Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Реплики

#Только на сайте

Комитет охраны добра

25.10.2015 | Юрий Сапрыкин | №35-36 (384) 25.10.15

Президент Путин объяснил, чем русское мировоззрение отличается от западного

KMO_490.jpg

Владимир Путин рассказал журналистам об основах русского мировоззрения,  
Сочи, 22 октября 2015 года. фото: Дмитрий Азаров /КоммерсантЪ

О том, чем Россия отличается от Запада и почему вместе им не сойтись, написаны тома. Вопрос дебатировался как минимум с момента появления западников и славянофилов (если не старца Филофея с идеей о «третьем Риме») — и оппозициями, которыми наделяются две стороны этого умозрительного конфликта, можно вымостить дорогу из Санкт-Петербурга в Москву. Индивидуализм и соборность, сакральное и секулярное, вертикаль самодержавия и горизонталь демократии, ориентация на вечное и замкнутость в сегодняшнем. В конце концов, если переводить на популярный в нынешнем сезоне язык геополитики — цивилизация Моря и цивилизация Суши, которые разыгрывают вечную партию на Великой Шахматной Доске. Еще одну главу в осмысление особости российского пути (и порочности пути западного) вписал на днях Владимир Путин. Отвечая на вопросы журналистов после выступления на встрече «Валдайского клуба», российский президент сказал: «В основе русского мировоззрения лежит представление о добре и зле, высших силах, о божественном нечале. А в основе западного начала — интерес, прагматичность, прагматика». В контексте славянофильской традиции мысль, конечно, не нова, но, пожалуй, в последние лет сто она редко звучала в России на столь высоком уровне, да еще и в контексте рассуждений — воевать ли нам со странами НАТО на одной стороне или все-таки по разные.

Тезис «мы за добро, а вы за печеньки» — сам по себе признак серьезного конфликта: уверенность в том, что ты борешься за все хорошее, а противник тупо проплачен, мобилизует и придает сил. Все это хорошо знакомо по внутрироссийскому общественному противостоянию последних лет — где каждой из сторон необходимо уличить противника в предельном прагматизме и отсутствии идеалистических устремлений: на ваш митинг людей специально свезли, да еще и заплатили, а у нас все по доброй воле выходят, вы так возмущаетесь, потому что вас госдеп (вариант: госбюджет) финансирует, а мы — всей душой за правду (Родину, свободу). Проблема в том, что наличие идеалов (и их отсутствие у противника) приписывает себе каждая сторона, причем абсолютно искренне. Любое из вторжений и свержений, о которых Путин кричит сейчас западным партнерам — «Вы понимаете, что вы наделали?» — проходило под знаком утверждения идеалов добра и справедливости. Какую бы то ни было прагматику во вторжении в Ирак или признании независимости Косово могут разглядеть только совсем упертые отечественные конспирологи: разумеется, смысл был не в том, чтобы «захапать себе всю нефть» или «подорвать славянское братство», а в том, чтобы помочь угнетенным в борьбе с тиранией, установить справедливый политический режим на месте несправедливого; именно ради этого в воздух были выброшены миллионы долларов и сотни жизней, именно из-за этого соответствующие регионы выглядят сейчас представительствами ада на Земле. Прикладное славянофильство Путина — на самом деле вывернутая наизнанку риторика Рейгана или Буша-младшего: вы империя зла, а мы выполняем волю Божью. Кидая обвинения в адрес западных стран, пытавшихся применить эту двухмерную логику к многоуровневым ближневосточным конфликтам, Путин во многом прав, но демонстрируя Западу, что с нами нужно считаться в международных делах, мы тут же перенимаем и методы, и риторику, которую вроде как всем русским миром осуждаем.

Тезис «мы за добро, а вы за печеньки» — сам по себе признак серьезного конфликта

Но вообще хорошо, что президент завел разговор об этических ценностях, хотелось бы только его расширить. Это в геополитическом противостоянии нам давно известно, на чьей стороне Бог и кем правит доллар, а в вопросах внутренней политики традиционно принято считать, что все не так однозначно. Было бы со всех сторон полезно, если бы президент повторил свою максиму о добре и прагматике, например, на оглашении послания Федеральному собранию. Чтобы эти слова — «В основе нашего мировоззрения лежат представления о добре, а у вас только собственный интерес» — услышали бы Турчак и Гайзер (или кто там сейчас на месте Гайзера), Рогозин и Шувалов, подрядчики, выигрывающие тендеры на десятикратное перекладывание плитки в Москве в течение года, и менеджмент «Газпрома», закапывающий в землю трубы, которые ведут в никуда, Следственный комитет и руководство колонии, где держат Олега Навального. Это им, а не Обаме и не Меркель стоило бы задуматься, что русский культурный код — это добро и справедливость, а не шкурная прагматика, но воевать с Обамой, в том числе в вопросах мировоззренческих, видимо, проще, чем с Турчаком.



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.