Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Культура

#Суд и тюрьма

Замкнуло на коротком

18.11.2009 | Плахов Андрей, "КоммерсантЪ"— специально для The New Times | №41 от 16.11.09

Киноальманахи снова вошли в моду

136-48-01.jpg
«Париж, я люблю тебя» собрал звездных режиссеров

Замкнуло на коротком.
На экраны выходит отечест­венный киноальманах «Короткое замыкание», уже  вы­шли два зарубежных: «Нью-Йорк, я люблю тебя» и «Мир, я люблю тебя». И это только часть айсберга


Кинематограф переживает настоящий бум короткометражек. Короткометражек особых, соединенных в тематические блоки и идеологические продюсерские проекты.

Во славу магии кино

Два первых альманаха появились по французской инициативе. Один назывался «У каждого свое кино», был посвящен 60-летию Каннского фестиваля и снят 35 знаменитыми режиссерами мира — от Ларса фон Триера до Клода Лелуша и Андрея Кончаловского. Каждая из мини-новелл длится три-четыре минуты, и уследить за мельканием разных имен, сюжетов и стилистик нелегко. Такое кино лучше всего смотреть с комментарием специалиста, досконально знающего, почему тот или иной режиссер оказался в этой обойме, что он имел в виду в том или ином кадре, над кем подшутил и кому почтительно поклонился. Но общий смысл внятен и неофиту: это коллективный гимн во славу магии кино, которое покорило мир на огромной территории — от Бразилии до Китая.

136-48-02.jpg

Еще раньше появился альманах «Париж, я люблю тебя». Здесь обратный принцип: кино питается энергией и мифологией живого города, заставляет переживать любовные истории на фоне парижских must see, но иног­да и в таких уголках и закоулках французской столицы, которые для туристов являются настоящим экстримом. Состав режиссеров был привлечен тоже солидный и международный (Гас Ван Сент, братья Коэны, Том Тыквер), и все вместе произвело невероятный фурор: фильм стал базовой моделью для множества продюсерских экспериментов, которые не заставили себя долго ждать. Нечто подобное было в 60-е годы прошлого века. Тогда множились альманахи типа «Знаменитые любовные истории», «Самые знаменитые мошенничества на свете» и т.д. Часто до таких коллективных проектов снисходили режиссеры высшего ранга. Трюффо и Вайда участвовали в альманахе «Любовь в 20 лет». Висконти, Феллини — в «Бокаччо 70». Росселини, Годар, Пазолини и Григоретти — в «РоГоПаГ» (по первым буквам режиссерских фамилий). Тот же Феллини, а также Луи Малль и Роже Вадим — в альманахе «Три шага в бреду» по новеллам Эдгара По. Иногда один и тот же постановщик снимал фильм в виде сборника из нескольких новелл: «Вчера, сегодня, завтра» Витторио де Сика с Софи Лорен и Марчелло Мастроянни. Но довольно скоро форма от частой эксплуатации выродилась, имена режиссеров стали мельчать, и мода на альманахи прошла. Чтобы возродиться вновь почти через полвека.
Боюсь, история повторяется. Географический принцип быстро переходит в туристический «галопом по Европам», а качество падает на глазах. Вслед за Парижем продюсер и сценарист Эммануэль Бенбихи пошел разрабатывать золотую жилу. «Нью-Йорк, я люблю тебя» собрал в числе режиссеров Фатиха Акина, Андрея Звягинцева и двух звездных актрис, дебютанток в режиссуре Натали Порт­ман и Скарлетт Йоханссон. Целое никак не клеилось, и из официальной версии фильма выпали новеллы Звягинцева и Йоханссон. Дальнейшая раскрутка бренда пойдет по экзотике: на 2011 год запланировали фильмы про Рио, Шанхай, Иерусалим, далее везде. Подсуетились и восточные европейцы: в Хорватии готовят киноальманах новелл о Загребе. А «Мир, я люблю тебя» выворачивает принцип наизнанку: шесть историй любви сняты одним режиссером Томасом Вошитсом, который зато лихо прокатился по маршруту Нью-Йорк — Рио — Токио — Белград — Марсель — Люксембург.

Наши не хуже

Потребовалось года три для того, чтобы мода достигла России. У нас нет развитой традиции киноальманахов — если не считать военных «Боевых сборников» и нескольких попыток объединить в рамках одного сеанса экранизации рассказов Чехова. Был еще опыт альманаха по прозе писателей 20-х годов «Начало неведомого века». Его ждала трагическая судьба: фильмы Андрея Смирнова и Ларисы Шепитько были положены на полку, а негатив пленки с новеллой Генриха Габая вообще уничтожили.  

136-48-03.jpg
Наше «Короткое замыкание» соединило самые громкие имена «новой волны»

Зато теперь вовсю кипит работа над альманахом «Москва, я люблю тебя» (одна из новелл — «Объект номер один» Мурада Ибрагимбекова — уже участвовала в конкурсе Венецианского фестиваля). А также над альтернативным: «Москва, я не люблю тебя» (жизненного материала для него найдется как минимум не меньше). На очереди «Питер, я люблю тебя». И — «Пять женщин» (когда-то в Италии был телефильм из новелл «Три женщины»: ничто не ново под луной). Это — если говорить о солидных проектах с именами известных продюсеров и режиссеров в титрах. Есть еще и другой тренд — собирать студентов киношкол или совсем начинающих режиссеров, давать им в руки мобильную цифровую камеру и какое-нибудь задание. Например, снимать небольшие сюжетики в поезде, идущем из Москвы во Владивосток, а потом объединять их в фильм-омнибус (синоним альманаха). Шедевр из этого материала вряд ли склеишь, но все равно может получиться что-то свежее и занятное.
Как всякая мода, эта, скорее всего, довольно скоро схлынет. Но след свой в истории кино все же оставит. Придуманный продюсером Сабиной Еремеевой альманах «Короткое замыкание», выходящий на экраны, дал срез сознания российской «новой волны». Пять самых громких ее авторов — Борис Хлебников, Иван Вырыпаев, Кирилл Серебренников, Петр Буслов и Алексей Герман-младший сняли грустные, очень личные новеллы о любви, точнее, о ее невозможности в мире жести и прагматизма. При этом каждый из режиссеров выступает в своем жанре и стиле. Хлебников следует традиции абсурдистского реализма окраин. Вырыпаев репрезентирует новую эмоциональность. Герман сохраняет верность интеллектуальной рефлексии. Серебренников активно внедряет в кино открытую театральность. И только Буслов, создатель мачистского «Бумера», предстает в неожиданном свете — как пронзительный лирик. Его новелла «Срочный ремонт» о глухонемом сапожнике, истекающем кровью от любви в самом буквальном смысле слова, — кульминация темы страдающего маленького человека, главная в «Коротком замыкании». И хотя на этот фильм обрушился с трибуны Госдумы Станислав Говорухин, на самом деле это никакой не модернизм, а продолжение русской классической традиции.  

136-48-04.jpg

Нечто подобное сделали и румыны. «Сказки золотого века» — омнибус, представляющий румынскую «новую волну», воскрешает жизнь страны под пятой диктатуры, но превращает ужасное прошлое в прекрасное произведение искусства. Среди авторов обладатель каннской «Золотой пальмовой ветви» Кристиан Мунджиу. Кстати, до того как прославиться, он тоже участвовал в альманахе — назывался «Камера хранения» и собрал восходящие таланты из Юго-Восточной Европы.

×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.