Боинг Malaysia Airlines сбит ракетой класса «земля-воздух», выпущенной из зенитно-ракетного комплекса (ЗРК) «Бук» российского производства. Ракета пущена с территории, подконтрольной донбасским сепаратистам. Орудие убийства 298 человек, включая 80 детей, привезено из России и спустя менее чем сутки отправлено назад. К таким выводам пришла Объединенная следственная группа (Joint Investigation Team — JIT) в составе представителей Нидерландов, Австралии, Бельгии, Малайзии и Украины, обнародовавшая 28 сентября результаты уголовного расследования причин катастрофы. Никаких прямых обвинений в адрес России не выдвинуто. Но для Кремля, продолжающего настаивать на том, что Россия не является стороной конфликта на Востоке Украины и никак не причастна к трагедии рейса МН17, это вряд ли может служить утешением: улик, говорящих ровно об обратном, прямых и косвенных, все больше. А шансов избежать колоссального международного скандала — все меньше: российский посол уже был вызван в голландский МИД, и это еще далеко не финал. На чем строятся выводы следствия, как на них отреагировала Москва и скоро ли виновные будут названы пофамильно — анализировал The New Times

На месте катастрофы, 20 июля 2014 года. Фото: Bulent Kilic/AFP Photo

17 июля 2014 года… Время — около 18:00. Выгоревшее поле под населенным пунктом Грабово в Донецкой области Украины застилает черный дым. Местные жители подбегают с ведрами к полыхающим фрагментам огромного самолета, упавшим в буквальном смысле с неба. Женщины плачут. Повсюду — куски дымящегося железа. И среди них бросаются в глаза темно-синие кресла и вещи людей. Из надорванных туристических рюкзаков выбиваются аккуратно перед поездкой сложенная одежда, бумаги, одеяла, документы. А рядом — тела людей. Какие-то, кажется, ничуть не повреждены, только обувь сорвана с маленькой ноги, а где-то лежат совсем обугленные кости и редкие куски бордовой массы. Рядом с людьми — темно-зеленый попугай с закрытыми глазами. Над полем иногда раздаются звонки мобильных телефонов… Обломки взорванного Boeing образовали собой овал размером примерно 5 на 10 км, какие-то из них потом найдут и за 50 км отсюда…

«Птичка упала за террикон, жилой сектор не зацепила. Мирные люди не пострадали»

Ракета «земля-воздух» взорвалась на расстоянии от 2 до 5 м слева от кабины пилотов Boeing. Это произошло в 17:20.

В 17:50 в популярных среди сторонников «русского мира» донбасских «Сводках от Стрелкова Игоря Ивановича» появляется запись, снабженная видеофрагментом: «В районе Тореза только что сбили самолет Ан-26, валяется где-то за шахтой «Прогресс» (это как раз под Грабово. — NT). Предупреждали же — не летать в «нашем небе». А вот и видео — подтверждение очередного «птичкопада». Птичка упала за террикон, жилой сектор не зацепила. Мирные люди не пострадали. А также есть еще информация о втором сбитом самолете, вроде бы Су».

Но не пройдет и двух часов, как эта «сводка» исчезнет, оставшись в памяти лишь как первая улика — в ряду десятков последующих.

После того как на лентах мировых агентств сплошным косяком пойдут сообщения о сбитом в небе над Донбассом пассажирском лайнере, ведущая телеканала LifeNews простодушно заметит, что сбит он был, скорее всего, донецкими ополченцами. Потом канал навсегда откажется от этой версии, но слово-то — не воробей…

Тем временем на поле под Грабово появляются небритые мужчины в камуфляже, они долго бродят среди обломков, кто-то вертит в руке чью-то видеокамеру, кто-то — детскую плюшевую игрушку… Они догадаются еще снимать на видео друг друга — потом это видео с их репликами, в которых прорывается неподдельное удивление, обойдет весь мир. Заодно, уже когда начнется международное следствие, обнаружится, что часть вещдоков пропала…

Из расшифровки переговоров донбасских сепаратистов: 
18 июля 2014 года, 08:00

«B»: Доброе утро… !

«A»: Доброе… Ну это вчера… у меня слов нет.

«B»: Шо (что) такое?

«A»: Ну где этот самый? Че он… вчера, товарищ твой, этот... Он вернулся… Непонятные движения какие-то. Шо (что) вчера было? Расскажи.

«B»: Они довели до перекрестка машину, оставили. Пацаны пошли дальше сами.

«A»: Так.

«B»: Всё, машина ушла туда, куда надо. И дошла нормально, всё.

«A»: Я понимаю.

«B»: Там просто начались непонятные звонки, от десяти (10) человек.

«A»: От каких десяти (10)?

«B»: Ну, на его номер начали звонить разные люди, представляться шо (что). То один, то второй, то третий, то четвертый. То говорит, я уже… Потом говорит, сам… начал звонить.

«A»: Ну?

«B»: Представился.

«A»: И он взял и выключил телефон… И мы не знаем, где машина, вообще…

«B»: Машина в России.

Дата и время разговора — 18 июля 2014 года, 08:00. Человек по имени «А» говорит глухим голосом, он явно озабочен и раздосадован. Весь мир уже в гневе. Вскоре, 22 июня, за тысячу километров отсюда, в Кремле, проходит ночное заседание Совета безопасности. Владимир Путин успел уже сделать звонок премьеру Малайзии, куда летел из Амстердама самолет. Ответственность за трагедию Путин сразу же возложил на Украину — это в ее небе, в ее воздушном корридоре все произошло. Кстати, потом этот аргумент окажется единственным, который примет во внимание Совет по безопасности Нидерландов (Dutch Safety Board), проводя параллельное расследование о технических обстоятельствах катастрофы: Украина должна была закрыть для полетов гражданских лайнеров район боевых действий, а Malaysia Airlines — изменить маршрут.

Для получения доступа к полной версии статьи Войдите

Читайте также:

Подписаться
×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.