юппер считает одновременно жертвой и властительницей

Фильм «8 женщин» — одна из немногих комедий в Которых сыграла Юппер. Она считает, что найти интересную роль в комедии куда сложнее, чем в драматической картине

Но этот выбор все время откладывается — отсюда и возникает психологическое напряжение, когда ты не знаешь, чего ждать от героя. Практически с каждым режиссером я чувствовала себя свободной, отражая собственную точку зрения. Только оставаясь свободной, я могу раскрыть мир режиссера, прикоснуться к нему, понять его.

Довольно долгое время Вы играли взрослых героинь, в которых была подростковая хрупкость, некая несформированность. Теперь Вы все чаще играете матерей — например, в картинах «Частная собственность», «Моя мать». Не значит ли это, что начался какой-то новый этап в Вашем творчестве?
Совсем нет. Я и сегодня чувствую в себе силы играть не только матерей, но и женщин с подростковым надломом. Фактически — девочек, которые так и не выросли.

Вы снимались и у американских режиссеров. Насколько этот опыт отличался от работы с европейскими авторами?
Дело в том, что я играла в тех американских картинах, которые как раз стремились быть европейскими. Например, «Любители» Хэла Хартли — участие в них чем-то напомнило мне съемки у Годара. Я снималась во «Вратах рая» Майкла Чимино, это тоже не классическое американское кино, даже антиамериканское, вступающее в противоречие с голливудской традицией. Своеобразный антивестерн, который сначала оглушительно провалился, был отвергнут и критиками, и зрителями, но спустя годы в нем все-таки распознали большое кино. Несмотря на то что в Америке делаются и слабые фильмы, она все равно остается лидирующей кинематографической державой. Американцы очень креативны. Но сейчас мне не менее интересен кинематограф Востока, в нем тоже есть невероятная энергия. Кстати, в октябре я буду сниматься у одного камбоджийского режиссера.

С кем из современных режиссеров Вам хотелось бы поработать?
Их очень много… Братья Коэн, Вуди Аллен, Альмадовар, японка Наоми Кавасе. Всех не перечислишь. Южнокорейские режиссер Хонг Сан Со. Он столь же чувствительны к реальности, как его европейские коллеги.

В чем для Вас смысл актерского искусства, какова его сверхзадача?
Во-первых, для меня важно оставаться связующим звеном между режиссером и зрителем. Во-вторых, настоящий актер в моем понимании не сводится к тому, насколько он хорошо изображает героя. Быть актрисой означает для меня отражать кого-то другого и в то же время выражать себя, балансируя на этой тонкой грани.

Вы ощущаете разницу между работой в кино и на театральной сцене?
Для меня не существует принципиального отличия между игрой в театре и съемками в кино. И там и там я в равной степени остаюсь актрисой, у меня одинаковые возможности для самовыражения. Мне кажется, кино ближе к музыке — это сходство я особенно уловила в «Пианистке» Михаэля Ханеке, а театр — к скульптуре. В театре я больше ощущаю свое присутствие в пространстве. На сцене могу работать с пространством, как скульптор с глиной, расширяя его или сокращая.

Вы как-то сказали, что «Пианистка» — это фильм о контроле и его потере. Насколько Вы контролируете себя как актриса?
Да, вопрос контроля — один из основных в актерском искусстве. Эрика, героиня «Пианистки», все время контролирует себя и ситуацию, но теряет самообладание, когда влюбляется. Опасность потерять контроль существует и для артиста, поэтому «Пианистка» во многом является фильмом об актерском существовании. Как актриса я не имею права утратить власть над собой — но я и не чувствую этого риска. Если актер, словно гонщик, набирает огромную скорость, то он не сможет удачно остановиться за секунду — для этого потребуется некоторое время, потребуется постепенность. Резко нажать на тормоза — значит, перестать себя контролировать.

То есть Вы не боитесь не справиться со скоростью?
Совершенно нет. (Смеется.)

Вас больше знают как выдающуюся драматическую актрису. Однако у Вас есть и превосходные комедийные роли — например, Ваша героиня в «8 женщинах» Франсуа Озона… Хотите ли Вы и дальше сниматься в комедиях?
Да, очень хочу! Но найти интересную роль в комедии куда сложнее, чем в драматической картине. Сейчас во Франции снимается много комедий, но они очень шаблонны, актеру там негде развернуться. Мне интересны персонажи с двойным, тройным дном. Я люблю находить то, что скрыто за первым планом, но большинство комедийных ролей не предлагает такой возможности.

Сыгра в в «Пианистке» Михаэля Ханеке, Вы одержали очередную актерскую победу. Но до этого отказались сниматься в его «Забавных играх». Почему?
«Забавные игры» — превосходный фильм, но он очень теоретический. Это рефлексия о нашем восприятии насилия, о том, каким оно предстает на киноэкране, о его воздействии на человека. Как актриса я не нашла там для себе достаточно пространства. В «Пианистке» же намного больше истории, в ней есть романтическая, даже поэтическая нота. Это мелодрама, хоть и подвергнутая радикальной деконструкции.

В New York Times как-то написали, что никто так не умеет дышать на экране, как Изабель Юппер…
Да, я тоже читала об этом. Не знаю, что ответить. Через внешнее, исключительно физическое поведение я стараюсь передать страдание персонажа. Я считаю, что через дыхание, молчание и, конечно же, взгляд можно отразить внутренние переживания.

Есть ли вещи, которые Вы никогда не станете играть?
У актеров всегда есть масса возможностей потерять достоинство. Но для меня нет запретных тем. Единственное, чего я действительно боюсь, это плохих режиссеров. С хорошим режиссером я готова рисковать.

Ваша игра всегда чувственна и в то же время аналитична, у Вас репутация интеллектуальной актрисы. Вы когда-нибудь позволяете себе импровизировать? Как Вы вообще понимаете импровизацию?
Моя игра в спектаклях Роберта Уилсона во многом строится на импровизации. Актерская игра — это всегда комбинация разных выразительных средств. Даже если ты подчинен жесткому рисунку роли, импровизация все равно присутствует. Более того, настоящая импровизация и возникает в жестких условиях. Без наличия ограничений ты никогда не узнаешь, что делать и как себя вести, — в том числе и не сможешь импровизировать. Поэтому импровизация — это тоже защита от непредвиденного и случайного.

Последний вопрос: Вам никогда не хотелось стать режиссером?
Возможно, это произойдет спонтанно, само собой — такого я не исключаю.

Просто во многих фильмах видно, что свою роль Вы режиссируете абсолютно самостоятельно — без сторонней помощи…
Хорошее наблюдение. Я согласна с ним. (Смеется.)

Изабель Юппер — одна из самых титулованных и востребованных актрис современного кино. За свою тридцатипятилетнюю карьеру она снялась у таких европейских классиков, как Жан-Люк Годар, Клод Шаброль, Патрис Шеро, Морис Пиала, Джозеф Лоузи, Анджей Вайда, братья Тавиани, Марко Феррери, Михаэль Ханеке. Юппер дважды признавали лучшей актрисой Каннского МКФ — за роли в «Виолетте Нозьер» Шаброля (1978) и «Пианистке» Ханеке (2001). Роль в «Церемонии» Шаброля принесла ей французского «Сезара». В ее призовую копилку также входят награды Венецианского и Берлинского кинофестивалей. Другие знаменательные фильмы с ее участием — «Врата рая» Майкла Чимино, «Дело женщин» и «Мадам Бовари» Клода Шаброля, «Вальсирующие» Бертрана Блие, «Кружевница» Клода Горетта, «Лулу» Мориса Пиала, «Страсть» и «Спасайся, кто может» Жан-Люка Годара, «Габриэль» Патриса Шеро, «8 женщин» Франсуа Озона. Помимо съемок в кино Юппер периодически появляется на театральной сцене, сотрудничая с такими признанными режиссерами, как Роберт Уилсон («Орландо») и Эрик Лакаскад («Гедда Габлер»). 


С режиссером Клодом Шабролем и актрисой Сандрин Боннер на кинофестивале в Венеции. 1995

Изабель Юппер (на втором плане) на вручении премии «Сезар» в 1983 году с Мэрил Стрип и Филиппом Нуаре

 


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.