Ну вот, кажется, и все: как и предсказывал The New Times еще в августе в репортажах с партийных конвенций в Кливленде и Филадельфии, победитель президентской гонки-2016 определился по итогам телевизионных дебатов чуть меньше, чем за три недели до выборов 8 ноября. Если, конечно, ничего не случится. Чего исключить тоже нельзя

Клинтон

Хиллари Клинтон появилась на сцене университета штата Невада в Лас-Вегасе в ослепительном белом брючном костюме от Ralph Lauren ($2200, если верить модным американским журналам) с пиджаком, застегнутым на большие белые пуговицы под горло, — весьма отдаленно, но все же напоминающим военный френч. Брючные костюмы практически ее униформа (благородный сине-голубой с белыми отворотами и белой блузкой — на вторых дебатах, чуть простоватый красный на первых — тоже были от Lauren, хотя во время кампании она появлялась в пиджаках и других известных брендов с ценниками до $12 300 (Армани). Было видно, что для своего последнего телевизионного сражения с Трампом она выбрала имидж дорогой, ухоженной, знающей себе цену женщины — не только имеющей достаточный политический опыт, чтобы принять на себя полномочия верховного главнокомандующего (отсюда — пиджак-френч), но и готовой ответить на вызов обожающего себя бонвивана, уверенного, что любая женщина — его, его — по праву миллиардного состояния и телевизионной популярности. В тоне, в повороте головы, в выражении лица Клинтон проскальзывало легкое презрение, едва улавливаемая брезгливость к человеку, претендующему на Овальный кабинет Белого дома и — не способного держать ширинку застегнутой, а руки при себе: в преддверии дебатов целый ряд американок совершили камингаут, рассказали о личном опыте, связанном с сексуальной несдержанностью Трампа.

Карикатура из журнала The New Yorker. Фото: Benjamin Schwartz/The New Yorker

В ТОНЕ, В ПОВОРОТЕ ГОЛОВЫ, В ВЫРАЖЕНИИ ЛИЦА КЛИНТОН ПРОСКАЛЬЗЫВАЛО ЛЕГКОЕ ПРЕЗРЕНИЕ, ЕДВА УЛАВЛИВАЕМАЯ БРЕЗГЛИВОСТЬ К ЧЕЛОВЕКУ, ПРЕТЕНДУЮЩЕМУ НА ОВАЛЬНЫЙ КАБИНЕТ БЕЛОГО ДОМА И — НЕ СПОСОБНОГО ДЕРЖАТЬ ШИРИНКУ ЗАСТЕГНУТОЙ, А РУКИ ПРИ СЕБЕ

Практически каждая женщина хотя бы раз в жизни пережила эти потные руки, это собачье дыхание, это наваливающееся тело, а потому — глядя на Трампа — видела того, которого не сумела с себя снять и от которого потом долго отмывалась в душе, давя слезы злости и омерзения и воображая, как найдет, и — наотмашь. Хиллари и била его наотмашь: пора-зительно, но это торжество сатисфакции — оно передавалось через экран и вызывало восторг: «Ах, молодец, ну, еще его, гниду, еще!» Она была обречена победить, и она это сделала: умно, стильно, даже с некоторым шиком. Кстати, ни в начале дебатов, ни в конце их Клинтон руки Трампу так и не подала.

 

Трамп

Кандидат от республиканцев, в отличие от предыдущих дебатов, выглядел так, как будто его проткнули иголочкой, — энергия, что была, куда-то ушла. Все тот же костюм от Бриони ($7000), тот же красный галстук, слегка подкрашенные хной, уложенные в подбой волосы — но Трамп даже казался ниже ростом. Нет, он отвечал на вопросы ведущего («судьей» на дебатах был ведущий консервативного канала Fox News Крис Уоллес, зарегистрированный демократ), перебивал (37 раз, Клинтон — 9, против 51 — в ходе первых дебатов, Клинтон — 18), даже атаковал, но скорее по роли, по необходимости: как боксер, который знает, что бой уже проигран, но в угол уйти еще нельзя. Если на первых дебатах Трамп вел себя как самоуверенный тинейджер, надменно решивший, что все и так знает лучше других, а потому готовиться к вопросам не надо, — и тот раунд он вдребезги проиграл, то на вторых дебатах он принял стойку стейтсмена, государственного человека, с опытом, со взглядами, с позицией — пусть она многим и была чужда. И хотя опросы показали, что и второй раунд Клинтон тоже выиграла (53% против 37%), субьективно ее преимущество было мало ощутимо — скорее ничья. Впрочем, фраза Трампа о том, что если он выиграет выборы и станет президентом, то «она» (Клинтон) отправится за решетку, заставила покривиться даже его сторонников: практически все американские СМИ писали, что «сажать политических оппонентов» — это практика авторитарных правителей (и кивали в сторону Кремля).

Третий раунд Трамп должен был выигрывать нокаутом: к 19 октября Клинтон по всем опросам лидировала с отрывом плюс-минус 7%. Но то ли вал разоблачений в СМИ (Трамп назвал медиа «пятой колоной»), то ли усталость — все-таки ему 70, то ли он вдруг сказал себе: «А на черта мне сдался этот Белый дом?» (так де-факто в свое время отказывались от власти и Зюганов, и Явлинский), но в Лас-Вегасе он, казалось, буквально заставлял себя сопротивляться. Лишь однажды в Трампе по-настоящему взыграла кровь: когда Клинтон дежурно обвинила Россию и Путина в кибератаках на американские сайты и институты и назвала оппонента «марионеткой Путина», Трамп бросился Путина защищать. Эта лояльность миллиардера к президенту другой, во многом враждебной сейчас США державы, поражает прежде всего своим постоянством. За время президентской кампании Трамп менял свои взгляды практически по всем ключевым вопросам: журналисты телеканала NBC подсчитали, что по проблеме нелегальной эмиграции (в США 11 млн людей не имеют документов, позволяющих находиться на территории страны), Трамп 18 раз поменял свою позицию — от жесткого «все на выход» до — «можно подумать о гражданстве для них»; 15 раз Трамп корректировал и свой взгляд на «мусульманскую проблему» — от безусловного ограничения на въезд всем людям, исповедующим ислам, до — «только из некоторых стран». И лишь в одном он неизменен — в своем обожании Путина, к которому он относится скорее как младший — к старшему: «Путин всех вас (президента Обаму и Клинтон в бытность ее госсекретарем. — NT) раз за разом переиграл», — объяснил он на дебатах. И даже те, кто не склонен верить в конспирологические теории, начинают задаваться вопросом: что такое кремлевские гонцы могли пообещать Трампу (вариант: чем могли так напугать?), что заставляет последнего постоянно декларировать свою лояльность Путину?

19 октября в университете штата Невада в Лас-Вегасе прошли третьи и последние дебаты между кандидатами в президенты США. Фото: Patrick Semansky/AP/TASS, AP/Fotolink/East News

Казус Brexit

Если судить по последним опросам, то 8 ноября Клинтон будет праздновать победу. Индекс RCP (realclearpolitics.com), основанный на анализе 11 различных национальных опросов, дает Клинтон преимущество в 6,4%.

Популярный блог Five Thirty Eight* считает, что вероятность победы Клинтон составляет 86,9%. В пользу Клинтон склоняются и штаты-свингеры, то есть территории с нестойкой партийной привязанностью (сегодня голосуют скорее за республиканцев, завтра — скорее за демократов), но имеющие большое число голосов выборщиков (число выборщиков соответствует числу представляющих штат в федеральном парламенте конгрессменов и сенаторов): например, если еще месяц назад Флорида на электоральной карте была выкрашена в красный цвет — цвет республиканцев, то сейчас там лидирует Клинтон, Огайо балансирует на грани, Пенсильвания, Северная Каролина, Мичиган свой выбор в пользу кандидата от демократов уже сделали. «Похоже, Клинтон вчера с Трампом покончила», — написал Нэйт Силвер (Nate Silver), основатель Five Thirty Eight, на следующий день после дебатов в Лас-Вегасе.

Все так. Но есть одно «но», о котором теперь неизменно напоминают английские журналисты: за несколько дней до референдума в Великобритании абсолютное большинство квалифицированных наблюдателей утверждало, что англичане конечно же проголосуют за то, чтобы остаться в Европейском союзе. Проголосовали они, как известно, ровно наоборот.

Существует целый ряд факторов, которые не укладываются ни в социологические опросы, ни в вероятностные схемы.

Первое: согласно всем опросам, Клинтон забирает бóльшую часть женских голосов, причем последние данные свидетельствуют, что Трамп теряет даже среди белых замужних дам — традиционного электората республиканцев. Гендер дает Клинтон преимущество чуть ли не в 15 процентных пунктов. Однако известно и другое: когда супруги приходят к избирательным урнам — особенно в американской глубинке, женщины, как правило, согласовывают свой выбор с мужем, которому и принадлежит последнее слово.

Второе: меньшинства, афро- и латиноамериканцы, равно как и американские индейцы, согласно опросам, выбирают Клинтон: среди афроамериканцев за нее готовы голосовать 87%, латинос — 75%. Одна беда: требуются особые усилия, чтобы они пришли к избирательным урнам: Обаме в 2008-м и 2012-м это удалось, удастся ли Клинтон — вопрос.

Наконец, социологи опасаются, что люди просто лгут, отвечая на их вопросы: значительно больше людей, чем отражают цифры, склонны поддержать Трампа просто потому, что они боятся исламского терроризма или не хотят, чтобы их налоги уходили на эмигрантов, просачивающихся свозь дырявую границу в Аризоне. Риторика Трампа — дурной тон для среднего класса, живущего на побережьях, но тайна голосования в закрытой от чужих глаз избирательной кабинке может помочь побороть смущение и, морщась и кривясь, поставить свою галочку напротив фамилии Trump.

И ДАЖЕ ТЕ, КТО НЕ СКЛОНЕН ВЕРИТЬ В КОНСПИРОЛОГИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ, НАЧИНАЮТ ЗАДАВАТЬСЯ ВОПРОСОМ: ЧТО ТАКОЕ КРЕМЛЕВСКИЕ ГОНЦЫ МОГЛИ ПООБЕЩАТЬ ТРАМПУ (ВАРИАНТ: ЧЕМ МОГЛИ ТАК НАПУГАТЬ?), ЧТО ЗАСТАВЛЯЕТ ПОСЛЕДНЕГО ПОСТОЯННО ДЕКЛАРИРОВАТЬ СВОЮ ЛОЯЛЬНОСТЬ ПУТИНУ

9 ноября

Однако даже если выборы пройдут согласно нынешним предсказаниям социологов, совершенно не ясно, чего ждать от электората Трампа — а это по большей части белые голубые воротнички — в случае его проигрыша.

На прямой вопрос, заданный Трампу на дебатах: «Признает ли он результаты выборов?», кандидат республиканцев ответил: «Придет время — решу». «Это страшно», — прокомментировала Клинтон, памятуя вторую поправку к Конституции США, которая дает американцам право владеть оружием. А что, если они это оружие возьмут в руки и по призыву Трампа выйдут на улицы городов? Именно поэтому закон американских выборов любого уровня — как только становятся известны результаты, проигравший тут же публично признает свое поражение. Сделает ли это Трамп, учитывая его любовь к эпатажу, вопрос.

Еще куча неизвестных связаны с выборами в Конгресс, которые также пройдут 8 ноября. Тут вопрос стоит так: утянет ли Трамп Республиканскую партию за собой, и если да, то насколько глубоким будет это падение? Если верить сегодняшним опросам и Клинтон победит с отрывом в 5–6%, то демократы возвратят себе контроль за верхней палатой, Сенатом, но республиканцы оставят за собой Палату представителей. Однако если Трамп оглушительно проиграет и Клинтон победит с отрывом в 15%, то не исключено, что демократы получат и полный контроль над Конгрессом. Что, конечно, позволит выйти из тупика, в котором находился Обама на протяжении практически всего его второго президентского срока: когда республиканский Конгресс, к тому же контролируемый консерваторами из Tea Party, ставил рогатки на пути любых инициатив Белого дома, — в результате Обама был вынужден принимать важнейшие для нации решения посредством указов, а не законов (а на каждый указ есть отменяющий указ нового президента). Однако есть и оборотная сторона медали, когда и исполнительная власть, и законодательная контролируются одной партией: история показывает, что все войны США начинали в условиях однопартийной федеральной власти. Нам ли эти угрозы не понимать.

* 538 — таково число выборщиков, которое в свою очередь, соответствует сумме депутатов национального Конгресса: 435 членов палаты представителей плюс 100 сенаторов и три выборщика от округа Колумбия, где находится столица США, Вашингтон.

Читайте также:

Подписаться
×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.