За шестнадцать последних лет крупный бизнес в стране поделен среди своих. То, что не доделили, — забирают буквально на наших глазах. От старших братьев по вертикали власти не отстают и те, кому доверено руководить областями, городами и весями. Под призывы поддерживать малый и средний бизнес губернаторы и мэры расчищают поле деятельности для аффилированных структур и собирают откаты с чужаков. Как живут и умирают бизнесы — в материале автора The New Times из подмосковного Жуковского

Фото: Анатолий Смирнов/«Жуковские вести»

Сорокапятилетний бизнесмен Дмитрий Волков (здесь и далее фамилии изменены) из подмосковного Жуковского выглядит человеком, достигшим гармонии: простые джинсы и темный джемпер, уверенный голос, ирония в каждой фразе, но без сарказма и обиды. Учитывая, что недавно ему пришлось приостановить деятельность своей компании с двадцатилетней историей и годовым оборотом около 250 млн руб., испытываешь разрыв шаблона: Волков совсем не выглядит человеком, у которого порушена жизнь. «Знаешь, я в какой-то момент осознал, что изменить ситуацию не могу, а вот свое отношение к ней — легко, — говорит он. — Я просто научился смотреть на все происходящее со стороны, без эмоций и сантиментов, это помогает принимать адекватные решения».

Артель «Напрасный труд»

История Волкова типична для многих выпускников факультета аэромеханики и летательной техники МФТИ, который в советское время был основным поставщиком кадров для когда-то градообразующих институтов Жуковского: ЦАГИ (Центральный аэрогидродинамический институт) и ЛИИ (Летно-исследовательский институт). Благодаря этим институтам в 25 километрах от Москвы сконцентрировался интеллектуальный потенциал российского авиастроения. Каждый третий из ста тысяч жителей, по данным последней переписи населения, — научный сотрудник, 41% — имеют высшее образование (общероссийский показатель — 23%). Но после крушения советского ВПК, а с ним и военного авиастроения денег на зарплаты таким, как Волков, не стало. «Поехал в Москву, — рассказывает Волков, — заснул в вагоне метро, проснулся на «Щукинской», зашел в Курчатовский институт, нашел главного инженера, предложил свои услуги по ремонту и строительству. — Им как раз нужно было загерметизировать межпанельные швы на зданиях. С этого и начал».

«При условии выполнения всех требований и сроков рентабельность строительства будет не выше 15–20%, а откаты сейчас уже 25–40% против «вегетарианских» 5–10% пару лет назад»

Ремонтно-строительная компания, которую организовал Волков, быстро нарастила клиентскую базу из госпредприятий. Примерно тогда же в Подмосковье начался бум на рынке строительства жилья. В область пришли деньги, начала развиваться инфраструктура. Компания Волкова строила объекты по всей области: цех для конструкторского бюро в Мытищах, жилой микрорайон в Королеве, крупный торговый центр в Жуковском. В конце 2000-х Волков открыл производство вентиляционного оборудования и достаточно оперативно нашел «якорного» заказчика — строительный холдинг «Стройгазконсалтинг». «В «жирные нефтяные» у нас все было прекрасно, брызги от московского золотого дождя долетали и до нас, — ностальгирует предприниматель. — Это было оптимальное время для развития бизнеса, открытия новых направлений, что мы и делали».

Но наступил 2013 год. Прежде муниципалитеты самостоятельно проводили конкурсы при сумме закупок для муниципальных нужд до 500 млн руб., теперь, если стоимость контракта превышает 10 млн, аукцион проводит область. Разрешения на строительство тоже стала выдавать область, а не муниципалитеты, соответственно, выросла цена вопроса. Застройщики встали перед дилеммой: или сокращать смету работ в ущерб качеству, либо поднимать цену квадратного метра, что отпугнет покупателей. По словам Дмитрия, строить на средства частных инвесторов в Жуковском практически прекратили, а строительство на государственные деньги — это чистое «освоение» бюджета. «При условии выполнения всех требований и сроков рентабельность строительства будет не выше 15–20%, а откаты сейчас — уже 25–40% против «вегетарианских» 5–10% пару лет назад. То есть работаешь себе в убыток, — говорит Волков. — Это не бизнес, а какой-то мухлеж».

Качество и сроки выполнения работ при откатной системе заказчика мало интересуют. Дмитрий привел несколько примеров. Строительная компания из Санкт-Петербурга выиграла тендер на капитальный ремонт школьного стадиона в Жуковском. Строительный 
контроль по выполнению работ проводила фирма Волкова. Акт он не подписал, понимая, что уложенное прорезиненное покрытие не переживет зиму. Так и вышло. Крайней оказалась директор школы, которая получила условный срок по статье «Халатность». Другой пример — в детском саду, построенном в новом микрорайоне, поставили внутренние перегородки из горючего материала — они дешевле. Есть официальная экспертиза МЧС о том, что материал опасен, есть и уголовное дело, однако детский сад работает, как ни в чем не бывало.

Выполнение муниципального заказа на капремонт кровли жилых домов обернулось кошмаром для сотен жуковчан. По информации Волкова, желающим поучаствовать в конкурсе кулуарно обозначили сумму «вознаграждения» за получение заказа — 40% от стоимости контракта. Местные предприниматели, подсчитав, что за оставшиеся 60% сделать работу невозможно, от участия отказались. Заказ достался ростовской компании. В ноябре прошлого года крыши домов вскрыли, обтянули пленкой. По контракту, ремонт следовало завершить 31 декабря 2015 года, однако дыры в чердаке и ныне там.

Волков по таким правилам играть не готов: «Это артель «Напрасный труд», вечный стресс и минимальный заработок». Поэтому он уволил всех своих 300 сотрудников и приостановил деятельность компании: «В последние два года моя работа заключалась в основном в том, чтобы раздавать зарплату. Это уже не бизнес», — говорит он.

Для получения доступа к полной версии статьи Войдите

Читайте также:

Подписаться