Главным результатом парламентских выборов в Нидерландах принято считать поражение национал-популиста Герта Вилдерса и общую победу правоцентристского лагеря. Действительно, многие голландцы не скрывают удивления тем, что левоцентристская Партия труда потеряла 29 мест в 150-местном парламенте (нижняя палата), поставив абсолютный антирекорд в голландской истории. Да и в целом левый лагерь, несмотря на успех «зеленых», потерпел серьезное поражение. Однако самый важный сигнал, который послали Европе и миру голландские выборы, — они прошли при очень высокой явке — 82%! — все же в другом: мощная право-популистская волна в Европе, спровоцировавшая разговоры о возможном распаде ЕС, разбилась о мощный волнорез. И теперь, возможно, пойдет на спад

Вздох облегчения

Ультраправая национал-популистская Партия свободы (PVV) 53-летнего Герта Вилдерса (см. интервью Вилдерса), прозванного «Моцартом» за пепельный цвет волос, номинально выступает против ислама (Вилдерс призывает закрыть все мечти в стране, где проживает почти 1 млн мусульман — примерно 5% населения, и свернуть имиграцию из мусульманских стран) и евроинтеграции. Номинально — потому что в реальности она не имеет развернутой программы. Ее предвыборная платформа уместилась на одном листе бумаги, тогда как остальные партии предложили избирателям в буквальном смысле целые путеводители. Тем не менее партия Вилдерса лидировала в опросах большую часть времени, начиная с октября 2015 года. А в январе 2016-го Вилдерс и вовсе получал рекордные 22,7% поддержки. Однако за три месяца 2017 года действующему премьер-министру Марку Рютте удалось спасти положение. Несколько спорных заявлений о беженцах и общих культурных нормах, выдворение турецкого министра, пытавшегося провести в стране митинг в поддержку затеянной Реджепом Эрдоганом конституционной реформы, а также позиционирование себя как единственного борца с популизмом и добросовестного труженика сделали свое дело: у возглавляемой Рютте либеральной Народной партии свободы и демократии (VVD) вновь первое место, пусть и с меньшим (33 депутатских места вместо прежних 41), чем пять лет назад, результатом.

В то же время электорат национал-популистов, как замечает политолог из Утрехтского университета Марк Бовенс, в количественном отношении не вырос, несмотря на улучшенные по сравнению с 2012 годом результаты (20 мест в парламенте вместо 15). Это означает, что Вилдерс, который последние 10 лет живет под усиленной охраной из-за угроз со стороны радикал-исламистов, а члены его партии по тем же причинам не регистрируют свое членство, вряд ли станет, как он обещал, собирать подписи для проведения референдума о выходе Нидерландов из ЕС. А ведь идея такого референдума была его главным риторическим оружием.

Несмотря на то что большинство голландцев не поддерживают выход из ЕС, среди экспертов и политиков были опасения, что, будь референдум запущен, он стал бы очередным после Brexit звеном в развале ЕС. Возможный уход Нидерландов уже даже получил свое название — Nexit. К тому же победа радикальной Партии свободы стала бы для Брюсселя чудовищным стартом важного избирательного сезона — в апреле президентские выборы во Франции, осенью — парламентские в Германии — в Европе, зажатой после победы на выборах в США Дональда Трампа в тиски неопределенности.

  Марк Рютте выступает перед своими своими сторонниками после объявления предварительных результатов парламентских выборов, Гаага, 15 марта 2017 года. Фото: imago stock&people/Imago/TASS

Так или иначе после 15 марта ситуация для еврооптимистов меняется в лучшую сторону.

«С экономикой все хорошо»

Теперь Марку Рютте предстоит сформировать коалицию, в которую войдет правоцентристская Партия христианских демократов (CDA), центристы из партии «Демократы-66» (D66), склоняющиеся вправо в вопросах экономики, а также еще минимум 5 депутатов.

Если основным избирателем D66 была молодежь, в том числе и крупных городов, то за CDA и VVD голосовали в основном пожилые и консервативно настроенные жители по всей стране. Одна из них, 67-летняя Анна, объяснила свой выбор так: «Я — исключительный, стопроцентный либерал. Что касается VVD, то это хорошая партия, она всегда заботилась о нашей экономике, им всегда это удавалось, и последние пять лет — не исключение. Я всю жизнь голосую за VVD, и моя семья тоже, все за VVD».

С ней согласилась Анита, голосовавшая на участке в амстердамском доме престарелых. Ей 76 лет, она родом из Фрисландии: «Я проголосовала за VVD; во-первых, она всегда была моей партией, а во-вторых, мне кажется, что VVD (не без помощи партнеров, конечно, но все же) хорошо работала последние пять лет! У меня с экономикой все хорошо».

С экономикой действительно все в порядке не только у Аниты: безработица в Нидерландах составляет 5,3% — один из самых низких показателей в ЕС; ВВП растет более чем на 2% в год, а его абсолютный показатель выводит крохотные Нидерланды на 15-е место в мире, и все это — при одном из самых высоких в мире уровней занятости part-time.

Очень многопартийная демократия

Кстати, ожидания успеха Вилдерса мотивировались — как в голландской, так и в международной прессе — помимо прочего, растущей популярностью малых партий, отнимающих электорат у опытных игроков. И действительно, от одного до пяти депутатских мест по итогогам выборов 15 марта получили не только уже обосновавшиеся в парламенте пятью годами ранее Партия защиты животных (PvdD) или Партия пенсионеров (50+), но и откровенно национал-популистское движение «Форум для демократии» (его возглавляет бывший журналист Тьери Бодэ), чего не ожидал почти никто. На крайне левом фланге возникла платформа под названием «Думай» (Denk), чьи основатели — экс-лейбористы турецкого происхождения — предлагают создать в стране национальный реестр расистов. Впрочем, эту идею голландская пресса уже сочла, мягко говоря, сомнительной — особенно для страны, чья культура и историческая память носят на себе рубцы от той легкости, с которой нацисты во время Второй мировой войны вычислили по соответствующим «реестрам» голландских евреев.

Однако у подобных партий, как выяснилось, тоже хватает избирателей. Например, 42-летняя Фатима, голландка турецкого происхождения, одетая в паранджу, выбрала именно «Думай»: «Я проголосовала за «Думай», потому что считаю, что они принесут много перемен, и такая партия нужна Нидерландам, не только мне».

Или вот 24-летняя Маарче, студентка театральной академии, проголосовавшая на участке в южном Амстердаме, хоть и выбрала Партию для животных, руководствовалась примерно той же логикой: «Перемены ведь начинаются с малого. На самом деле Партия в защиту животных — она ведь не только о животных, у них очень много сильных сторон, те же вопросы энергетики, изменения климата».

Впрочем, далеко не все из 13 прошедших в парламент (более трех десятилетий их было минимум 9) партий возникли в последние годы. Например, «Христианские демократы», которые точно войдут в коалицию, присутствовали в каждом голландском правительстве с 1918 по 1994 год, и нынешний результат — скорее надежда на возрождение после серии поражений.

«Демократы 66» — тоже движение с более чем полувековой историей, сыгравшее в нидерландской политике значительную роль и давно и твердо стоящее на центристских позициях, склоняясь вправо в вопросах экономики и влево — в социальных делах и этических проблемах, например, оно поддерживает эвтаназию.

«Зеленых Левых» (одержавших победу в Амстердаме) тоже нельзя назвать новичками: партия основана в 1989 году и уже несколько созывов заседает в парламенте, а в области энергетики ее программа более чем актуальна: у Нидерландов, вопреки расхожему представлению, дела с зеленой энергией обстоят хуже, чем в остальных странах ЕС: лишь 6% поступает из возобновляемых источников.

Социалисты, как и остальные «старые левые партии» по всей Европе, остались примерно на том же уровне, что и во время прошлых выборов. В коалицию они, вероятно, не войдут, так как твердо отказались работать с либералами из партии Рютте. Но несмотря на наличие опыта у всех партий (за исключением партии Вилдерса), преодолевших барьер в 6%, работа нового парламента, безусловно, будет непростой, а коалиция — трудной. Что пока объединяет все «системные партии», так это отказ формировать коалицию с партией Вилдерса.

Левые тоже в проигрыше

Еще один важный результат выборов — общее поражение левого лагеря. Исключение составили разве что «Зеленые Левые» (GL), чей лидер, энергичный 30-летний Йесси Клавер, перенявший ораторские приемы Барака Обамы, — среди фаворитов этой кампании: если на прошлых выборах его партии досталось 4 места, то в этот раз он был готов бороться даже за премьерское кресло. В остальном же левый блок потерял 24 места в парламенте. Это значит, что если партия Клавера в итоге не войдет в коалицию, то в будущем правительстве практически не будет сколь-нибудь ощутимых антиамериканских настроений (хотя D66 и выступает за закрытие базы в Гуантанамо), традиционно присущих голландским левым.

Столь крупное поражение левых примечательно еще и тем, что многие в Нидерландах по-прежнему голосуют за одну и ту же партию всю жизнь. Так, например, поступила студентка из Амстердама 27-летняя Марлейн Постма. На вопрос, почему она голосовала за Партию труда, а не за идейно близких к ней «Зеленых Левых», Марлейн ответила так: «Я с «зелеными» не так совпадаю. Например, они хотят повысить налог на мясо, но по-моему это только ударит по бедным людям: хочешь что-то сделать с биоиндустрией — меняй индустрию, но не делай мясо предметом роскоши!»

А вот голландец марокканского происхождения 50-летний Мустафа, инженер из преимущественно мусульманского квартала на востоке Амстердама, проголосовал за «Заленых Левых»: «Они поддерживают иммиграцию, иммигрантов, они помогают с законами и будут следить за тем, чтобы всем доставалась столько благ, сколько положено по закону».

Доля России

Что практически отсутствовало в предвыборной повестке-2017 — так это внешняя политика. И после выборов, после того как будет сформирована новая правящая коалиция, резких кренов во внешнеполитическом курсе страны не предвидится. И уж чего точно не будет — так это пересмотра отношений с Россией, главные раздражители в которых хорошо известны. Все ведущие партии согласны в том, что ответственность за катастрофу рейса MH17 в июле 2014 года, в результате которой погибли 298 человек, в их числе — 193 подданных Нидерландов, лежит на Москве. И только Вилдерс повторяет, по сути, кремлевскую риторику, призывая дождаться публикации третьего по счету доклада комиссии по расследованию причин катастрофы, в котором будут названы имена ответственных за это преступление*.

* Первый доклад установил, что запуск был произведен из ракетного комплекса «Бук», второй показал, что пусковая установка пришла с территории России.

 

Читайте также:

Подписаться
×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.