4 апреля Андрею Тарковскому исполнилось бы 85 лет. Киностудия «Мосфильм» выложила его фильмы в свободный доступ на YouTube. Что нужно знать о режиссере, придумавшем современное кино, и какими глазами смотреть его фильмы сейчас?

«Андрей Рублев» (1966) — истинный дебют режиссера, снятый в диалоге и споре с Эйзенштейном

О Тарковском написано слишком много — и одновременно ничего. Пишут о его браках и романах, друзьях и врагах, проблемах с Госкино и личных кризисах. Об аллюзиях и метафорах, о живописных рифмах. Но единственное серьезное исследование — «Семь с половиной» Майи Туровской — не переиздавалось с 1991 года. Книжка самого Тарковского «Запечатленное время» — само собой разумеющийся учебник во всех мировых киношколах — на русском не издавалась ни разу и существует только в цифровом виде…

Два Тарковских

Тарковского очень быстро отлили в бронзе, подарили вечернему эфиру канала «Культура». Подверстали под средний формат гения. Что-то среднее между Моцартом, Пушкиным, Буниным и Рахманиновым. Страдал, творил, работать толком не мог, поэтому эмигрировал, умер от тоски по родине. Кроме того, сложилась традиция восприятия фильмов Тарковского как кроссвордов, которые надо разгадать. Как будто каждый кадр нуждается в комментарии и трактовке.

В XXI веке Тарковский обретает статус самого современного из классиков

Хотя режиссер и прожил в эмиграции всего несколько лет, он успел обзавестись обязательной для космополита двойственностью. Есть Набоков русский («Машенька») и английский («Под знаком незаконнорожденных»), Бродский отечественного разлива («Если выпало в империи родиться…») и мировой («Набережная неисцелимых»), Кандинский наш («Серый овал») и европейский, баухаусовский. Так же и Тарковский есть отечественный — скучный, устаревший, интересный очень узкой аудитории — и мировой. Они живут параллельными жизнями. Про одного пишут популистские книжки формата «издано за счет автора». Другому Триер посвящает «Антихриста», а видеоартисты вдохновляются его «Солярисом» и «Зеркалом» (на прошлогодней биеннале современного искусства Manifesta в Цюрихе был мемориал режиссеру из закольцованных кадров его лучших лент). Два Тарковских должны рано или поздно встретиться.

С Тарковским сейчас уже происходит то же, что произошло в начале XX века с Гоголем. Скучного классика, «величайшего из реалистов», потомки превратят в модерниста и сновидца.

Принято считать, что молодое поколение мало читает. Если это правда, то в случае с кино и визуальным искусством оно и неплохо: культ литературы не позволяет воспринимать иконические знаки. Это он виноват в вечном «что хотел сказать автор?» Поколение инстаграма и тумблера не переводит мир в буквы. Для него картинки ясны и выразительны сами по себе. Им не нужны комментарии и трактовки — сна из «Зеркала», Зоны из «Сталкера». Они готовы воспринимать визуальный текст сам по себе, без подписей. Встреча Тарковского-философа и Тарковского-визионера не за горами — вот уже и студенты Школы Родченко вдохновляются его лентами и даже снимают оммажи режиссеру.

«Иваново детство» (1962) — своеобразный конспект художественного  метода Тарковского

Даже те технические перемены, которые произошли в кино в новом веке, возвращают Тарковского в обиход — делают его самым современным из классиков. Его фирменные приемы — плавное движение камеры, тонкая работа с цветом, узнаваемая скупая композиция — как никогда актуальны, да и идеология «запечатленного времени» очень современна. Тарковский пишет в одноименной статье, что идеальный фильм — снятая от начала до конца человеческая жизнь. Будьте уверены: попадись ему в руки новенькая камера Canon Mark-3, он бы не преминул реализовать эту метафору буквально. Цифра — это не дорогая пленка, она позволяет снимать хоть 85 лет кряду.

Для получения доступа к полной версии статьи Войдите

Читайте также:

Подписаться