26 сентября президент Колумбии Хуан Мануэль Сантос и лидер левых повстанцев из организации FARC (Революционные вооруженные силы Колумбии) Родриго Лондоньо по прозвищу Тимоченко подписали историческое соглашение о мире

Церемония была обставлена с большой помпой. В ней участвовали президенты 15 латиноамериканских стран, включая лидеров Кубы, Венесуэлы и Чили, а также госсекретарь США Джон Керри и Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун.

Достижение мира с колумбийскими повстанцами, которые в течение более полувека терроризировали страну, представлено как громадная победа президента Сантоса — ведь до этого ни один из его предшественников не смог положить конец гражданской войне, которая унесла жизни 260 тыс. человек. Но многих латиноамериканцев не покидает чувство тревоги. Что произойдет, когда повстанцы сложат оружие (на это им предоставлено 180 дней), вольются в мирную жизнь и создадут собственную политическую партию?

Опыт включения бывших партизан в политику на континенте есть. Например, в Сальвадоре после 13-летней гражданской войны повстанцы из Фронта национального освобождения имени Фарабундо Марти создали одну из крупнейших фракций в Национальном конгрессе, а в 2009 году их кандидат Маурисио Фунес по прозвищу «Совесть Нации» победил на президентских выборах.

Но в Колумбии сложились другие условия. В этой стране «совесть нации» представляет лидер повстанцев, отличившийся крайней жестокостью и бескомпромиссностью.

Свое прозвище Родриго Лондоньо взял у советского маршала Семена Тимошенко — одного из самых противоречивых полководцев времен Великой Отечественной войны (одни историки уверяют, что он сделал все для победы над фашизмом, другие, что позорно отступил перед натиском Гитлера в 1941 году). Сам Родриго учился когда-то в университете им. Патриса Лумумбы, и для него маршал стал кумиром. Вот только в испанском нет буквы «ш», поэтому пришлось остановиться на «ч».

Проблема в том, что команданте колумбийских повстанцев — не менее противоречивая фигура, чем его советский кумир. Сейчас он в нарядной кубинской рубашке гуаябера подписал мирный договор с Сантосом. Но всего лишь десять лет назад, в мае 2006 года, Тимоченко был заочно приговорен в Колумбии к тюремному заключению сроком на 40 лет за многочисленные убийства и похищения людей. США обвинили его в организации производства и оборота кокаина в Колумбии и предложили награду в $5 млн за любую информацию, способствующую его задержанию. С заключением мира эта оферта, разумеется, перестала действовать.

По примеру Сальвадора колумбийские повстанцы могут создать крупную фракцию в местном конгрессе и даже выдвинуть Тимоченко кандидатом в президенты страны. Многие местные политики, включая бывших президентов Урибе и Пастрану, вполне справедливо опасаются, что левые партизаны, воспитанные в духе Ленина и Мао и имеющие в заначке сотни миллионов долларов, вырученных за счет многолетней торговли наркотиками, могут подмять под себя всю политическую структуру страны — где-то участвуя в выборах, где-то путем подкупа или шантажа. И тогда в Колумбии может возникнуть некое наркогосударство, вроде того, что уже существует в соседней Венесуэле.

Что говорить, занимательное следствие изучения советского опыта, хоть через «ш», хоть через «ч».

Левые партизаны, воспитанные в духе Ленина и Мао и имеющие в заначке сотни миллионов долларов, вырученных за счет многолетней торговли наркотиками, могут подмять под себя всю политическую структуру страны

Читайте также:

Подписаться