Получится ли у новоизбранного президента США реализовать предбвыборные лозунги, кого он наберет в свою команду и сумеет ли, как обещал в ходе кампании, «поладить с Путиным» — The New Times обратился за разъяснениями к научному руководителю Института США и Канады РАН, академику Сергею Рогову

Результаты президентских выборов в США — это отражение кризиса глобализации в ее нынешней, западной модели, которая, вопреки первоначальным ожиданиям, дала огромные выгоды развивающимся рынкам, прежде всего Китаю, и в то же время сильно подточила позиции среднего класса в США и Европе. А ведь средний класс — основа стабильности политической системы в любой высокоразвитой стране. Если его вера в завтрашний день подточена, если его представители начинают осознавать, что они живут хуже старшего поколения, а дети будут, видимо, жить даже хуже их самих, — неумолимо возникают Марин Ле Пен и brexit. В этом же списке — и Дональд Трамп, миллиардер, популист, а теперь и президент сильнейшей страны мира…

Первым предвестником бури, разразившейся сейчас в США, было «Движение чаепития» (Tea Party Movement), возникшее в 2009-м на волне Великой рецессии 2008 года, когда белый средний класс в США впал в истерику: налоги растут, рабочие места, если и создаются, то, в основном, в низкооплачиваемом секторе, да и там — все острее конкуренция с иммигрантами, приток которых ежегодно исчисляется уже шестизначными цифрами… Трамп не просто перенял эстафету у «Движения чаепития» — он сумел стать единственным выразителем чаяний белого среднего класса и «синих воротничков». В ходе кампании он использовал агрессивную право-популистскую риторику. Но каковы настоящие убеждения Трампа, который уже успел, например, несколько раз поменять позицию по проблеме нелегальной миграции, не знает никто.

Месседж для союзников

Во время президентской гонки Трамп выдвинул лозунг «Америка прежде всего». В этом он не сделал открытия. Трамп всего лишь копировал американских изоляционистов 70-летней давности: вспомним знаменитого летчика Чарльза Линдберга, который в середине 1920-х первым перелетел через Атлантический океан, а перед Второй мировой войной и в первые ее годы открыто выступал в поддержку нацистской Германии. Впрочем, можно обойтись и без исторических сравнений. Ведь и Барак Обама, если вспомнить, 8 лет назад высказывался в том духе, что Америке пора бы заняться домашними делами, что страна из-за бесконечных внешних авантюр испытывает перенапряжение сил. Другое дело, что Трамп довел эту идею до крайности, что нашло отражение в его риторике. Слишком много иммигрантов? Давайте всех вышлем и построим Стену на границе с Мексикой. Не хватает рабочих мест? Долой НАФТА! Долой Транстихоокеанское и Трансатлантическое партнерства*!

Станет ли он претворять все эти идеи в жизнь? Скорее всего, нет. Смысл его месседжа в том, что Америка уже успела взять слишком много обязательств, и пора бы перестать брать новые, как того хочет, к примеру, Хиллари Клинтон, а наоборот, начать сокращать старые. Именно этим продиктованы наскоки Трампа на стратегических союзников США — страны — члены НАТО, Японию, Южную Корею… Пускай, дескать, сами платят за свою оборону, доколе Америка будет нести на себе бремя основных расходов. Но ведь союзники могут возразить: если мы сами платим за свою оборону, то почему бы нам не проводить самостоятельную оборонную политику, в том числе за счет приобретения новых союзников. Задумывался ли Трамп об этом? Загадка.

Проблема, однако, в том, что слово не воробей. Победа Трампа уже привела в ужас и европейцев, и китайцев, и японцев, и южнокорейцев. И Канаду с Мексикой заодно. И если уж он хочет заставить западных союзников раскошелиться на оборону, то их как минимум нужно сперва успокоить. Как? Другого средства, кроме как вернуться к традиционной схеме взаимоотношений, у него пока нет.

 

Российское досье

Но еще бÓльшая загадка — заигрывание Трампа с Россией. Его эпатажные, доходящие до риторических крайностей заявления на тему налогов, расходов, тарифов, иммиграции, рабочих мест, завышенных обязательств США — еще как-то вписывались в логику избирательной кампании, принося ему голоса взбунтовавшегося белого среднего класса. Но его заявления о России, о ее «сильном лидере», с которым он «намерен поладить», — они-то голосов не приносили. Скорее даже наоборот: в нескольких штатах, где, например, многочисленны украинская, польская и прибалтийская общины, настроения электората сменились совсем не в его пользу. А республиканцы-неоконсерваторы — те просто подняли мятеж, построились в колонну и ушли.

Зачем Трамп все это делал? Самое простое объяснение — корыстный экономический интерес. Однако известно: никаких серьезных экономических сделок начиная с 1990-х годов ему провести в России не удалось. Никаких инвестиций в России у него нет. Можно, конечно, отшутиться: мол, в построенных им домах, скажем, в Нью-Йорке, покупают квартиры русские олигархи средней руки. Но ведь и арабские — тоже покупают. И китайские. Однако же он грозится поднять на 45% таможенные тарифы на китайские товары.

Трамп-хауз в Янгстауне, штат Пенсильвания. Во время президентской гонки сюда приезжало по тысяче человек в день, предвыборную символику Трампа гости получали бесплатно, октябрь 2016 года. Фото: Евгений Фельдман

Быть может, Трамп — идеалист? Как-то плохо в это верится на фоне сверхпрактичных бизнес-сделок, которые он совершал всю жизнь.

Единственное рациональное объяснение его пророссийских реверансов в том, что Трамп хочет как минимум делить с Москвой, а по максимуму — полностью переложить на нее расходы, связанные с главными глобальными и региональными вызовами: «Русские воюют против ИГИЛ** в Сирии? Отлично, и пусть воюют. Мы не против сдерживания Асада и создания бесполетных зон. Но все-таки главное для Америки — поскорее уйти из Ирака, Афганистана, Сирии и заняться, как я и обещал, восстановлением внутренней экономической инфраструктуры, созданием новых рабочих мест». Ведь послушать Трампа, так он намерен объять необъятное: и налоги сокращать, и социальные расходы не урезать. Да, он говорил о намерении отменить Obamacare (предпринятая администрацией Барака Обамы реформа здравоохранения и защиты пациентов. — NT). Но ведь на Social Security, систему социального страхования, он вроде пока не покушается. Да и обещал чуть ли не бесплатное высшее образование в Америке внедрить, что для республиканского кандидата вещь неслыханная.

Другая версия: главным соперником США Трамп в душе считает не Россию, которая не конкурент Америке в мировой экономике, а Китай. Тот — конкурент. Так зачем ввязываться в долгосрочный конфликт с Россией, в новую Холодную войну, позволяя реальному сопернику накапливать силы.

Хиллари Клинтон, придя к власти, откликнулась бы на просьбы Киева и дала санкцию на поставки украинцам летального оружия. Трамп, скорее всего, не будет этого делать. Опять-таки — из практических соображений. Ведь если Путин задумает замутить на Украине или в Прибалтике что-то серьезное, то защитить Киев или Таллин военными средствами невозможно, кроме как угрозой ядерной войны. А начать ее Трамп не рискнет.

А свита — кто?

Но и это не снимает всех вопросов относительно реальных намерений Трампа перестроить отношения с Россией. Есть еще один важный элемент — кадровый ресурс везунчика Дональда. Ключевые посты в его администрации, скорее всего, займут отнюдь не «голуби». Ладно бы еще избранный вице-президент Майкл Пенс, который никогда не был «ласков» по отношению к России. Вероятный претендент на должность госсекретаря — экс-постпред США при ООН Джон Болтон, представитель крайне консервативного республиканского крыла, в свое время ратовавший за скорейшее начало военной операции США в Ираке и отличавшийся крайне жесткой риторикой по отношению к Москве. К такому же партийному крылу относится и другой ближайший соратник Трампа — сенатор из Алабамы Джефф Сешнс.

Впрочем, в администрацию могут войти и умеренные деятели, такие как бывший спикер Палаты представителей Ньют Гингрич и бывший советник президента Буша-младшего по национальной безопасности Стив Хэдли.

Еще одна примечательная личность в окружении Трампа — генерал Майкл Флинн, который в прошлом году был замечен на торжественном приеме в честь 10-летия телекомпании Russia Today в Москве, там же присутствовал и Путин. На основании одного лишь этого факта делать далеко идущие выводы о геополитических воззрениях Флинна, в недалеком прошлом возглавлявшего военную разведку США, было бы наивным и безответственным занятием.

Дать надежный прогноз по персоналиям в будущей республиканской администрации крайне затруднительно: Трамп и в этом, в отличие от Клинтон, — загадка. У Рейгана была сильная команда, у Буша — тоже, какая будет команда у Трампа — пока не знает никто.

И все же вряд ли новая администрация по отношению к России займет более мягкую позицию, чем Обама или даже Хиллари Клинтон. Может случиться и так, что Трамп, освоившись в кресле в Овальном кабинете Белого дома, столкнется с ситуацией, когда его администрация не станет торопиться с претворением в жизнь его пожеланий по оздоровлению российско-американских отношений. А они в свою очередь в силу слишком завышенных ожиданий, напротив, могут сползти к серьезному кризису.

Впрочем, Трамп как-то обмолвился насчет того, что в случае победы на выборах, он, возможно, встретится с Путиным еще до своей инаугурации. Что ж, отсчет времени уже пошел…

Новый период

Америка впервые за многие годы вступает в период однопартийного правления: Белый дом и обе палаты Конгресса под контролем республиканцев. При этом в обеих «главных» партиях — раскол, и смогут ли они склеиться снова — неизвестно. Трамп наверняка начнет чистить республиканские ряды — слишком уж много «видных деятелей» партии, включая спикера Палаты представителей Пола Райана, проявили к нему нелояльность на этапе кампании. Тем не менее оппозиция в партийных рядах все равно останется. Исторические прецеденты имеются: после победы в 1936 году Франклин Рузвельт в условиях однопартийного правления вошел в серьезный конфликт со своей партией. Другая проблема для Трампа, парадоксальным образом вытекающая из однопартийного правления: он не сможет уже свалить на демократов — вот, дескать, они заблокировали какой-то законопроект в Конгрессе — ответственность за невыполнение своих обещаний.

Вряд ли новая администрация по отношению к России займет более мягкую позицию, чем Обама и даже Хиллари Клинтон

Найдет ли Трамп способ оживить экономику и ускорить экономический рост? Быть может, у него в уме времена Рональда Рейгана. Но ведь вслед за снижением налогов в Америке тогда произошел сильный спад, и только потом экономика начала раскочегариваться. Да и «золотой век» в экономике все равно пришелся не на республиканца Рейгана, а на демократа Клинтона, на 1990-е годы, когда был ликвидирован дефицит бюджета, а военные расходы сокращены с 6% до 3% ВВП. Но сейчас возможностей для маневра куда меньше — бÓльшую часть бюджета США сегодня составляют так называемые защищенные статьи.

Словом, неизвестных в американском послевыборном уравнении — не два и не три. А стопроцентно известно лишь, что Трамп — новичок, не имеющий никакого опыта ни в политике, ни в госуправлении. И да, он человек импульсивный…

* НАФТА — трехстороннее соглашение США, Канады и Мексики о свободе торговли в Северной Америке. Транстихоокеанское партнерство (ТТП) — торговое соглашение между 12 странами Азиатско-Тихоокеанского региона с целью снижения тарифных барьеров. Действует с февраля 2016 года, однако Трамп грозился вывести из него США уже в первые 100 дней своего президентства. Трансатлантическое партнерство — соглашение о торгово-инвестиционном партнерстве между США и ЕС (Transatlantic Trade and Investment Partnership — TTIP), подписание которого в течение последних двух лет откладывается.

** ИГИЛ (ИГ, «Исламское государство») — организация, запрещенная в России как террористическая.

Читайте также:

Подписаться