#В блогах

Александр Баунов о борьбе Эрдогана с Макроном

28.10.2020

Когда Эрдоган сражается с Макроном по поводу права на карикатуры, он обращается не только к Микрону, Франции и Западу. Он обращается к внутренней аудитории, в частности — к своим главным оппонентам, турецким светским националистам, которые хотят вернуться к власти

Сто лет назад Кемаль Ататюрк создал светскую турецкую республику по образцу французской республики. Франция с её сильным государством, национальным единством и образцовой централизованной бюрократией вообще была примером для многих государств, рвущих с традициями, кончившимся отставанием от развитого мира, и встающих на путь догоняющего развития. Ататюрк брил бороды, снимал хиджабы, убирал религию из школы, менял календарь и письменность, упразднял халифат, превращал Айя-Софию в музей не хуже французских революционеров конца XVIII века.

Примерно 20 лет назад под лозунгами совместимости традиций и современности (дефиле исламской моды) Эрдоган выиграл выборы и как глава умеренного политического ислама отодвинул светских националистов-республиканцев от власти. Но они руководили страной почти весь ХХ век, и хотят назад. Вот он их, а не только Макрона, и разоблачает: смотрите, кто недавно нами правил, и кто хочет еще — те кто прекратили служить в Св. Софии, а я снова начал.

Французская республика - прямой наследник антиклерикальной революции. Право на антиклерикальную карикатуру — это часть борьбы за равенство третьего сословия с дворянским вторым и священническим первым. Это не просто разговор о границах своей и чужой свободы, где там что начинается и кончается, это часть французской идентичности — той самой liberté, egalité, fraternité, без которой нет и nation с république.

У антиклерикализма были свои радикалы и террористы — во Франции двести лет назад, в Росси — сто, в республиканской Испании и того меньше. Но сейчас разница очевидна. Люди, готовые к насилию за идеи, могут появиться в любой среде. Но сейчас в антиклерикальной среде поджог храма или мечети, тем более убийство священника или верующего не является социально одобряемым действием. Атеистическая, антиклерикальная среда отторгнет такого человека сама. Там ему нечего ловить. Радикальный исламист, напротив, уверен, что найдет сочувствие не только среди таких же, как он, но и в более широких кругах.

Современный ислам, которой не всегда умело обещает создать Макрон, — это такой ислам, в котором убийца не найдет сочувствия, как бы он ни объяснял свои действия. Многим такой ислам покажется беззубым, но точно таким же беззубым, неспособным к насилию в той же Франции стал антиклерикализм, и от этого всем — верующим и атеистам — только спокойнее.

Источник


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.