16 октября в подъезде собственного дома в Донецке взорвался известный полевой командир Арсений Павлов, более известный как Моторола. Спустя три дня, пока лидеры «нормандской четверки» собирались в Берлине обсудить ход выполнения минских соглашений, тысячи людей пришли на похороны погибшего. The New Times вспомнил, как Павлов прошел путь от работника автомойки до одного из самых известных командиров Донбасса

Первые дни февраля 2015 года. До встречи «нормандской четверки» в Минске еще неделя. В 70 км от Донецка вооруженные силы самопровозглашенных ДНР и ЛНР при поддержке бурят и других российских «отпускников» продолжают бои за Дебальцево. Боец 2-го мотострелкового батальона с позывным "Глыба" ведет нас по окраине занятого несколько дней назад Углегорска. Сам «Глыба» из местных, он енакиевский, в боях за город они потеряли 9 человек. Большую часть погибших уже вывезли, но в одном из частных домов на разбитой снарядами улице Щербакова до сих пор лежит тело украинского солдата. В первые несколько дней после штурма города журналистов, если они не представляли «правильное» СМИ, сюда не пускали. Официальная формулировка: зачистка территории. Но не официально все понимали, что город просто должны покинуть и куда-то переместиться помогавшие ДНР-овцам россияне. Те самые буряты, интервью с одним из которых, танкистом Доржи Батомукаевым, появится через несколько недель в «Новой газете». «Город был уже целиком под нашим контролем, как пару дней назад я просыпаюсь оттого, что на улице стрельба идет, - рассказывает «Глыба». – Выскакиваю из дома, а это «Моторола» со своими людьми приехал и они для «России» снимают кино, как брали город, хотя в момент штурма их тут и не было. С трех дублей управились».

НЕТИПИЧНАЯ ГИБЕЛЬ

На такой странной коллаборации с кремлевскими СМИ, иногда добровольной, а иногда и неплохо оплачиваемой, построил весь свой образ выходец из республики Коми, работавший до войны на ростовской автомойке Арсений Павлов, прославившийся под позывным «Моторола». От никому неизвестного мальчика с камерой GoPro на шлеме, с которой он бегал в Славянске под командованием Игоря Стрелкова, до едва ли не легендарного комбата, на прощание с которым 19 октября в Донецке пришло, как сообщили власти самопровозглашенной республики, едва ли не 50 тыс. человек.

Что именно произошло воскресным вечером 16 октября в подъезде дома, где взорвался Арсений Павлов, достоверно мы вряд ли узнаем. Ни одно из громких и совсем не фронтовых убийств донбасских полевых командиров раскрыто не было. Когда убивали коменданта Первомайска Евгения Ищенко, командира бригады «Призрак» Алексея Мозгового, казачьего атамана Павла Дремова, как и в случае с «Моторолой», - ответственность всегда возлагали на таинственную украинскую ДРГ (диверсионно-разведывательную группу). Ни одного диверсанта, правда, поймано так ни разу и не было.

На первый взгляд, убийство Арсения Павлова логично встраивается в череду загадочных смертей полевых командиров, но принципиальные отличия у этой истории тоже есть. Своевольных командиров до сих пор зачищали в основном в самопровозглашенной ЛНР, где бардака и во время войны, и после нее было всегда значительно больше, чем в Донецке. В ДНР вопросы решались системнее и тише: контролировавшему когда-то Горловку Игорю Безлеру, когда он стал слишком мешать, дали спокойно выехать в Крым, где-то на российской территории продолжает писать свои мемуары в Livejournal комбат «Востока» Александр Ходаковский. Даже Игорь Стрелков, успевший разругаться и со всеми нынешними донецкими властями, и с российской администрацией президента, спокойно продолжает клеймить врагов «Новороссии» в уютном офисе недалеко от метро «Таганская». Арсений Павлов никогда не конфликтовал ни с какими властями, не лез в темные финансовые схемы с поставками донбасского угля в Россию и через линию соприкосновения на украинскую территорию. Условным влиянием он мог обладать исключительно как герои из телевизора, так что военкоры Lifenews теперь, после его смерти, не стесняются рассказывать, что часть сюжетов и стендапов «Моторола» помогал им записывать, отставляя к стенке автомат и беря в руки камеру.

Поскольку на первый взгляд «Моторола» никому и не мешал особо, то все более популярными и становятся слухи, о совсем не криминальном характере прогремевшего 16 октября взрыва. Говорят и о самоподрыве, и о том, что сдетонировать мог снаряд, выброшенный кем-то в проходящий рядом с шахтой лифта мусоропровод. Но если «Моторолу» в итоге все же взорвали, то привели его к такому финалу именно те, кто пишет теперь пламенные некрологи про «Донбасса пламенный мотор». В непризнанных республиках уже давно началось такое время, когда ни журналисты, ни излишне яркие медиафигуры там не нужны. Время битв и сомнительных подвигов кончилось, а в гонке тех, кто спешит быстрее других распилить очередной завод и продать его в Россию, «Моторола», очевидно, был лишним звеном.

ГОНОРАР ДЛЯ ГЕРОЯ

Широкая известность пришла к «Мотороле», когда он со своей «Спартой» принимал участие в битве за донецкий городской аэропорт имени Сергея Прокофьева. Бои за этот стратегически важный в тот момент объект продолжались долгие девять месяцев с мая 2014 года по февраль 2015-го. Арсений Павлов, правда, принимал в них участие не с самого начала. Занимавший до августа 2014 года пост командующего вооруженными силами ДНР Игорь Стрелков о полководческих талантах будущего комбата отзывался в своих воспоминаниях достаточно скептически. В середине июня 2014 года «Моторола» был назначен Стрелковым командиром пулеметно-противотанковой роты, но, выдвинувшись на боевые позиции и столкнувшись с украинскими БМП, растерял всех подчиненных и вернулся один, за что был обратно понижен до «взводного». В июле Павлов уснул за рулем БТРа, въехал на полной скорости в лесопосадку и с многочисленными переломами уехал лечиться в Крым. И лишь в августе, когда Стрелков был вывезен из Донецка в Россию, «Моторола» возглавил наконец свой батальон, оказался на позициях под донецким аэропортом и стремительно стал превращаться в звезду российской официальной пропаганды.

«Спарта» и «Сомали» во главе с другим небезызвестным комбатом «Гиви» обстреливали позиции засевших в аэропорту украинских десантников, а штаб их находился рядом с так называемой «девяткой» - едва ли не единственном многоэтажным зданием в этом окраинном, примыкающем к аэропорту районе Донецка, застроенном в основном частными домиками. Миновать «девятку» не мог ни один журналист, собиравшийся сделать репортаж о боях за аэропорт. Добросить до этого крайнего блокпоста могли и особо отчаянные таксисты, но дальше на позиции ехать надо было уже в сопровождении военных и получив их одобрение на это.

Возможность монетизировать свои боевые позиции Арсений Павлов понял достаточно быстро. Ни для кого не было секретом, что «Моторолу» помимо дружбы с прокремлевскими журналистами, о которой они вспоминают теперь в прощальных текстах, связывали и гонорары по $500 за каждый эксклюзивный репортаж из ДАП. Уже не сам «Моторола», а бойцы его подразделения могли бегать по позициям все с теми же GoPro на шлемах, снимая эксклюзивные кадры, а командир «Спарты» дополнительно обеспечивал эту эксклюзивность тем, что не пускал в аэропорт всех других представителей СМИ. Приехавшие к «девятке» и не согласованные с «Моторолой» и «Гиви» коллеги легко могли получить автоматную очередь поверх голов: так не славившийся дипломатичностью командир давал понять, что им тут совсем не рады.

ФИНАЛ КАРЬЕРЫ

Не стесняясь камеры, Арсений Павлов мог расспрашивать котенка, нравится ли ему на вкус «мертвые укропы». Сидя где-то на завалинке, они с «Гиви», смеясь, записывали матерные обращения к украинским защитникам аэропорта, которых дома за стойкость прозвали «киборгами». А когда в январе 2015 года в СМИ появилась информация о том, что «Моторола» лично расстрелял попавшего в плен украинского военнослужащего Игоря Брановицкого, то командир «Спарты» заявил под запись корреспонденту Kiyv Post: «Да мне *** вообще, в чём меня обвиняют, веришь на ***? Я 15 пленных расстрелял. Без комментариев. Хочу убиваю, хочу — нет». Это было уже откровенным перебором, так что «Мотороле» потом пришлось открещиваться от такого признания. Однако у исследователей Amnesty International, работавших в зоне донбасского конфликта, есть как минимум пять свидетелей, подтвердивших убийства «Моторолой» пленных.

После заключения вторых минских соглашений и окончания горячей фазы войны сюжеты о «Мотороле» появлялись все реже. Вместе со всеми другими, прежде автономными батальонами, он был вынужден влиться в единый корпус Минобороны ДНР, хотя до последнего дня его бойцы старались подчеркивать свою особенность. Последнее время бойцы Павлова воевали в основном на так называемом южном или приморском участке фронта, занимая позиции в Широкино. Но погибнуть на фронте «Мотороле» было не суждено.

По-своему символично, что после взрыва в лифте, в России, гражданином которой Арсений Павлов оставался, о судьбе популярного героя телесюжетов предпочли особо не думать: возвращаться тело для похорон на родину никто не стал.

Фото: День ТВ / DenTVinform Official Stream

Читайте также:

Подписаться