Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Хроники

#Война

#Сирия

«Они ничего не говорят, только улыбаются»

12.10.2015 | Фади Ахмад, Латакия | №33 (382) 12.10.15

Сирийская Латакия привыкает к российским военным, но отношение к ним здесь разное: одни считают, что «уж лучше русские, чем иранцы», другие намерены воевать с Россией, которая «пришла и бомбит всех»
14-490-01.jpg
Российский штурмовик Су-25СМ на базе Хмеймим, Сирия, Латакия, 7 октября 2015 года

У нас в Латакии многие за русских, мы давно к ним привыкли, а теперь они еще за нас воюют, так что — шукран, Русия, спасибо, Россия!» — смеется Салем Али. Он родился и вырос здесь, в крупнейшем городе-порту Сирии, и как всякий уроженец портового города знает о происходящем практически все, и даже больше.

Сторонники и противники

Четыре года назад, когда сирийский кризис только разгорался, российское военное присутствие в стране было крайне ограничено: немногочисленные эксперты и военные консультанты, которые занимались в основном работой в офисе, планированием, логистикой и тому подобное. Они были практически незаметны за спиной сирийской армии и не принимали никакого участия в боевых действиях. Но с июля 2015-го число русских военнослужащих стало быстро расти. Они стали чаще появляться в городе — в интернет-кафе, на рынках и в магазинчиках. Чаще всего русских можно встретить на базарах Ханано и Шейх Дахер. Они не говорят ни по-арабски, ни по-английски. Они вообще не говорят, смеются латакийцы, — только улыбаются.

Вскоре русским передали спорткомплекс, на территории которого раньше располагались штаб гражданской обороны и лагерь беженцев.

«Конечно, в Латакии есть не только сторонники российской операции, есть и противники. Хотя, это скорее, такая «молчаливая» оппозиция», — говорит Салем. Сторонники — это, как правило, алавиты, как местные, так и приезжие, или беженцы из Тартуса, Хомса и Хамы, из других районов, где поддерживают Асада. Латакийские алавиты, а это примерно 35 % населения, в подавляющем большинстве своем восприняли участие России как защиту от террористов. Но есть в «группе поддержки» и сунниты, у которых русские солдаты ассоциируются, прежде всего, с восстановлением Сирии как государства, те, кому надоел хаос и бесконечная война. Есть среди суннитов и такие, кто, выбирая из двух зол, решил, что лучше уж российская армия, нежели иранская (на стороне режима Башара Асада в Сирии воюют добровольцы из иранского Корпуса стражей исламской революции. — NT): слишком уж велика разница в идеологии и религии. Во всяком случае, в социальных сетях созданы десятки страниц в поддержку русского присутствия в Латакии и Тартусе.

В «молчаливой» оппозиции в основном семьи сирийских солдат, и суннитов, и алавитов. Их волнуют только судьбы их родственников — убитых, раненых, похищенных, пропавших. Они ненавидят войну и не поддерживают никакой стороны.
14-cit-01.jpg
Банан, яблоко и луковица

«Сейчас на авиабазе Хмеймим в Латакии уже больше трех тысяч русских, — говорит Салем. — А говорят, совсем скоро русские откроют новые базы: в Джабле и пригороде Тартуса. А в Латакию скоро придут новые корабли, а с ними — еще две тысячи русских. Это хорошо».

Действительно, местные жители и те, кто живет поблизости, особенно мелкие торговцы, очень рады новым приезжим: русские уже стали основными покупателями в их лавках. «Конечно, в городе сейчас стало много блокпостов, хотя никаких боевых действий нет. Но ничего. Русские солдаты свободно гуляют по Латакии, жаль только поговорить с ними нельзя — никаких языков не знают. Сейчас в городе появились курсы, где учат русскому», — говорит Салем.

Солдаты не разрешают фотографироваться с собой или снимать их на видеокамеру. Торговцы в мелких лавчонках шутят: один русский солдат — это один банан, одно яблоко и одна луковица. Говорят, что почти все русские ежедневно покупают именно такой набор. Большинство продавцов угощают русских традиционными сладостями, а те в ответ просто «вежливо» улыбаются.

В Латакии рассказывают, что русские уже с лета тренируют военных в Латакии, а потом, говорят, дадут им хорошее оружие, технику. За это русским отдали нефтяную скважину недалеко от Латакии, в районе Кненеса, а потом еще 14 нефтяных скважин отдадут между Латакией и Тартусом. Но с ополченцами, с батальоном «Сукур аль-Сахра», состоящим из бывших офицеров армии Асада, ветеранов партии «Баас» и добровольцев, русские никаких дел не ведут.

14-490-02.jpg
Это фото распространило турецкое агентство «Анадолу»: разбор завалов в городе Джабр аль-Завийя, провинция Идлиб, после российской бомбардировки, Сирия, 3 октября 2015 года

Бомбы — веером

Сегодня ежедневные разговоры латакийцев посвящены только одному — авиаударам. Но если сторонники Башара Асада считают, что главное сейчас — освобождение страны от всех вооруженных формирований, то многие сунниты считают, что бомбить ИГИЛ* — это одно, а влезать в гражданскую войну в Сирии — это другое, России тут делать нечего. Однако же в самой провинции Латакия мишенями русской авиации, например, стали деревни Сальма, Туркменская гора (Turkmen Mountain) и Джабль аль-Арбейн. Все три населенных пункта находятся внутри так называемых спорных зон вокруг Латакии, то есть под контролем повстанцев. Русские «зачистили» их, перед тем как армия Асада перешла 7 октября в контрнаступление. В тех же целях российская авиация разбомбила и пригороды города Идлиб (столица одноименной провинции. — NT).

Важно подчеркнуть: боевиков «Исламского государства»* здесь, на западе Сирии, практически нет. Основные удары российской авиации приходятся на повстанческую коалицию «Джейш аль-Фатх», состоящую из нескольких крупных исламистских группировок, среди которых самые крупные — «Ахрар аш-Шам» и «Джабхат ан-Нусра». Их формирования сосредоточены в трех районах — Идлиб, Джиср-аш-Шугур, по которому русские нанесли удар еще утром 1 октября, и Ариха. Воюет в Латакии и так называемый Туркменский батальон, состоящий в основном из иностранцев.

Кстати, коалицию «Джейш аль-Фатх» поддерживает Анкара — понятно, почему Турция так недовольна российским военным вмешательством.

14-490-03.jpg
Российский военный персонал обследует боезапас бомбардировщика перед вылетом, Сирия, база Хмеймим, 6 октября 2015 года

Впрочем, российские самолеты бомбили и пригороды Хамы, а там воюют не только исламистские группировки, но и мелкие формирования «Свободной сирийской армии» (ССА). Скорее всего, у русских нет четкого представления, кто где действует — удары наносятся по скоплениям противостоящих Асаду сил, а что это за силы, кто их поддерживает, за что они воюют — русские не особо вникают в детали, которых нет в разведданных. Это большая ошибка, говорят сирийские повстанцы.

«Первые удары русских пришлись по Зафране и Талбисе в провинции Хомс, погибли 36 жителей, — рассказывает NT оппозиционный активист Манхаль Бариш из Саракеба (город на северо-западе Сирии, один из центров оппозиции. — NT). — Русские постоянно напоминают о том, что бомбят ИГ*, но на самом деле в подавляющем большинстве случаев бомбы падают либо на головы солдат «Сирийской свободной армии», либо на местных жителей».

Бариш уверен, что Россия в этой войне проиграет: «Путин не понимает, что втягивается в длительную войну, она будет стоить жизней многих солдат». Выход? «Пусть Россия предложит политическое решение, которое будет включать как минимум одно наше требование: Сирия должна начать жить без Асада».
14-cit-02.jpg
Туманные переговоры

Абу Мохаммед — боец исламистской группировки «Атбаа ар-Расул» из Хомса. Абу уверяет, что он и его товарищи «хотят демократии и честных выборов», а исламистами называют себя из-за денег: «Так легче выбить себе бюджет от спонсоров». Каких спонсоров — Абу не говорит. Организационно «Атбаа ар-Расул» входит в «Свободную сирийскую армию».

В результате бомбардировки российской авиацией Талбисы 30 сентября под Хомсом у Абу погиб дядя: «Он был обычный человек, никогда в руках оружия не держал, если слышал взрыв снаряда, боялся из дома выходить». Когда оппозиция 30 сентября обнародовала цифры потерь среди мирных граждан после первых бомбардировок, Москва ответила упреком в «информационной войне», к которой «кто-то подготовился заранее». Абу этим оскорблен: «Почему русский президент считает смерть моего родственника «информационной атакой»?

Идею объединения сил «здоровой оппозиции» и армии Асада для борьбы против ИГИЛ* Абу высмеивает: «Как можно разговаривать с крысами? Ну может быть, еще можно было, когда погибших было сто человек, а не сотни тысяч, как сейчас (в результате гражданской войны в Сирии погибли, по разным оценкам, от 250 тыс. до 400 тыс. человек. — NT)».

8 октября российские государственные информагентства сообщили о встрече в Париже координатора сирийской Группы национального спасения Фахда аль-Масри, одного из основателей «Свободной сирийской армии», с замглавы МИДа РФ Михаилом Богдановым, во время которой сириец заявил о готовности ССА к переговорам с Москвой и с представителями режима в Дамаске. Однако активисты сирийской оппозиции, с которыми разговаривали корреспонденты NT, встретили эту новость со скепсисом: аль-Масри, по их словам, уже давно эмигрант и ничего не решает. «Вначале русский министр Лавров говорит, что вообще не знает, где мы воюем и кто нами командует, а потом вдруг какие-то переговоры с аль-Масри», — удивляется оппозиционный активист Манхаль Бариш.

Бойцы сирийской оппозиции, напоминает Абу Мохаммед, взяли в руки оружие в 2011 году, когда Асад вывел на улицы Хомса танки: «С тех пор нас считают террористами, но мы воюем с режимом уже четыре года, а теперь еще воюем и с «Хезболлой», и с ИГИЛ*, и с иранцами… И тут приходят русские и начинают нас бомбить… Значит, теперь мы будем воевать еще и с Россией».

В подготовке материала принимала участие Екатерина Кретова

* «Исламское государство», ИГ или ИГИЛ — группировка, запрещенная в России.


Фото: TASS, Stringer/Anadolu Agency, Russian Defense Ministry Press Service via AP



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.