Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Реплики

#Только на сайте

Последняя нить

29.11.2015 | Федор Крашенинников, политолог | №40 (388) 28.11.15

25 ноября в Екатеринбурге открылся «Ельцин-центр». Церемонию посетили Владимир Путин и Дмитрий Медведев

Присутствие Путина на открытии мемориального центра оставило двоякое впечатление. С одной стороны, по ряду чисто формальных и протокольных моментов, ему, несомненно, следовало там быть. И потому, что он получил свою власть из рук Бориса Николаевича, а главное, потому, что строительство ельцинского центра как бы выступает гарантией, что когда-то в Санкт-Петербурге откроется и его, Владимира Путина, мемориальный центр — с музеем, архивом и памятником перед входом. С другой стороны, даже самое формализованное выражение почтения к Борису Ельцину осенью 2015 года, да еще в обществе самой отпетой «либероты» и в присутствии посла США — это очень странное послание обществу.

На ностальгирующих по временам Ельцина, и тем более на недовольных его, Путина, стилем правления граждан, все это не произвело никакого впечатления. В рядах же почитателей Путина возникла некоторая заминка. Так получилось, что симпатии к Ельцину или даже нейтралитет по его поводу в среде поклонников курса Путина — это не то чтоб редкость или исключение, это совершенно невозможное дело. Хорошим тоном считается поливать первого президента России грязью и валить на него вину за все — и за «развал СССР», и за все проблемы современной российской экономики. Короче говоря, на любого другого политика, посетившего в ноябре 2015 года подобное мероприятие в подобном обществе, немедленно обрушился бы вал проклятий и обвинений.

Он и обрушился — квазипатриотическая общественность не поскупилась на зубоскальство по адресу собравшихся на церемонию постаревших кумиров ельцинской эпохи и сочувствующих, не замечая среди прочих Путина. И все-таки — почему он приехал?

Сейчас, когда Россия де-факто оказалась в невероятной даже для советских времен ситуации международной изоляции, Путину парадоксальным образом понадобился Ельцин

Протокольное обязательство — ничто в условиях авторитаризма, на любое мероприятия Путин спокойно опаздывает (и сюда тоже опоздал), а если он вдруг на него вовсе не явится — не найдется никого, кто посмеет ему это поставить в вину, — не считая оппозиционных блогеров и пары-тройки СМИ. Тем более в те часы, когда разворачивается конфликт с Турцией и возбужденная шовинистическая общественность более всего ждет от него внешнеполитической жесткости, а не возложения цветов к памятнику Ельцину. Но он почему-то приезжает. Может быть, потому, что для него Ельцин — это благодетель, которому он обязан своим невероятным восхождением. А может быть, и потому, что Ельцин — это еще и фундамент его международной легитимности. Ведь это Ельцин ввел Путина в круг мировой элиты, оставив ему место в «большой восьмерке» и много чего еще. Сейчас, когда Россия де-факто оказалась в невероятной даже для советских времен ситуации международной изоляции, Путину парадоксальным образом понадобился Ельцин. Мертвый, оплеванный и оболганный пропагандистами, он остается единственной нитью, связывающей Путина с элитой цивилизованного мира. Или памятью о том, что такая связь когда-то была.



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.