Почему ультраправые идеи так притягательны? Сегодня в связи с выходом в свет сразу в нескольких странах, в том числе в России, части «Черных тетрадей» — по сути дневников великого немецкого философа Мартина Хайдеггера — с новой силой разгорелись дискуссии о его связи с нацизмом. В марте этого года исполнилось и 90 лет со дня выхода в свет главной работы Хайдеггера — «Бытие и время». История эта — и урок, и объяснение того, почему ультраправые доктрины так нравятся многим и в XXI веке

Философ Хайдеггер  на даче с женой  Эльфридой, ярой  нацисткой, Германия,  Шварцвальд, 1968 год

Великий затворник с недоверчивым, неприятным взглядом и жесткими, словно обороняющими хозяина усами, в шапочке, как у булгаковского Мастера, запиравшийся в своем убежище die HÜtte в шварцвальдском Тодтнауберге — домике без удобств, зато с журчащим рядом живым родником и петляющей внизу проселочной дорогой, пробивался, как шахтер, к сути человеческого бытия. Он подбирал для него тяжеловесные сочетания слов, смысл которых многозначен в оригинале и по-разному интерпретируется в переводе на другие языки.

Ключевое понятие Dasein — во французских и английских переводах «существование» (со спорами о том, как Хайдеггер завещал писать — Dasein или Da-sein), а в ставшем классическим переводе на русский Владимира Бибихина «присутствие» — в более поздних толкованиях все-таки «существование». «В своей комнате крестьянин по всем правилам искусства в бессчетном множестве готовит кровельную дрань для крыши своего дома — и мой труд тот же по своей сути», — напишет Хайдеггер в 1933-м, как раз тогда, когда станет ректором Фрайбургского университета. Нацистским ректором.

«Дорогой Мартин»

В стенограмме обсуждения работ Хайдеггера в Институте философии АН СССР в 1989 году нет ни слова о его связи с нацизмом. Это было вне дискуссии — говорили о собственно философии и проблемах перевода. В конце 1980-х только-только вышли книги Виктора Фариаса и Пьера Бурдье, посвященные тому, что потом назовут «делом Хайдеггера» — связи философа с нацизмом. В те годы еще не была опубликована его любовная и деловая переписка с Ханной Арендт, чьи «Истоки тоталитаризма» и «Банальность зла», возможно, отчасти объясняли феномен философа, прислонившегося к национал-социализму, но не отменяли ее любовь к учителю, «дорогому Мартину». И ничего не было известно о содержании его «Черных тетрадей», которые публикуются и переводятся очень постепенно, — они обнаружили мучительную борьбу философа за свой правильный («духовный») национал-социализм, с приспособленным к нему все тем же Dasein. Хотя его ректорские речи того же периода — «вскормить и воспитать знанием вождей и охранителей судьбы немецкого народа» — скорее идут по разряду национал-социализма, который он сам раздраженно называл «вульгарным».

«Культура не имеет значения. Ты лучше посмотри на его потрясающие руки!» — говорил Хайдеггер о Гитлере

Теперь национал-социалистический дискурс здесь и там находят в его философских работах. Французский переводчик и писатель немецкого происхождения Жорж-Артюр Гольдшмидт обнаруживает его даже в «Бытии и времени», что сделать, деликатно говоря, непросто. Впрочем, он заходит еще дальше, утверждая, что сам по себе немецкий язык Хайдеггера — нацистский.

Для получения доступа к полной версии статьи Войдите

Читайте также:

Подписаться