Фиделю Кастро исполняется 90 лет

В одной из своих речей, произнесенных три с половиной десятилетия назад Кастро сказал, что в «кубинской революции никогда не было культа личности». И действительно, на острове не найдешь ни одного памятника Фиделю и даже ни одного его мраморного бюстика на столе партийного бюрократа. Но ему это и не нужно было: как говорит один из диссидентов и бывших политических заключенных Себастьян Аркос, «Фидель Кастро — это и есть сама кубинская революция. Живучесть этой революции, ставшей национальным бедствием Кубы, связана с живучестью самого Фиделя».

«Скоро я буду там, где все»

Впрочем, вполне возможно, что Кастро отмечает в этом году обычный день рождения, а не юбилей. Многие историки утверждают, ссылаясь на достоверные источники, что на самом деле он родился в 1927 году, и сейчас ему исполняется 89 лет. Просто его отец Анхель Кастро изменил год в свидетельстве о рождении, чтобы сын смог соответствовать возрастным требованиям для поступления в начальную школу в городе Белен, на северо-востоке страны, где жила семья.

Но 89 или 90, а вся страна отмечает день рождения вождя как национальный праздник. В его честь еще с начала года демонстрируются документальные фильмы, публикуются книги, произносятся речи, проводятся концерты. Самым большим событием 13 августа станет в Гаване представление сводного хора мальчиков.

В последний раз Кастро появился на публике в апреле этого года, во время последнего дня работы VII съезда Компартии. Там он произнес, сидя в инвалидном кресле, небольшую речь, которую на Кубе восприняли как прощальную — многие женщины в зале плакали, слушая ее. «Скоро я будут там, где все, — сказал он. — Это, может быть, последний раз, когда я выступаю в этом зале».

Биографы Кастро любят повторять, что кубинский лидер пережил в общей сложности свыше 600 покушений, которые организовали против него американские спецслужбы. Однако бывший руководитель латиноамериканского отдела ЦРУ Брайан Лателл утверждает, что его предшественники в этом ведомстве в начале 1960-х годов предприняли «всего две-три попытки» убить Фиделя Кастро и все они «были далеки до достижения цели».

Как бы то ни было, по словам бывшего члена охраны Фиделя Энрике Гарсия, в годы наибольшей конфронтации с США армия телохранителей лидера достигала 10 тыс. человек.

Десять лет на больничной койке

Эксперты, между тем, отмечают в эти дни две даты —юбилей Кастро и 10-летие его ухода с поста президента Кубы, которое произошло накануне 80-летия команданте. В конце июля 2006 года у него произошло сильное кровоизлияние в кишечнике, и он оказался в одном шаге от смерти. В течение полутора месяцев врачи сделали ему несколько операций. Результатом стала потеря полметра кишок, установление искусственного ануса и вынужденное расставание с властью. С тех пор нация видит его в ставшем традиционным спортивном костюме «Адидас», в кровати или в инвалидной коляске.

Оглашая решение об отказе от всех высших государственных постов, Фидель Кастро в 2006 году оставил трех преемников, которые должны были руководить важнейшими стратегическими направлениями развития страны. Во главе Кубы встал его брат Рауль Кастро (он моложе Фиделя на 5 лет) — его обязанностью было удержание власти, контроль над армией, полицией, разведывательными и контрразведывательными органами, которые насчитывали 350 тыс. человек.

Зампреду госсовета Карлосу Лахе доверялась экономика, что предполагало в первую очередь поддержание крайне выгодных отношений с правительством Уго Чавеса. Министр иностранных дел Фелипе Перес Роке должен был проводить энергичную дипломатию на мировой арене.

Оглашая решение об отказе от всех высших государственных постов, Фидель Кастро в 2006 году оставил трех преемников, которые должны были руководить важнейшими стратегическими направлениями развития страны

Однако воля лидера выполнена не была. Рауль взял всю власть в свои руки и поспешил избавиться от конкурентов — и Лахе, и Роке. Оба остались, что называется, без выходного пособия: Лахе, врач по образованию, сейчас работает в педиатрической клинике Гаваны, а Роке трудится инженером в небольшой строительной компании. Ключевые посты в кубинской экономике заняли члены клана Рауля — его сын Алехандро Кастро Эспин и зять Луис Родригес.

Якорь у идущего корабля

Является ли Рауль полностью независимым лидером, или он вынужден по каждому своему шагу консультироваться со старшим братом?

«Рауль не осмеливается выйти за рамки, которые установил для него Фидель, — замечает в разговоре с NT известный кубинский оппозиционер Карлос Альберто Монтанер. — Он парализован, как кролик перед удавом, и каждый раз пытается догадаться о том, что скажет команданте по поводу его очередной реформы. А реформы Рауля на самом деле — лишь обновленная версия изменений, которые Фидель приказал провести в жизнь еще в   1990-е годы, после прекращения масштабного субсидирования Кубы со стороны Москвы».

С этим выводом, впрочем, далеко не все согласны. Как пишет The New York Times, «Кастро-старший отмечает свой юбилей в другой стране, чем была та, которой он привык править: сотни тысяч кубинцев сейчас заняты в частном бизнесе, они продают и покупают автомобили и дома, путешествуют в интернете на своих мобильных телефонах».

Куба оказалась в интересной ситуации. Рауль Кастро, как к этому ни относись, шаг за шагом, кирпичик за кирпичиком демонтирует здание казарменного социализма, которое в течение 47 лет строил Фидель. Но при этом явное или неявное присутствие старшего брата резко замедляет темпы реформ. «Я не думаю, что Фидель был счастлив от резкого сближения с Соединенными Штатами, — говорит Брайан Лателл. — Он всегда настаивал на полной отмене американского экономического эмбарго и возвращения Кубе базы в Гуантанамо в качестве условия восстановления дипломатических отношений. Фидель — это якорь, сброшенный в воде плывущим кораблем».

Рауль Кастро, как к этому ни относись, шаг за шагом, кирпичик за кирпичиком демонтирует здание казарменного социализма, которое в течение 47 лет строил Фидель. Но присутствие старшего брата резко замедляет темпы реформ

Еще один коллапс

Между тем Рауль Кастро сейчас вынужден решать те же самые проблемы, с которыми столкнулся Фидель в начале 1990-х. Тогда сворачивание всех экономических связей с Россией обрушило кубинскую экономику, погрузив в страну в «каменный век»: из-за нехватки топлива в стране перестали летать самолеты и ходить машины, на поля вышла тягловая сила в виде когда-то импортированных из Канады быков, а миллионы кубинцев ограничили свой рацион рисом и фасолью. Эти годы были названы «особым периодом», и продолжался он до конца 1990-х, когда к власти в Венесуэле не пришел новый друг и спонсор кубинского режима — Уго Чавес.

С начала «нулевых» Венесуэла почти полностью взяла на себя энергетическое обеспечение острова: от 100 до 120 тыс. баррелей нефти в день позволяли кубинцам освещать города и в определенном режиме держать обороты своего экономического двигателя. Каракас щедро платил и за пребывание у себя тысяч кубинских медиков, что позволяло Раулю слегка насытить рынок продовольствием. 

Но сейчас сама Венесуэла оказалась на грани коллапса. Сохранявшиеся субсидии идут под нож. «Похоже, что мы опять приговорены к тому, чтобы вернуться в Cредневековье, — пишет главный редактор независимой кубинской газеты «14 с половиной» Йоани Санчес. — На лицах моих соотечественников опять печать голода». По мнению Санчес, венесуэльская катастрофа будет иметь один результат на Кубе — массовый исход кубинцев, особенно людей молодого возраста: «Кто может убедить их в том, что их страну ждет светлое будущее?»

Гавана, март 2016 года

Главные надежды кубинцев связаны с развитием иностранного туризма и возросшими после отмены администрацией Барака Обамы ряда запретов — в частности, на денежные переводы на остров от проживающих во Флориде родственников: это — чуть ли не главная статья дохода Кубы. О том, что когда-то остров зарабатывал деньги за счет продажи сахарного тростника, никеля, рома и habanos puros —знаменитых гаванских сигар — все уже успешно забыли.

Уход Кастро — смерть системы?

Мнения наблюдателей в отношения будущего Кубы после ухода Фиделя также сильно разнятся. «Когда оба брата уйдут, это будет периодом капитуляции и позора тех, кто выстроил эту систему, — убежден Карлос Альберто Монтанер. — Массовая эмиграция кубинцев — свидетельство их неверия в то, что режим улучшится, что у коммунистов будет достаточно сил, чтобы продолжать прежний курс. Начнутся торжественные похороны, и найдутся люди, которые спросят: «Кого мы хороним?» И ответ будет: «Мы хороним систему».

Но далеко не все убеждены в скорой гибели строя. Кубинские диссиденты говорят о годах правления Фиделя Кастро как о диктатуре, а не как революции, но при этом считают, что власть сохранится в руках семейной династии. «Мы являемся свидетелями продолжения саги о Кастро и вынуждены признать, что кастровская семья достаточно приспособлена, чтобы и дальше держать штурвал управления в своих руках», — пишут диссиденты Адриан Соса и Антонио Родильес.

Начнутся торжественные похороны и найдутся люди, которые спросят: «Кого мы хороним?» И ответ будет: «Мы хороним систему»

Но как ни крути, а режим «после Кастро», видимо, будет совсем другим — без многолетних фантазий, сумасшедших экспериментов и безграничного авантюризма лидера, покорившего когда-то страну.

Фото: Zuma\TASS 

Читайте также:

Подписаться