Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Сюжеты

#Судьба

#Только на сайте

#Война

Тамбовский пленник

18.05.2016 | Наталья Шкуренок | №16 (406) 14.05.16

Впервые на русском языке вышла книга «Тамбов. Хроники плена 1944-1945» эльзасца Шарля Митчи, бывшего заключенного советского лагеря № 188. Открывается еще одна страшная страница нашей истории

Шкуренок.jpg

«Хор заключенных тамбовского лагеря под управлением Шарля Митчи», рис. А. Мюллера, бывшего заключенного

О том, что в годы войны под Тамбовом, на станции Рада, находился лагерь № 188 для иностранных военнопленных, в нашей стране долгие десятилетия мало кто знал. На Западе публиковались документы и воспоминания, а советская власть категорически отрицала, что в условиях ГУЛАГа содержала десятки тысяч пленных — итальянцев, французов, венгров, поляков, чехов, сербов, люксембуржцев, бельгийцев, швейцарцев, датчан, норвежцев, шведов, англичан, американцев. Среди них были и солдаты союзников, и те, кто не сделал в эту войну ни одного выстрела: десятки тысяч уроженцев Эльзаса и Лотарингии добровольно перешли на сторону советской армии, чтобы воевать с нацистами, а оказались в советском концлагере. Власть обошлась с ними так же, как и с реальными врагами.

Без нас

Какие ассоциации возникают у россиян при слове «Тамбов»? «Тамбовский волк», «Тамбовская казначейша», «Мальчик хочет в Тамбов»… А в Эльзасе и Лотарингии название этого российского города знают все: здесь до сих пор нет практически ни одной семьи, в которой дед, прадед или сосед деда не сидел бы в страшном концлагере № 188 под Тамбовом.

Эльзас и Лотарингия находятся между Францией и Германией и потому за последние полтораста лет не раз переходили из рук в руки. В Первую мировую войну жители этого региона отказывались воевать в немецкой армии под девизом «Без нас!» В 1940 году сюда пришли нацисты, но сначала эльзасцев и лотарингцев не призывали в армию: может, потому, что новые хозяева хотели завоевать их симпатии, может, потому, что существовало поверье: эльзасцы приносят несчастье той армии, за которую они воюют. Но в конце 1942 года наместник Эльзаса Роберт Вагнер добился у Гитлера разрешения призывать эльзасцев в действующую армию.

В Эльзасе и Лотарингии название этого российского города знают все: здесь до сих пор нет практически ни одной семьи, в которой дед, прадед или сосед деда не сидел бы в страшном концлагере № 188 под Тамбовом

Начались массовые побеги: мужчины призывного возраста бежали в леса, немцы стреляли их по дорогам, отправляли в концлагеря, уничтожали родных. За побег убивали самого дезертира, а всю семью, включая приемных детей, отправляли в лагеря в Германии. Карательными мерами нацистам удалось собрать под ружье почти 130 тыс. эльзасцев и лотарингцев, которых направили на Восточный фронт. Но уже с 1944 года семьи перестали получать весточки от своих мужей и братьев — десятки тысяч человек будто растворились на бескрайних просторах СССР.

Солдаты поневоле

«Однажды мы сидели с мужем и его коллегами в ресторане, обсуждали научные проблемы, и кто-то сказал «Тамбов», имея в виду место проведения научной конференции, — рассказала NT Любовь Шендерова-Фок, переводчик книги. — И вдруг сидевшая за нашим столом женщина встрепенулась: я знаю Тамбов, там в лагере сидел мой отец Шарль Митчи!» Так Шендерова-Фок, математик по образованию, живущая сейчас в Страсбурге, впервые услышала об этой истории. Клодин Митчи дала ей почитать книгу воспоминаний своего отца на французском языке. Та увлеклась и решила ее перевести. Фрагменты перевода отправляла читать друзьям, а они начали настойчиво советовать — книгу должны прочитать и в России.

ШкуренокДля.jpg

Для обложки книги использован рисунок Камиля Клауса, бывшего заключенного

Шарль Митчи перед войной работал школьным учителем в скромной сельской школе. Любил музыку, хоровое пение, выучился играть на музыкальных инструментах. В 1940 году ему исполнилось 23 года, он только что женился. В 1943-м его отправили на Восточный фронт, дома остались жена и маленький ребенок. Уходя, Шарль предупредил жену: если от него не будет писем, пусть не верит никаким похоронкам — это значит, что он перешел на сторону советской армии.

Сначала учебка в Ростоке, на севере Германии, потом часть в Новограде-Волынском (Житомирская область Украины. — NT). Там он находился до первых дней 1944 года. Шарль описывает, как они организовывали пассивное сопротивление, особенно этим отличались жители Люксембурга. И все читали листовки, в которых де Голль призывал жителей Эльзаса и Лотарингии уходить от нацистов в Красную армию. В конце этих призывов на двух языках, русском и французском, было написано: «Эта листовка служит пропуском для перехода в плен».

Шкуреноклазарет.jpg

«В лазарете», рис. Альберта Тиама, бывшего заключенного

На новый, 1944 год немцы устроили фейерверк, Советская армия запустила осветительные ракеты, началась атака. И Митчи решил под прикрытием канонады сдаться, обставив свое дезертирство как гибель в бою, чтобы не пострадала семья. Вместе с ним на поиски Советской армии отправились еще несколько человек. Сначала они попали к партизанам, которые потом передали их регулярным частям. Так начался крестный путь сельского учителя из Эльзаса, не хотевшего воевать на стороне нацистов, а попавшего в советский ГУЛАГ.

Лагерь № 188

Почти месяц их везли до Курска, в Курске отделили немцев. Там же эльзасцы и лотарингцы услышали радостную новость: решается вопрос об их отправке к де Голлю в Северную Африку. Но сначала их направили в тот самый лагерь № 188 под Тамбов, где пленных стали кормить и лечить. Вскоре туда приехал генерал Иван Петров, начальник Управления по делам военнопленных и интернированных. Вместе с ним три французских генерала. Отобрали 1500 человек для армии де Голля в Северной Африке. Шарль Митчи был в полном восторге — все закончилось! Но в последний момент врач пощупал бицепсы истощенного пленного и сказал: этот дороги не перенесет!

ШкуренокЛагерь.jpg

«Лагерь № 188 в 1945 году»фото вольнонаемного Н.А. Мамаева из коллекции тамбовского журналиста Евгения Писарева

Французы все прибывали и прибывали, пленных присылали сюда до самого конца войны, но больше никого не отправили к де Голлю. Почему? По одной версии, французы, оказавшись в Алжире, плохо отзывались о Сталине. По другой, Сталин хотел использовать пленных французов как разменную монету в торговле с Западом, меняя на казаков или других пленных.

После отъезда товарищей в лагере под Тамбовом все поменялось кардинально: пленных практически перестали кормить, люди умирали десятками. Тем, кто хотел воевать с Гитлером, досталось полтора года настоящего лагерного ада — с голодом, болезнями, без надежды на возвращение домой. И сколько их реально погибло в этом лагере смерти, неизвестно до сих пор. «Вранье, с которым я сталкивалась, когда начала заниматься этой темой, было на каждом шагу, — рассказывает Шендерова-Фок. — В справочнике Управления по делам военнопленных и интернированных указано, что в советском плену умерло всего 1329 французов. Сами французы говорят, что, по разным подсчетам, погибло от 5 до 10 тыс. — уже после того, как они сдались и хотели воевать против нацистов. По данным некоторых историков, существует список в 32 тыс. Тамбовские историки мне говорили, что видели своими глазами в архивах телеграммы 1944 года, приходившие руководству лагеря под Тамбовом, и там давались указания — заменять слово «умерли» на слово «отгружены».

При лагерной библиотеке образовался кружок любителей чтения и музыки, и Шарля попросили заниматься пением с теми, кто уже не мог ходить. Вместе с друзьями он организовал хор, а потом оркестр — скрипки сделал из срубленной в соседнем лесу березы пленный румын

Митчи пишет, что в одну только зиму 1944–1945 годов в бараках ежедневно умирало по 30–40 человек. Самому Шарлю удалось выжить, несмотря на дистрофию: «Хотя в течение долгой зимы я был в жалком физическом состоянии, я не смирился и не закоснел на нарах, — пишет он. — С помощью одного или другого из моих товарищей, помогавших преодолеть три-четыре ступеньки, я каждый день выходил из барака, чтобы заставить мозги поработать».

Спасла его любовь к хоровому пению. При лагерной библиотеке образовался кружок любителей чтения и музыки, и Шарля попросили заниматься пением с теми, кто уже не мог ходить, — для поднятия духа. Вместе с друзьями он организовал хор, а потом оркестр — скрипки сделал из срубленной в соседнем лесу березы пленный румын. Один из надзирающих офицеров оказался любителем музыки: симпатизировавший Шарлю лейтенант Маленков даже помог ему избежать последнего обыска перед выходом из лагеря, благодаря чему удалось спасти ложку, ножик и часть написанных в лагере нот. С этими сокровищами 2 августа 1945 года бывший военнопленный из лагеря № 188 Шарль Митчи отправился домой, в Эльзас. И только спустя более полувека детям удалось уговорить отца написать книгу о его тамбовском плене.

Комментарий эксперта

Александр Кузьминых, доктор исторических наук:

Считается, что Советский Союз в годы Второй мировой войны пленил и интернировал более 5 млн военно-служащих и гражданских лиц. Лагеря были очень разного уровня: пленным офицерам создавали приличные условия, неплохо кормили, разрешали держать ординарцев. Лагеря же для солдат отличались тяжелыми условиями. Тамбовский лагерь № 188 известен очень высокой смертностью. В лагерях для военнопленных в окрестностях Воронежа, Тамбова пленные умирали от голода и болезней в таком большом количестве, что из-за этого в 1943 году сместили Петра Сопруненко, начальника Управления по делам военнопленных, его-то и сменил Иван Петров. В 188-м лагере собирали репатриантов перед отправкой за границу, там пытались формировать воинские части из числа военнопленных французов, поляков, чехов, словаков. С жителями Эльзаса и Лотарингии, ввиду спорного положения территории, эти вопросы было решать сложнее, кем их считать — гражданами Франции или Германии? Кстати, во время войны, у руководства нашей страны возникла идея использовать на работах по восстановлению народного хозяйства 5 млн пленных, но с этой задачей не удалось справиться — пленных надо было кормить, лечить, находить материалы для строительства бараков, а страна не имела таких ресурсов. Поэтому большую часть военнопленных вернули на родину практически сразу после окончания войны. Была у руководства страны еще одна фантастическая идея: вывезти из Германии чуть ли не все мужское население на восстановительные работы в СССР — слава богу, к 1945 году здравый смысл возобладал и от нее отказались.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.