Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Сюжеты

#История

#Только на сайте

#Выборы

#История

Первый избранный

07.06.2016 | Дмитрий Орешкин, политолог | №19 (409) 04.06.16

12 июня 1991 года состоялись выборы президента Российской Федерации: их выиграл Борис Ельцин

TASS_41433.jpg1.jpg

Первые прямые выборы президента России. Кандидат в президенты Борис Ельцин в окружении прессы и сторонников направляется на избирательный участок, Москва, 12 июня 1991 года

Выборы президента Российской Федерации доломали советскую систему, которую — того не желая — начал ломать Горбачев. Михаилу Сергеевичу вздумалось использовать декоративную советскую демократию не для рекламы (в чем было ее истинное предназначение), а для реального управления. В первую очередь дело касалось выборов. Во вторую — представительной власти: Верховный Совет неплохо справлялся с ролью ВДНХ (фонтан «Дружба народов», плоды земледелия и животноводства, представленные в Президиуме), но никогда не предназначался для государственного менеджмента.

Без камуфляжа

Выборы, если проводить их хоть сколько-нибудь честно, прямо вели к разрушению вертикали вместе с нанизанной на нее стопкой республик и регионов. Сталин строил структуру СССР под свою руку, опираясь на силу и страх: везде ровно 99,9% за нерушимый блок коммунистов и беспартийных. Если местная власть покажет меньше, ей гостеприимно улыбнется Колыма. Просто, надежно, стандартно.

А в перестройку все по швам поползло, в том числе сам СССР. Как только избирателям позволяют думать, обмениваться соображениями и честно голосовать, так вертикаль гнется и трещит. Зачем, например, Кремль Прибалтике? Люди видят, как живет соседняя Финляндия, Норвегия или Германия. Выплата налогов в Москву для них бессмысленное бремя — лучше тратить их на развитие своей маленькой территории, чем на большую войну в чужом Афганистане. Что, кроме рижского ОМОНа и сказочных принципов Нины Андреевой, Москва могла тогда, в конце 1980-х, предложить прибалтийскому избирателю? Ничего. Выборы и свобода слова убивали эту выморочную имперскую конструкцию. Ее изначальную противоестественность нечем было закамуфлировать.

Ельцин инстинктивно выбрал европейский путь. И Россия в своем урбанизированном большинстве его решительно поддержала на президентских выборах 1991-го

В России референдум 17 марта 1991 года по сохранению СССР привлек 79,6 млн человек (NT № 11 от 4 апреля 2016 года, № 9 от 14 марта 2011 года), а проведенный в тот же день всероссийский референдум о введении поста президента РФ («Считаете ли Вы необходимым введение поста Президента РСФСР, избираемого всенародным голосованием?») — 76,4 млн. Разница объясняется тем, что в Северной Осетии, Туве и Чечено-Ингушетии голосование за пост президента было заблокировано местными властями целиком, а в Татарстане и Коми — частично. В то же время за СССР на этих территориях голосовали очень активно. Всего в РСФСР за сохранение Союза проголосовали 56,9 млн избирателей, за введение поста президента — 53,4 млн. Из-за позиции упомянутых республик в списки избирателей по первому пункту было внесено 105,6 млн человек, а по второму 101,8 млн. Следовательно, в РСФСР за сохранение Союза высказались 71,4% от числа голосовавших. Или 53,9% от числа внесенных в списки. За введение поста президента в России — 69,9% от числа голосовавших. Или 52,5% от числа внесенных в списки.

Другими словами, в 1991 году Россия ясно высказалась за то, чтобы ею управлял президент. И не видела в этом противоречий с сохранением Союза.

Европейский путь

Хотя на самом деле противоречия уже обозначились. И замкнулись как раз на Ельцине. В референдуме за сохранение СССР участвовали три республики «славянского ядра» (Белоруссия, Россия, Украина) и шесть республик «советской Азии» (Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркмения, Узбекистан). Европейский фланг Союза — Армения, Грузия, Латвия, Литва, Молдавия, Эстония — референдум проигнорировали, комиссий по его проведению не создали и списки избирателей, соответственно, не представили. Отсюда три непростых вопроса. Имеют ли право учтенные в списках 185,6 млн более чем из 228 млн избирателей, проживавших тогда на территории СССР (цифра очень приблизительная, точных данных нет), высказываться за весь СССР или только за его центр и восточный фланг? Сколько на самом деле в СССР было избирателей в 1991 году и какая доля из них на самом деле сказала Союзу «да»? Куда в перспективе двинется «славянское ядро» — на Запад в Европу или на Восток в Азию?

Ельцин инстинктивно выбрал европейский путь, опередив Белоруссию и Украину. И Россия в своем урбанизированном большинстве его решительно поддержала на президентских выборах 1991-го (57,6% в первом туре), на следующем референдуме «да-да-нет-да» (о доверии, 25 апреля 1993-го) и еще, уже из последних сил, в 1996-м. Позже европейский тренд выдохся. По чьей вине или по каким причинам — отдельный вопрос. Легче всего сказать, что по вине Ельцина, но такой ответ будет по меньшей мере неполным.

Ограничимся констатацией, что сегодняшняя Украина далеко ушла от России в западном направлении. (Или Россия от Украины в восточном? 25 лет назад было наоборот.) На Запад же все чаще посматривает и Лукашенко. «Славянское ядро» бывшего СССР де-факто перестало существовать, сказка про единство Великой, Малой и Белой Руси кончилась, и линия раздела легла по западной границе Российской Федерации.

Свобода в пользу и во вред

При Ельцине с его системой приоритетов такое вряд ли было возможно. Не потому что он такой замечательный, а потому что персонифицировал интересы жителей крупных городов, продвинутой и европеизированной России. В 1991 году решающую поддержку ему (почти треть из общей суммы 45,6 млн голосов) оказали крупнейшие по числу избирателей и уровню урбанизации территории: Свердловская область — 84,8% (ну это понятно — земляки), Пермская, Челябинская области и Москва (более 70%), Нижегородская, Самарская области и Ленинград-Петербург (более 60%). По субъективным причинам межэлитных договоренностей на его стороне выступили также Чечено-Ингушетия (тогдашний зам Ельцина в Верховном Совете Руслан Хасбулатов помог?), Дагестан и нефтегазоносные автономные округа Западной Сибири. Но их суммарный вклад был существенно меньше из-за скромных объемов электората.

Самые жесткие антиельцинские позиции на тех выборах заняла консервативная национальная провинция: республики Алтай, Северная Осетия, Агинский Бурятский АО отдали ему менее 30%; Республика Тува всего 15,3%. Страна, вырвавшись из-под уравнительного советского пресса, неожиданно оказалась очень разной — чтобы не сказать противоположной — по системе политических приоритетов.

Ельцин — президент городов. Путин перевернул картинку с ног на голову: Он — президент периферии

Устранив силовую диктатуру, Горбачев потерял средства контроля над республиками и регионами — потому что никаких других средств, кроме силовых, у Москвы не было со сталинских времен. Урбанизированные и европеизированные регионы смогли использовать свободу себе на пользу, в конечном счете показав неплохой экономический рост. Азиатские территории, наоборот, проиграли, потому что их элиты воспользовались свободой от Кремля для формирования собственных, еще более авторитарных режимов — Ислам Каримов в Узбекистане президентствует с 1990 года, Нурсултан Назарбаев год назад переизбрался на пятый срок, в Туркмении Сапармурат Ниязов «Вождь и Вечно Великий Туркменбаши» и вовсе назначил себя «пожизненным президентом» (умер в конце 2006 года).

TASS_153122.jpg

Накануне выборов президента РСФСР — первых свободных выборах в истории СССР — улицы городов заполонили агитаторы: Ельцин вызывал восторг, 10 июня 1991 года

У Ельцина была та же проблема, но уже не в советском, а в республиканском масштабе. Начав с предложения регионам «брать столько суверенитета, сколько смогут проглотить», он почти сразу столкнулся с укреплением иррационального и контрпродуктивного самовластия местных элит, особенно на ментальном «востоке» России. Вплоть до войны в Чечне, которую он позже назвал своей главной ошибкой. Внешне оппозиция оформлялась как союз региональных баев со старой коммунистической номенклатурой (президент Ельцин против Верховного Совета во главе со спикером Хасбулатовым), но в глубине сохранялся все тот же конфликт между условно «европейской/городской» и условно «азиатской/деревенской» системами приоритетов.

На круги своя

Этот конфликт сопровождал Ельцина всю политическую жизнь. В первом туре президентских выборов 1996 года в ста крупнейших городах России (45 млн избирателей, 40% электората 
страны) Ельцин набрал в среднем 42,9%, в то время как лидер КПРФ Геннадий Зюганов лишь 22,9%. В десяти самых больших городах-гигантах от Москвы до Казани (16,5 % избирателей страны) в первом туре у Ельцина было 52,4%, а у Зюганова лишь 18,1%.

Кстати, фальсифицировать выборы в крупном городе сложнее, чем на смиренной периферии. Именно там, с опорой на консервативные местные элиты, Зюганов в первом туре и собрал свои 32%. Из ста крупнейших городов Ельцин набрал более 50% (условно «победил» в первом туре) в 14 — от Екатеринбурга, Москвы, Перми, Казани до Архангельска, Череповца, Нижнего Тагила, Норильска и Нижневартовска. Зюганову удалось взять больше 50 % лишь в двух городах из первой сотни: Махачкале и Владикавказе… Восток дело тонкое.

Ценностная структура голосования в 1996 году в целом осталась той же, что и в 1991-м. Ельцин — президент городов. Пришедший ему на смену Путин перевернул картинку с ног на голову. Он президент периферии. В больших городах Путин недобирает. Часто получает даже меньше Ельцина; например, в 2012 году в Москве он не преодолел планки первого тура, набрав лишь 47%. Зато уверенно компенсирует дефицит за счет высоких результатов в глубокой провинции с «азиатскими» приоритетами, которая возвращается к советским показателям. В Чечне в том же 2012-м — 99,8% за Путина при явке 99,6%.

Свободные выборы 1991 года сломали было советский тренд с его «безоговорочной поддержкой» единоличного лидера. Ненадолго, как видим.

Досье

Кандидаты на выборах президента РСФСР 12 июня 1991 года

В избирательный бюллетень были внесены шесть пар кандидатов* (первый — кандидат на должность президента, второй — на должность вице-президента). Президент избирался на пятилетний срок.

— Вадим Бакатин, экс-министр внутренних дел СССР, член Совета безопасности СССР, и Рамазан Абдулатипов, председатель Совета национальностей Верховного совета РСФСР;

— Борис Ельцин, председатель Верховного совета РСФСР, народный депутат СССР, и полковник ВВС Александр Руцкой,(председатель Комитета по делам социальной защиты военнослужащих Верховного Совета РСФСР, лидер депутатской фракции «Коммунисты за демократию»;

— Владимир Жириновский, председатель Либерально-демократической партии, и Андрей Завидия, президент концерна «Галанд»;

— Альберт Макашов, генерал-полковник, командующий Приволжско-Уральским военным округом, народный депутат СССР, и Алексей Сергеев, заведующий кафедрой Академии труда и социальных отношений;

— Николай Рыжков, народный депутат СССР, бывший председатель Совета министров СССР, и генерал-полковник Борис Громов, первый заместитель министра внутренних дел СССР, народный депутат СССР;

Аман-Гельды Тулеев, председатель Кемеровского областного Совета народных депутатов, народный депутат РСФСР, и Виктор Бочаров, начальник комбината «Кузбассшахтострой», народный депутат РСФСР.

* Вместе с президентом единственный раз избирался вице-президент РСФСР.

Фото: Валентин КузьминАндрей Бабушкин, Александр Сенцов/фотохроника ТАСС


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.