Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Культура

#Политика

«Строить в наше время небоскреб — абсурд, пройденный этап. Ретро!»

23.07.2007 | Басилашвили Ксения | № 24 от 23 июля 2007 года

«Строить в наше время небоскреб
— абсурд, пройденный этап. Ретро!»

Профессор Московского архитектурного института (МАРХИ), член Общественной палаты
Вячеслав Глазычев — Ксении Басилашвили 

Аргументы сторонников строительства небоскреба «Газпром-Сити» предельно категоричны: Петербург не может застыть, прежние символы устарели, город нуждается в новой доминанте.
Ну, это нахальство! Перебить прежние символы Петербурга еще никому не удавалось. Дворцовую площадь и арку Главного штаба? Нет таких инструментов у современной архитектуры. Количеством, объемом перебить можно. Но зачем? Почему не подчиниться прекрасному городу, который, согласен, нуждается в обновлении. И пусть она будет, эта современная архитектура. Но зачем же ломать силуэт? Зачем забираться на такую верхотуру? Конечно, Петербургу нужна современная архитектура. И Охта — район поганый, его необходимо развивать. Но лезть вверх — не есть символ прогресса. Это было таковым ровно сто лет назад. Строить в наше время небоскреб — абсурд, пройденный этап. Ретро! Петербург — единственный европейский город в России, и он симпатичен своим имперским стилем. Строительство же небоскреба выглядит попыткой Петербург обазиатить. Потому что башнями сегодня развлекаются в основном в Куала-Лумпур и Дубае. Хотя Лондон тоже хулиганит. В целом же высотки — пройденный этап. Это неэффективная форма — дорогая, тяжелая в эксплуатации с точки зрения спасения и защиты людей при несчастных случаях.

Отчего сегодня в России такой бум высотного строительства? Москва прирастает новыми небоскребами, на очереди Петербург. Откуда такое стремление забраться как можно выше?
А это провинциальный комплекс. Дескать, почему американцам можно, а нам нельзя? И совершенно очевидно, что только дай волю — и за «Газпромом» в Петербург подтянутся другие. На самом деле небоскребы сегодня старомодны. И от них в разумных местах отказываются. Париж вот-вот соберется разобрать Монпарнасский небоскреб. Ведь одинокая соломинка, торчащая в небе, невыносимо мерзка… Сама затея ее воздвигнуть — дурацкая. Но дело в том, что Нью-Йорк все равно не перешибить! Манхэттен — это такая тектоническая мощь, вылезшая из земли. Попытки подражать ему делал Франкфурт. Там убого получилось: торчат себе семь-восемь небоскребов. Удачных примеров небоскребов, кроме Манхэттена, нет. Но разве что Гонконг, где не было никакой истории, город строили заново на крошечном пятачке.

Сергей Соколов,
руководитель ООО «Арх. бюро академика РАССН С.И. Соколова»:


«Высота небоскребов в НьюЙорке, например, продиктована ценой земли. У нас цена смехотворна в сравнении с зарубежными городами. Уместна ли градостроительная вертикаль? Да, но необходимо решить вопрос ее сомасштабности с историческим городом. У него есть свои символы: Адмиралтейство, колокольня Петропавловского собора, Исаакиевский собор. И они смыслово держат территорию исторического центра. И если в эту зону вторгается новый символ, он будет затмевать наши петербургские символы, вместо истории мы получим бренд «Газпрома» в центре города. Само предложенное здание мне нравится. Но если настаивают на высоте 400 метров — такая вертикаль должна быть в другом месте. Есть новый Петербург — Петербург XX и XXI века, у которого нет своих символов. Вот там такое было бы уместно». 

А на кого ориентироваться Северной Венеции сегодня? На итальянские города-заповедники или на крупные европейские столицы с транспортом и промышленностью?
Итальянские Венеция или Флоренция — совсем из другого ряда. Это небольшие города, которые живут тем, что сохраняют свое лицо. Петербург — крупнейший город, и его будущее в том пути, который совершили Париж или Вена. Да, Париж сделал свою высотную группу Дефанс. Допустим, это разумно. Но он построил ее так, что из города она видна на горизонте. Никому в голову не приходит лезть в центр напротив Лувра! Вена вообще не строит высоток. Только на другом берегу Дуная, что, грубо говоря, отвечает какому-нибудь юго-западу Петербурга. Или концу Васильевского острова, выходящему в залив. Там, где, что называется, «земля закругляется», и это к старому центру Петербурга не имеет никакого отношения. А небоскреб напротив Смольного собора — дурной вкус.

Вокруг башни в Петербурге развивается «народное творчество», в интернете полно частушек и анекдотов на тему колосса. Петербуржцы уже прозвали «Газпром-Сити» «газоскребом» или «кукурузой». Не является ли этот небоскреб продолжением спора между геометрией Петербурга и градостроительным высотным хаосом Москвы? Ведь за несколько лет панорама столицы очень изменилась, и фоном башням Кремля теперь служат небоскребы времени Лужкова.
Может быть, и так… Но это вторично. Москва все равно базар и своего качества базара при этом не теряет. Смысла в этих московских небоскребах не вижу, но и ужаса в них нет. Это совершенно непохожие истории. Да, Москва — веселый хаос, и в этом отношении все не так страшно.

Петербург — это определенный порядок. В Вашингтоне есть простой закон: ничто не может быть выше Капитолия. Вот и в Петербурге ничто не может быть выше иглы Адмиралтейства или шпиля Петропавловского собора. Определитесь с этой доминантой. Но введите правила игры. Вот вам и современная точка зрения. А заниматься подобными «красивыми» жестами — просто какие-то задворки цивилизации и никакой не прорыв.

Как тогда должен развиваться город? Лучше его вообще не трогать?
Нет, это невозможно, Петербург осыпается, и замещения необходимы. Но нужно и можно сохранить разметность, масштабность, высотность. Прекрасный пример таких решений — в Голландии. В 60-х там тоже чуть побаловались — строили в Роттердаме небоскребы. Но ушли от этого давно, вернулись к соблюдению такой тонкой материи, как масштабность. Ведь можно вписаться в старый город огромной глыбой, а можно попытаться войти в систему по-петербургски приставленных друг к другу домов. И эти здания могут быть сверхсовременными! Что касается окраин — они перестраивались и будут перестраиваться. Но лезть в высоту — это стратегическая ошибка. А ее делают, потому что плохо знают историю урбанистики.

Существует ли рецепт, как таких ошибок избежать?
Весь цивилизованный мир выработал абсолютно внятную форму — четкую систему городских законов, которые определяют предельные плотности и высоты для города по его зонам. Когда это закон, никто шалить не может. Такой закон надо принять местному законодательному собранию, и обязательно с учетом мнения петербуржцев. Нью-Йорк принял в 1916 году закон, по которому все небоскребы должны были отступать от красной линии, дабы пустить свет в улицы. В конце 70-х в него внесли поправку, разрешившую поднять центральную часть еще на десять этажей. Но при условии, что первый этаж отдается городу под публичное открытое пространство, место отдыха горожан. Этому подчиняются и мэр, и инвестор, и архитектор. Так живет, например, Мельбурн. Есть охраняемые виды, и, чтобы их сохранить, все небоскребы пришлось срезать. Жители Северной столицы должны требовать, чтобы в Петербурге подобный закон приняли.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.