Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Репортаж

#Только на сайте

#Теракт

Между каналом и железной дорогой

22.11.2015 | Даниэль Жвирблис, Моленбек (Бельгия) — Париж | №39 (387) 22.11.15

Бельгийская полиция провела несколько рейдов в коммуне Моленбек, где ранее были задержаны несколько человек по делу о терактах в Париже. В «логове исламского экстремизма на континенте», как уже прозвали Моленбек европейские газеты, побывал корреспондент The New Times

Жители Моленбека проходят полицейский осмотр перед митингом памяти жертв парижских терактов

Жители Моленбека проходят полицейский осмотр перед митингом памяти жертв парижских терактов, Бельгия, 18 ноября 2015 года

— Да, я знаю, что сейчас все газеты пишут про Моленбек. В этом ничего нового нет, у нас тут уже давно плохая репутация, — делится с корреспондентом NT один из посетителей закусочной на Шоссе де Ган, неподалеку от бара, который до недавнего времени держали братья-марокканцы Абдеслам, организовавшие парижские теракты. Мы сидим за соседними столами и ждем заказанную шаурму — Я, например, когда устраивался на работу, на всякий случай указал адрес в другом районе, у знакомого. А то с моей арабской фамилией, да еще из Моленбека… (смеется)

После парижских терактов 13 ноября название бельгийской коммуны, где базировались террористы, не сходит с газетных полос. Моленбек-Сен-Жан, или просто Моленбек, — один из густонаселенных районов большого Брюсселя, с самого начала нулевых годов считается центром исламского экстремизма в Бельгии. При этом сам район можно условно разделить на две части: восточная, которой Моленбек и обязан сегодня своей плохой репутацией, расположена между каналом Шарлеруа-Брюссель и железной дорогой, в прошлом здесь располагалась промышленная зона; зато западная считается вполне себе благополучным и благопристойным местом, кое-где даже фешенебельным.

Маленький Манчестер

В восточном Моленбеке урбанизация началась в XIX веке параллельно с развитием промышленности — здесь производили пиво, мыло, керамику, обрабатывали кожу. Канал Шарлеруа-Брюссель открыли в 1832 году, железную дорогу — в 1835-м. После этого в Моленбеке начали развиваться металлургия и машиностроение, здесь же располагались табачные и винные склады.

«Я здесь, в Моленбеке, уже больше 30 лет, у нас тут и мусульмане, и католики, и иудеи живут, — и нет никаких конфликтов, все спокойно»

К началу XX века, когда район находился на пике промышленного развития, его население достигло уже 60 тыс. человек (против 4 тыс. в 1831-м), брюссельцы прозвали район «маленьким Манчестером». Население его поначалу пополнялось за счет мигрантов из сельских районов Бельгии, как фламандских, так и франкоязычных, а в первой половине XX века большинство переселилось из Италии, Испании и Португалии. И вот начиная с 1970-х годов в Бельгию массово прибывают марроканцы и турки, которые селятся в том числе в Моленбеке. Сегодня население района — 95 тыс. человек, четверть из них — иностранцы, не считая тех, кто родился уже в Бельгии в семьях мигрантов. Мусульман среди них, согласно исследованиям бельгийских социологов, — около 40 %. Это заметно и невооруженным глазом, достаточно пройтись по улицам восточной части Моленбека: часто попадаются женщины в мусульманских платках, встречаются и мужчины в джеллабах — длинных робах.

Моленбек — мирный район. Таков смысл этих плакатов

Моленбек — мирный район. Таков смысл этих плакатов, которые сегодня можно встретить здесь во многих местах. На снимке: Во время митинга памяти жертв терактов в Париже, Моленбек, Бельгия, 18 ноября 2015 года

«Прибытие значительного числа мигрантов в 1970-е годы XX века совпало с нефтяным кризисом и деиндустриализацией, — разъясняет социолог Робин Тиндеманс. — Закрытие заводов и низкоквалифицированное, плохо говорящее по-французски население — вот где корень проблем района». И действительно, без работы в Моленбеке — более 30% жителей, годовой доход вдвое ниже среднего по Бельгии.

«Это просто хулиганы»

— Я и не понимаю, что вы хотите от нас узнать, про джихадистов мы и сами все узнаем по телевизору! — встревает в наш разговор с посетителем кафе на Шоссе де Ган другой его клиент-мусульманин. При этом он кивает на висящий на стене телевизор, включенный на круглосуточный новостной канал BFMTV, по которому тем временем начинается следующий новостной сюжет — из Румынии. — Ну вот, слава Аллаху, хоть что-то другое в новостях…

Затем начинаются новости спорта, и соседи теряют интерес к разговору, принявшись обсуждать футбол. «Нет, с братьями Абдеслам мы знакомы не были, в том баре не бывали», — напоследок сообщают они.

В разговорах с местными жителями регулярно всплывают слова «дискриминация», «безработица», «стигматизация»… Последнее, судя по всему, означает навешивание социальных ярлыков.

В мечети Аль-Халил, одной из двадцати в Моленбеке, только что закончилась вечерняя молитва. Один из верующих, Хамид, которому около 50 лет на вид, тоже первым делом говорит о дискриминации:

— Да их (молодых мусульман. — NT) ведь никто на работу не берет. Бельгийцам и то непросто найти работу, а уж с арабским происхождением и подавно.

— Но ведь среди тех, кто отправляется в Сирию, люди далеко не всегда бедные…

— Понимаете, это просто бывшие мелкие хулиганы, которые решили стать кем-то «серьезным». На самом деле надо искать тех, кто за ними стоит, вот там по-настоящему серьезные люди. Я здесь, в Моленбеке, уже больше 30 лет, у нас тут и мусульмане, и католики, и иудеи живут — и нет никаких конфликтов, все спокойно. И к нам сюда в мечеть ходят и молодежь, и люди постарше, все вполне мирные люди. Про себя отмечаю, что большинству выходящих из мечети за 30.

Братья Абдеслам, принадлежавшие к пресловутой ячейке исламских радикалов в Моленбеке, не были известны своей религиозностью: например, как пишет местная пресса, принадлежавший им бар был закрыт властями города в связи с подозрениями в распространении гашиша. Их самих нередко видели там пьющими пиво. Была ли это маскировка, решили ли братья «искупить грехи» участием в терактах или им просто предложили деньги за убийство других людей — никто из посетителей мечети Аль-Халил судить не берется.

Министерство внутренних дел Бельгии, со своей стороны, объявило 19 ноября, что в рамках масштабного плана по борьбе с терроризмом, власти будут бороться с нелегальными мечетями — предполагаемыми местами вербовки радикалов. Имам мечети Аль-Мутакин, с которым корреспонденту NT удалось связаться по телефону, сказал, что пока не знает, каким образом полиции может помочь община: «Нам скрывать нечего, мы официально признаны государством. Вы вчера были на вечерней молитве в одной из мечетей района и сами могли все видеть. Никаких обращений от властей на предмет того, известно ли что-то о неофициальных мечетях нам или верующим, которые к нам ходят, не поступало. Но мы, конечно, готовы сотрудничать».

Полиция, со своей стороны, жалуется на недофинансирование: да, конечно, деньги выделяются — на борьбу с терроризмом, киберпреступностью и отмыванием денег. Но все это в ущерб борьбе с уличной преступностью — отмечают в профсоюзе полицейских Sypol. А ведь именно с нее начинали все будущие террористы и крупные бандиты. У полиции, говорят в профсоюзе, катастрофически не хватает средств ни на автомобили, ни на оружие, ни на обмундирование. Население Западного Брюсселя (полицейский округ, в который входит коммуна Моленбек) выросло на 27 % за последние 10 лет, а вот финансирование полиции не выросло ни на йоту.

«Не все они местные»

Жители менее иммигрантской, западной части Моленбека, хотя и несколько настороженно относятся к своим соседям, посещений восточной части района не избегают.

— Вы, наверное, заметку про Моленбек пишете, — догадывается в разговоре с корреспондентом NT продавщица одного из газетных киосков, видя, как я покупаю сразу несколько газет на французском. На вопрос, считается ли восточная часть района опасной, отвечает: «Да, есть, конечно, несколько мест, где надо быть осторожнее, но в принципе мы туда за покупками часто ходим».

Спецназовец бельгийской полиции во время операции по блокировке мест проживания лиц, причастных к терактам в Париже

Спецназовец бельгийской полиции во время операции по блокировке мест проживания лиц, причастных к терактам в Париже, Моленбек, Бельгия, 18 ноября 2015 года

Местные жители в основном опасаются мелких краж — мобильных телефонов, например. Впрочем, согласно официальной статистике, преступность в Моленбеке снизилась: в 2014 году по сравнению с 2013-м уменьшилось количество хулиганских нападений, краж и ограблений.

Как же так вышло, что на фоне тенденции к спаду преступности в Моленбеке развивались радикальные исламистские ячейки? Вопрос уже стал поводом для полемики среди бельгийских политиков. Ален Дестекс, сенатор от правой франкоязычной партии «Движение реформаторов», опубликовал 17 ноября статью в газете La Libre, в которой обвиняет Филиппа Муро, коллегу по сенату из Социалистической партии, который был мэром Моленбека в течение 20 лет, с 1992 по 2012 год. По мнению сенатора, Муро в бытность мэром «поддерживал легальную миграцию и закрывал глаза на нелегальную». «Мэрия не проверяла должным образом ни браки на предмет фиктивности, ни досье на предмет воссоединения семей», — утверждает он. Более того, Муро, по мнению Дестекса, финансировал из муниципального бюджета исламские ассоциации, «не следя за их идеологией», а представителям мусульманской общины «помогал попасть в избирательные списки».

«Есть, конечно, несколько мест, где надо быть поосторожнее, но в принципе мы туда, например, за покупками часто ходим

На защиту Муро бросился министр по делам молодежи в Валонии и Брюсселе Рашид Мадран (Соцпартия): «Нельзя обвинять во всех проблемах одного человека, не может вся ответственность лежать на нем». «Целое поколение потомков мигрантов, родившихся и выросших здесь, не чувствует себя частью общества», — заявил Мадран в интервью газете La Libre. Но чем тогда объяснить присутствие террористических ячеек именно в Моленбеке? «На самом деле далеко не все они местные», — парировал министр. Одной из причин, почему исламисты обосновались именно в Моленбеке, могло быть попросту то, что «там их окружает знакомая культура, да и проще раствориться в толпе», предположил Мадран.

18 ноября во многих городах Бельгии прошли митинги солидарности с Францией, участники которых почтили память погибших в терактах в Париже. В Моленбеке перед зданием мэрии тоже прошел митинг. Пришли на него чуть более двух тысяч человек.


ДОСЬЕ

Начиная с 15 ноября полиция Бельгии провела несколько рейдов в Моленбеке, где проживали пятеро из восьми террористов, совершивших теракты в Париже. По подозрению в причастности к террористической деятельности были арестованы 8 человек, 7 из которых были потом отпущены за недостатком улик. В Моленбеке проживал выходец из Марокко Абдельхамид Абаауд, которого считают организатором терактов, — он был уничтожен в ходе операции французской полиции в пригороде Сен-Дени 18 ноября. Там же жили братья Абдеслам, один из них, Ибрагим, владелец бара в Моленбеке, закрытого после парижских терактов полицией, подорвал себя 13 ноября на парижском бульваре Вольтер, а другой, Мухаммед, был арестован 15 ноября. Еще один их брат, Салах, в настоящее время находится в международном розыске. После терактов в Париже стало известно, что бельгийские правоохранительные органы вели следствие по делу братьев Абдеслам, но не поставили об этом в известность своих французских коллег.

Фото: REUTERS/Yves Herman, REUTERS/Yves Herman



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.